Бронзовый век в Кыргызстане

Содержание

Введение

Глава I.Андроновская культурно-историческая общность

Глава II.Историография изучения бронзового века в Кыргызстане

§ 1. Дореволюционный

§ 2. Археологические исследования в первой четверти XX века

§ 3. Исследования 40-х — 50-х годов

§4. Исследования 50-х — начала 60-х годов XX века

§5. Исследования 70-х — 80-х годов

Глава III. Новые данные о бронзовом векеКыргызстана

Заключение

Список использованной литературы

Список сокращений

Введение

На огромных просторах Европы и Азии, на рубеже III и начале II тысячелетия до н.э. создалисьусловия, благоприятствующие развитию бронзолитейного дела. Успехи скотоводства,которыми отмечена вторая половина III тыс. до н.э. вомногих областях евразийского континента вела к значительному изменению всейобщественной структуры живших на этой территории племен. Устоиматриархально-родовых отношений были подорваны, создались возможности дляширокого накопления племенами богатств, в виде скота.

Бронзовый век у племен Европы и Средней Азии в основномсовпадает со II тысячелетием до н.э., но у большинстваиз них он продолжается еще и в начале I тысячелетия до н.э. В течение этого времени развивалисьпатриархально-родовые отношения с господствующим положением мужчин в семье ироде. Экономической основой этих изменений было усиление значимостискотоводства, а также общий объем производительных сил и, прежде всего развитиеметаллургии. Немаловажную роль в этом процессе сыграло и постепенноераспространение плужного земледелия, признаки которого в бронзовом векестановятся все более многочисленными; по мере дальнейших успеховархеологической науки об этом можно говорить все с большей уверенностью. Родовыеобщины, возглавляемые старейшинами-главами патриархальных семей, былиобъединены в это время в многолюдные племена, занимающие обширные территории,отделенные от территорий других племен лесами, реками, озерами. Во главе племенстояло народное собрание мужчин-соплеменников. Однако с увеличением численностиплемен и, особенно с образованием объединений нескольких племен, собраниетеряет свой первоначальный характер. В нем теперь участвуют лишь членыближайших к месту собрания родовых общин. Остальных представляют старейшины ивоенные предводители. Процесс имущественной дифференциации способствуетусилению родовой знати и ее обособлению от массы соплеменников. Постепенно вруках знати сосредотачивается и экономическая сила, и богатства, и власть, атакже отправление религиозных обрядов.

На фоне этих грандиозных событий происходивших в эпохубронзы наша страна выглядит, мягко говоря, малоизученной. Бронзовый век натерритории Кыргызстана охватывает период с IIтысячелетия до н.э. по IX-VIIIвв. до н.э., и характеризуется сосуществованием двух основных культур — чустскойи андроновской. Обе они получили свое название по местам первых находок (Андроновоблиз Ачинска, Чуст Ферганская долина). Носителями последней, были родственныеплемена проживавшие на огромной территории Приуралья, Южной Сибири, Казахстана,и значительной части Средней Азии. В дальнейшем основное внимание будет уделеноименно этой культуре, поскольку постольку чустская культура является культуройместного масштаба, андроновская же является культурой обще евразийскогомасштаба. Рассматривая андроновскую культуру, памятники которой широкораспространенны на территории КР, можно сказать о запущенности местнойархеологии в этой области. Начиная с 70-х годов, не проводилось никакихисследований, публикаций и т.п. это напрямую отразилось на состоянииисточниковедческой базы бронзового века в целом.

Одной из самых актуальных проблем в археологии КР, по моемумнению, является заполнение так называемых «белых пятен» в историинашей страны. Никому не секрет, что в истории Кыргызстана не разработаныпроблемы палеолита, неолита, энеолита (кстати, надо отметить, памятниковкоторого вообще не обнаружено, кроме возможно наскальных изображенийСаймалы-Таша) и раннебронзового века — целые тысячелетия нашей истории не сталидостоянием науки. В связи с этим, мне кажется актуальным поднятие этого вопросана государственном уровне. Ведь нам известно, мы, кыргызы говорим, чтоявляемся, чуть ли не самым древним народом Средней Азии. А доказать это следуетна деле. В настоящее время назрела необходимость в комплексных исследованиях (разведка,стационарные полевые и кабинетные исследования), и дальнейшее их освещение внаучных трудах. Это предопределяется, во-первых, накоплением достаточногоколичества материала по Кыргызстану, требующего к себе особого внимания,во-вторых, успехами зарубежных исследователей в этой области, в-третьих, свозникшей потребностью пересмотра старых данных на фоне открытий последнихдесятилетий, ну, пожалуй, основной проблемой — возрождением кыргызскойархеологии.

Таким образом, основная цель данной работы раскрыть реальнуюкартину изученности бронзового века в Кыргызстане и перспективность дальнейшихисследований в этой области, а также введение в научный оборот материалов,хранящихся в фондах музея-лаборатории КГНУ.

Глава I. Андроновскаякультурно-историческая общность

В основном андроновская культура в Кыргызстане представленапогребениями, поселениями, кладами, наскальными рисунками и горными выработками.Андроновская культурно-историческая общность — одно из самых крупныхархеологических явлений Евразийских степей.

Западная граница распространение андроновских памятниковпроходит по р. Урал, восточная — по крупной Сибирской речной артерии Енисею. Севернаяграница совпадает с линией лесов Западной Сибири, а южная подходит к подножьям горныхсистем Памира, Тянь-Шаня, Тарабагатая, Алтая. Территория, которую занималоандроновское население, протянулось с запада на восток 3000км, а в меридиальномнаправлении — более чем на 1500км.

Население андроновской культурно-исторической общности занималочетыре ландшафтные зоны в их современных границах — лесостепь, степь,полупустыни, пустыни. Первым кто выделил андроновскую, культуру это был С.А. Теплоухов,автор первой научной классификации археологических памятников Минусинскойкотловины. Он поместил ее между афанасьевской и карасукской культурой иобосновал ее хронологические рамки: первая половина II тыс. — начало I тыс.до н.э.

Открытие и изучение Андроновской культуры на Южном Уралесвязано с работами К.В. Сальникова, который в 1948 разделил памятникиАндроновской культуры на три хронологических этапа: Федоровский, Алакульский иЗамараевский. Эта трехчленная периодизация андроновских древностей сохраниласвое значение и в настоящее время (Табл. I).

Табл. I.Федоровский Алакульский Замараевский XVII-XV вв. до н.э. XIV-XI вв. до н.э. XII-VIII вв. до н.э.

Первые два были выделены по особенностям керамики ипогребального обряда. Федоровская керамика, как правило, горшечной формы. Поверхностьсосудов заглажена и покрыта геометрическим орнаментом, выполненным оттискамимелкозубчатого штампа. Преобладают захоронения, совершенные по обряду кремации.Могилы окружены оградками из камня. Алакульские курганы встречаются с каменнымиоградками и без них. Умершие укладывались в могилы в позе адорации (вскорченном положении, кисти рук перед лицом). Глиняная посуда представленагоршками и банками. Часто встречаются сосуды, имеющие характерный уступ в местеперехода шейки сосуда в его плечико.

Завершающий этап Андроновой культуры К.В. Сальников выделилна материалах Замараевского поселения в Курганской области. Его гипотезаиспользовалась в оценке и др. регионов, где были выявлены памятники. Андроновскойкультуры. В 60-е гг. XX в. появились предположения (Э.А.Федорова-Давыдова, В.С. Стоколос) о том, что федоровский и алакульский этапыпредставляют собой самостоятельные, но синхронные, историко-культурные явления.Работами Е.Е. Кузьминой, Т.М. Потемкиной, Г.Б. Здановича и др. обосновановыделение культур предандроновского и раннеандроновского времени, уточненывопросы периодизации, этнокультурного родства и исторических судеб их носителей.В конце 40-х годов, датировал андроновские памятники Грязнов М.П., также как иТальгрен он датировал их 1400 — 1100 гг. до н.э. Максимова, предложиладвучленную периодизацию, выделив, ранний и поздний периоды (Табл. II).

Табл. II.Ранний Поздний Синхронен Федоровскому Синхронен Карасукскому

Термин «Андроновская культура», применяется нынепреимущественно к памятникам федоровского типа, локализующихся в лесостепной илесотаежной зоне Зауралья и Южной Сибири. Алакульская же культурарассматривается как самостоятельная, занимающая степные и частично лесостепныерайоны Южного Урала, Казахстана, Западной Сибири и Семиречья. Основой хозяйстванаселения федоровской и алакульской культур, судя по археологическимматериалам, являлось скотоводство (КРС и МРС, лошади). Большинство современныхученых (Зданович, Кузьмина, Потемкина) связывают происхождение алакульскойкультуры с местными урало-сибирскими племенами, носителями так называемойпетровско-синташтинской культуры, испытавшими заметное этнокультурноевоздействие со стороны населения восточноевропейских степей. Наиболее яркимипамятниками Андроновской культуры на Южном Урале, являются культурные комплексыАркаим, Синташта, Устье в Челябинской области. Историко-лингвистические исследованияобосновали принадлежность алакульского населения к кругу индоевропейскихнародов. На территории современного Башкортостана осуществлялись контакты междузападной — срубной и восточной — андроновской культурно-историческими областями.Результатом этих контактов явилось образование этнокультурного компонента,ставшего основой для формирования в приуральских степях кочевников эпохираннего железного века.

Глава II. Историографияизучения бронзового века в Кыргызстане

Историей археологических исследований Кыргызстана занималисьмногие ученые, такие как Лунин Б.А., Шерстобитов В.П., Орозалиев К.К., Винник Д.Ф.,Бернштам А.Н., Кибиров А.К., Абетеков А.К., Заднепровский Ю.А. и др. Хорошо онапредложена в Истории Киргизской ССР том 1 1968 и 1984-х годов изданий. В рядеработ вышеуказанные авторы излагали историю исследований скотоводческих племенбронзового века, но данные издания в целом были посвящены более широким темам,и поэтому касались этого периода лишь частично.

Автором этой статьи будет сделана попытка, наиболее детальнои полно освятить данный аспект. В этой работе основное внимание будет уделенопреимущественно вопросам состояния источниковедческой базы и хронологии, итолько косвенно вопросам культурно-исторического плана.

В целом историю изучения скотоводческих племен бронзовоговека можно условно подразделить не следующие этапы.§ 1. Дореволюционный

Этот этап сводился к накоплению и фиксации археологическогоматериала, но далее высказываний различного рода предположений дело не шло. Наэтом этапе интерес исследователей к памятникам бронзового века носил чистоописательный характер. Самые первые сведения о памятниках интересующего насвремени на территории Кыргызстана были связаны с отдельными находками бронзовыхизделий и кладов. Так, в 1884 году на берегу Тюпского залива был найден клад,состоящий из четырех предметов. Который затем был передан Н.Н. Пантусовым вАрхеологическую комиссию. О находках медных изделий на побережье Иссык-Куляупоминает в своем отчете о поездке в Среднюю Азию в 1893-1894 гг.В. В. Бартольд.По его словам, переселенцы с. Преображенского (Тюп) на берегу и прибрежныхводах Иссык-Куля находили различные медные орудия: наконечники стрел, копий,топоры, серпы и т.д. [1]Всего в нашей стране былонайдено 9 кладов, датируемых финалом эпохи бронзы. Краткое их описание дается вкниге «Клады в Кыргызстане мифы и реальность»[2].§ 2. Археологические исследования в первой четвертиXX века

Качественно новым уровнем археологических исследованийхарактеризуется следующий этап, когда в Кыргызстане начали свою деятельность М.П.Грязнов, М.В. Воеводский, П.Н. Иванов, С.А. Теплоухов, А.Н. Тереножкин и др. видныеархеологи того времени. На этом этапе делались первые попытки интерпретацииматериалов относящихся к эпохе бронзы. В 1929 году А.Н. Тереножкиным на правомберегу р. Аламедин, против Карагачевой рощи (северная окраина г. Бишкек) былообнаружено поселение бронзового века. [3] Полученный материал, несмотряна свою недостаточность, позволил А.И. Тереножкину отнести данный памятник кандроновской культуре. Зимма Б.М. отметил впоследствии о сходстве керамикинайденной на поселении с керамикой андроновского типа в казахстанских степях. [4] Сам,Зимма Б.М. занимался исследованием андроновской культуры, и организовывал археологическиеразведки (1937год) по всей территории Кыргызстана.

§ 3. Исследования 40-х — 50-х годов

Деятельность А.Н. Бернштама.

Следующий этап в развитии исследований бронзового века былнапрямую связан с деятельностью А.Н. Бернштама, который в 1935 годузаинтересовался древностями Кыргызстана. С 1938 года начинается планомерныеархеологические исследования Северной Киргизии Комитетом Наук при СНК Кирг. ССРс институтом истории материальной культуры имени академика Н.Я. Марра. Началоисследованиям А.Н. Бернштама положила Семиреченская археологическая экспедиция(1938-1940 гг.).23 апреля 1941 года начинает свою работу экспедиция пристроительстве Большого Чуйского Канала. Начальником этой экспедиции былназначен А.Н. Бернштам. В результате деятельности этой экспедиции, были открытыпоселения бронзового века в местности Каинда, а также многочисленные находкинепосредственно на трассе БЧК. На основе находок автор выделил два основных этапав развитии бронзы на территории Кыргызстана. Это андроновский, датируемый II тысячелетием до н.э., и карасукский, относящийся к XII-IX вв. дон.э. Вызывает интерес предположение автора, что некоторые фрагменты керамикинайденные на трассе БЧК, имеют «весьма архаичный облик, напоминающий собойхарактерный „ямочно-гребенчатый“ орнамент свойственный классическомунеолиту Восточной Европы, который может датироваться даже IV тысячелетием до н.э. ». В целом, находки, обнаруженныена трассе БЧК были проанализированы и отнесены к вышеуказанным этапам, ипозволили автору внести в археологию такое понятие как «северо-киргизскаябронза». [5]

В 1944 году была создана Тянь-Шано-Алайская археологическаяэкспедиция под руководством А.Н. Бернштама, в состав которой входили П.Н. Кожемяко,А.Н. Кибиров, Ю.Д. Баруздин, С.П. Кляшторный, Ю.А. Заднепровский, Н.П. Горбунова,Б.З. Гамбург. Она закончила свои исследования в 1948 году. Поистине сенсациейстало открытие этой экспедицией в 1944-1945 гг. высокогорного могильникабронзового века Арпа, расположенного в одноименной долине, в урочище Бурмачап,на высоте 2800 м. над уровнем моря. Исследуя этот могильник, он отмечает резкоеотличие арпинских сосудов от местных форм, и наибольшую их близость со степнымивариантами Казахстана. Этот вывод был сделан им на основе сопоставления сосудовранее найденных в Чуйской долине, и датируемых примерно одним временем. Заслуживаетвнимания высказывание автора «Семиречье знает типы орудий, неведомыезападным и восточным очагам бронзовой культуры — прямоугольные лапаткообразныекельты. Крайняя восточная находка нам известна из долины р. Иртыша». Опятьже на основе керамики Бернштам выделяет андроновский и карасукский этапыразвитии бронзы. Также он отмечает, что «среди памятников эпохи бронзынаблюдаются локальные различия». Для Центрального Тянь-Шаня характерныпогребения с трупосожением на дневной поверхности в оградках, и трупоположениемв курганах (горные долины Большого Кемина, Таласа, Алая). Сравнивая данные исследованийТянь-Шаня и Алая, автор пришел к выводу о существовании определенного типакультуры бронзового века «сложившегося в условиях скрещиванияпредгорно-степного и горно-пастушеского вариантов скотоводства». На основеэтого вывода автор выдвинул предположение о сосуществовании во II-I тысячелетиидо н.э. двух этнических групп. [6]

В 1946 году А.Н. Бернштам посещает юг, где им были выявленыпамятники бронзового века в районе г. Ош. Кроме этого был открыт могильник Чакмак.[7]

Лето 1950 года Памиро-Ферганская археолого-этнографическаяэкспедиция проводила исследования галереи наскальных изображений Саймалы-Таш. Гдепри датировке, А.Н. Бернштам выделил так называемый «пред сакский период»,и датировал его II-Iтысячелетием до н.э., т.е. эпохой бронзы. [8] Таков вкратце неоценимый вкладакадемика А.Н. Бернштама в изучение бронзового века нашей страны.§4. Исследования 50-х — начала 60-х годов XX века

В 1948 году Зимма Б.М. в своей статье «Очагандроновской культуры в Северной Киргизии» вводит в научный оборот первыйСукулукский клад, найденный в 12 км севернее с. Кагановичское, на правом берегур. Сукулук. Этот клад он датировал периодом ранней бронзы. Из всей массынаходок Сукулукского клада (вислообушные топоры, плоские топорики, долота, наконечникистрел и копий, крючки, зеркала) автор особо выделил вислообушные топоры. Исследуякоторые, он делает два предварительных вывода «рассмотренные вислообушныетопоры, несомненно, принадлежат к комплексу культуры, получившей названиеандроновской; географическое распространение этой культуры идет за счет новогоочага — Северной Киргизии». Ссылаясь на А.М. Тальгрена, В.А. Городцова, иМ.П. Грязнова он выделил эти топоры как особые формы, азиатско-туркестанскогопроисхождения и распространении топоров этого типа только в Средней Азии. Такоезаключение Зиммы Б.М. явилось отражением недостаточно полной источниковедческойбазы киргизкой археологии того времени и в настоящее время имеет ценностьтолько с историографической точки зрения, хотя в свое время оказало влияние нанекоторых исследователей. [9] Исследования последних лет,позволили говорить о более широком ареале распространения топоров этого типа. [10] Крометого сведения, полученные из различного рода письменных источников, а такженаходка каменной формы для пальставов навели автора на мысль о «развитиигорного дела и металлургии в Средней Азии уже в доисторические времена и,следовательно, о существовании своеобразных среднеазиатских форм орудий труда исредств вооружения в бронзовую эпоху». Таким образом, в работе Зиммы Б.М. болееотчетливо прозвучала мысль о своеобразии очага бронзовой культуры в СеверномКыргызстане.

В 1952году геологом И.К. Синицыным были переданы двабронзовых предмета: нож и копьевидный нож кинжал. [11]

В 1957 году вышла статья П.П. Иванова «Материалы поархеологии котловины Иссык-Куля», в которой он дает общий обзорархеологических памятников и древностей этого региона. Отмечает он также иналичие находок бронзового века на берегах озера Ыссык-Куль. [12] Этоутверждение (кстати, высказанное им еще в 1930 году) подтвердилось дальнейшимиисследованиями. Так 1960 году Иссык-кульским отрядом Института Истории АН Кирг.ССР было проведено стационарное изучение (разведки, раскопки, составлениеархеологической карты и др.) Иссык-кульской котловины. Был открыт могильникбронзового века Кеклик-Сай, в котором было вскрыто четыре оградки. Могильникбыл датирован концом II тыс. -началомI тыс. до н.э.12

В 1956-1957гг. Таласскому археологическому отряду удалосьзафиксировать и исследовать в Таласской и Кетмень-Тюбинской котловинепогребения эпохи бронзы. В Таласской долине: Таш-Тюбе II,Таш-Башат, и Беш-Таш. Могильник Таш-Тюбе II в основном был представлен каменными оградками, составляющиекак бы длинный коридор. Прямые аналогии П.Н. Кожемяко находит в СеверномКазахстане у могильника Быирекколь и близ курорта Боровое. Также он отмечает,что «территориально наиболее близкие погребения эпохи бронзы,исследованные А.Н. Бернштамом в долине р. Арпа, имеют значительные отличия и вовнешнем виде и в ритуале захоронения».13 На анализе могильника Таш-Тюбе II он отметил, что в ритуале захороненияпреобладало трупосожжение, причем обряд кремации проводился за пределамипогребального сооружения (погребальной камеры). На основе того, что «остаткикремации и погребальный инвентарь разбросаны по всей площади могильных камер»,он сближает этот могильник не с североказахстанскими, где остатки кремациисложены кучкой, а с центрально-казахстанскими. Керамике найденной в этоммогильнике он находит параллели в могильнике Боровое и Алексеевском комплексе. Авторотмечает, что «погребения андроновской культуры эпохи бронзы в ЦентральномТянь-Шане, территориально более близкие к нашему могильнику, имеют более резкиеотличия в инвентаре и в ритуале захоронения».14 МогильникТаш-Тюбе II Кожемяко П.Н. отнеск раннему этапу андроновской культуры эпохи бронзы, и сблизил его смогильниками в Северном Казахстане и курорта Боровое. А имеющиеся отличия, онобъясняет «локальными особенностями, присущим отдельным районам одной итой же культуры».15 Кроме того, он отмечает «слабую изученностьпамятников эпохи бронзы в Киргизии, что пока не позволяет сделать болеедетальную их классификацию».16

В 1957 году был обследован могильник Таш-Башатпредставленный погребениями эпохи бронзы, курганами сако-усуньского времени,катакомбными погребениями и курганами тюркского времени. Было вскрыто 6курганов эпохи бронзы. На основании идентичности находок П.Н. Кожемяко относитэтот могильник, как и Таш-Тюбе II восновном к раннему этапу андроновской культуры.

Следующим пунктом, где были зарегистрированы погребенияэпохи бронзы, было устье ущелья Беш-Таш. Были произведены раскопки двухоградок, но не каких признаков захоронения обнаружено не было.

В Кетмень-Тюбинской котловине погребения эпохи бронзы былизарегистрированы в могильнике Каракмат, который располагался по обеим сторонамдороги Таш-Кумыр — Токтогул, в 4-5 км от места выхода ее в долину Кетмень-Тюбе.В общей сложности могильник имеет около ста насыпей. Среди которых былонесколько оградок. Авторами было раскопано три секции и дано описание могильника.Какая-либо интерпретация, принадлежность, хронология данных погребений отсутствует.

В 1958 году П.Н. Кожемяко обследовал частично вскрытое приирригационных работах погребения эпохи бронзы у совхоза «Пригородный».Погребение было в простой грунтовой яме, костяк лежал скорченном положении, налевом боку, головой на запад. Данное погребение является первым памятникомэтого рода в Чуйской долине. Автор на основе обряда захоронения и инвентаряотнес его к поздней стадии андроновской культуры эпохи бронзы.

В 1959 году в сектор археологии и этнографии Институтаистории АН Кирг. ССР был передан один из 15-17 серпов найденных в 1958 году вСукулукском районе. Это был один из многочисленных кладов на территории Чуйскойобласти. П.Н. Кожемяко отмечает, «что в Казахстане известны подобные серпыотносящихся к эпохе поздней бронзы».17

Таким образом, на основе этих материалов П.Н. Кожемякосделал вывод о четком различии этапов эпохи бронзы, и связях древнего населенияКыргызстана с населением Казахстана, Ташкентского оазиса, Ферганы, Хорезма идаже странами Передней Азии. В 1957 году Кожемяко П.Н. открыл памятникбронзового века — Джазы-Кечу в долине Кетмень-Тюбе.18Исследования на этом памятнике продолжили Кожембердиев и Галочкина.

В1961 году начал работу Токтогульскийархеолого-этнографический отряд, под руководством К. Кожембердиева. Ими былоткрыт могильник Джал-Арык, и было вскрыто четыре оградки. В 1968 году в этомрегионе работали К. Кожембердиев и Галочкина. Отчет об этом был передан вжурнал «Археологические открытия». 19 Работы на этом памятникепродолжились до 1969 года, в итоге в могильнике Джал-Арык были обнаружены следызалегания культурного слоя бронзового века.20

С 1968 года начинает свою работу Кетмень-Тюбинскийархеолого-этнографический отряд Института истории АН Киргизской ССР, в состав,которого входила Галочкина Н.Г. В течение четырех полевых сезонов проводившаяисследования на могильнике Джазы-Кечу, расположенного на левом берегу р. Нарынпримерно в 4-5км от перевала Кок-Бель, а также остатков поселения Джал-Арык,находящегося на левом берегу р. Чичкан.21

В 60-е годы Е.Е. Кузьмина провела специальное исследованиеметаллических изделий энеолита и бронзового века Средней Азии. Этой теме былапосвящена ее диссертация. Она провела огромную работу по обобщениюразнообразного и разнохарактерного материала накопившегося к тому времени побронзовому веку в Средней Азии. Рассматривая Кыргызстан, она отмечает «сходствопогребального инвентаря таласских могильников с памятниками Южного Казахстана (Кара-Кудук),что позволило ей ставить вопрос, о выделении особой семиреченской культуры».22

Однако, она обращает внимание на то, что комплексы изСемиречья до сих пор не датированы и их культурная принадлежность неустановлена. Ею было сделано предложение, рассмотреть категории вещей на болееширокой территории и выяснить взаимную встречаемость отдельных типовметаллических изделий на других территориях. В работе Е.Е. Кузьминой отчетливопрозвучала мысль о принадлежности большинства семиреченских бронз к позднейстадии андроновской культуры. Она говорила о существованиисемиреченско-казахстанского очага металлургии бронзового века. На основе этого,она выделяет Фергану как юго-западную периферию большойсемиреченско-казахстанской металлургической провинции.§5. Исследования 70-х — 80-х годов

Летом 1975 года, в с. Шамши Кочкорского района колхозником Т.Джапаровым был найден клад эпохи поздней бронзы. В него входили 27 бронзовыхпредметов: два вислообушных топора, кельтобразный молоток, желобчатое икопьевидное долота, тесло с уступом, тесло с лобным ушком, три серпа косаря,черешковое копье, бритва, однолезвийный нож, четыре зеркала, четыре бляхи, двакольца, крючок, шило, ажурная булавка и слиток металла. Рассматривая топоры, Е.Е.Кузьмина и И. Кожембердиев первый топор определили как «туркестанский»,а второй более архаичный как ранний вариант «туркестанского». Причем,авторами было сделано весьма верное заключение, что второй топор, изшамшинского клада определяет тип промежуточный между широко вислообушными итуркестанскими. И сделали предположение «что, возможно, указывает наразвитие типа топоров с гребнем, характерных для азиатских степей, из болеедревних, широко вислообушных топоров Приуралья эпохи развитой бронзы». Желобчатоеже долото вообще послужило поводом для абсолютной датировки XIII(или XII) — IX вв. до н.э. по всей Европе. Тесло же суступом указывают на то, что они принадлежат к числу изделий специальных дляказахстанского очага бронзовой культуры (по М.П. Грязнову) или казахстанскойметаллургической провинции (по Е.Е. Кузьминой) и объединяют металлургическиеочаги Северного, Восточного и Южного Казахстана, Алтая, Киргизии и степейФерганы. Серпы на основе комплекса клада Сосновая Маза в Поволжье (относится к XII вв. до н. э) и многочисленныхнаходок в Семиречье были отнесены к эпохе поздней бронзы. Бритвы сусеченно-овальной формой авторы также датировали в пределах последней четверти II тыс. лет до н.э. На основе аналогий найденных из коллекцийиз Шадринского музея, экземпляров из Лобойковского клада на Украине и клада найденного1974 году на Дону у с. Терешково, Богучарского р-на, Воронежской области,датируемых последней четвертью II тыс. до н.э. — примерно XII в. до н.э., также были датированы этимвременем. К этому же времени были отнесены зеркала из этого клада. Такимобразом, рассматривая вещи из Шамшинского клада, авторы условно разделили их надве группы: «первая — хронологический диапазон очень широк и поэтому онине могут быть использованы для установления датировки клада; вторая — предметы,находящие аналогии в комплексах эпохи поздней бронзы Евразии XII — IX (VIII) вв.до н.э. Это позволяет надежно датировать клад из Шамши эпохой поздней бронзы».Шамшинский клад по разнообразию входящих в него типов был определен авторамикак ключевой и эталонный. Решающее значение в определении датировки Шамшинскогоклада сыграли следующие факты.

Бритва, относящаяся по западным параллелям к XII в. до н.э.

Вислообушный топор без гребня (архаичный) — позволяющийдатировать последней четвертью II тыс. до н.э.

Форма однолезвийного ножа, отличающегося примитивностью посравнению с более выработанными типами ножей кладов Садовое и Турксибский.

Форма копья с черешком, отличающегося от сукулукского итурксибирского отсутствием выкружек в основании пера.

Наличие архаичных круглых вогнутых зеркал, характерных дляпамятников развитой бронзы и обычно отсутствующих в комплексах позднебронзовоговека.

На основе всего этого Шамшинский клад был рассмотрен ими каксамый ранний среди известных комплексов эпохи поздней бронзы Киргизии.

Вещи из Шамшинского клада, судя по химическому анализу,имели местное киргизское происхождение. Это подтвердило прозвучавшее ранеепредположение о существовании киргизского очага металлургии.23 Авторамибыл сделан конкретный вывод о «существовании в Киргизии в эпоху позднейбронзы самостоятельного металлургического очага, базировавшегося на местныхрудах».24

В 1985-1987 гг. проводились работы в зоне затопленияКамбаратинской ГЭС-2, в результате были выявлены наиболее древние памятникибронзового века на территории Кыргызстана. По радиоуглеродному методу они былидатированы первой половиной II тыс.до н.э.

Глава III. Новые данныео бронзовом веке Кыргызстана

В настоящее время, в фондах музея — лаборатории Кыргызскогогосударственного национального университета хранятся около тысячиархеологических и этнографических экспонатов.

Керамика.

Особенно большой интерес вызывает коллекция сосудовнайденная археологическим отрядом сотрудниками кафедры археологии и этнологииво время археолого-этнографических экспедиций в период с 1987 по 2001 годвключительно, а также случайные находки керамики поступившей в музей. Цельюданной работы является введение в научный оборот отдельных сосудов. Особыйинтерес представляет сосуд найденный при строительстве частного дома вюго-западной части г. Бишкек, на новостройке Арча-Бешик (рис.1). Его общаявысота 10,5см, диаметр устья 12,5см, диаметр дна 5,5см, высота дна 1,2см,толщина стенок до 0,4см. обжиг неравномерный. Состав теста примесь мелкого икрупнозернистого песка. Горшочек асимметричен четкое выраженное ребро, венчикнесколько отогнут наружу, поддон кольцевой формы. Между венчиком и ребромособенно четко прослеживаются тонкие вертикальные штрихи-линии, они также виднына всей поверхности сосуда, по всей видимости, — это следы заглаживания пучкомтравы. По-видимому, формовка сосуда производилась из двух частей т.к стенка доребра имеет более большую толщину.

Прямых аналогий на территории Кыргызстана пока не известно. Поформе и размерам сосуд находит аналогии в кургане №2 могильника Новая Черная II на Енисее, который был найден в 1965 году Г.А. Максимековым.26 (рис.2). Техникананесения орнамента резная. Наблюдается также визуальная схожесть формы сосудас сосудом, найденным в кургане № 10 могильника Берлик, что находится вКазахстане.27

В сентябре 1999 года в музей-лабораторию поступили находки,найденные при рытье погреба в с. Тасма, Тюпского района, Ыссык-Кульской области.Среди находок особо надо отметить фрагменты керамики, имеющей «елочный»орнамент с горизонтальным рядом «жемчужин» под венчиком. Причем надоотметить тот факт, что сосуд лежал между тремя плоскими камнями, размерами30х40х10см. Признаки, какого-либо захоронения отсутствовали. Кроме того,встречались фрагменты грубой, лепной керамики с плохим качеством обжига. Самсосуд горшковидной формы (рис.3). Судя по нагару на стенках — это повседневная,кухонная посуда. Диаметр устья 19см, диаметр дна 10см. Толщина стеноксоставляет 0,7-0,8см. Высота после реконструкции 22,5см. Диаметр тулова 22см. Обжигнеравномерный. Дно плоское, налепное, судя по всему сделанное жгутовымспособом, затем уже шла формовка стенки сосуда (рис.4).28 Тесто визломе двухслойное красного снаружи и внутри серого цвета, с большой примесьюмелкого и крупнозернистого песка. О подобном же делении цветов, отмечал, всвоей работе А.Н. Бернштам, подчеркивая их принадлежность к андроновскимсосудам.29Внутри сосуда имеются небольшие до 1см нитевидные трещины. На сосуде видныследы влажной обработки в виде маленьких тонких звездчатых растрескиваний. По-видимому,поверхность сосуда обрабатывалась пучком стеблей т.к снаружи на сосуде видныследы лощения.

На венчике имеется «елочный» орнамент направленныйв правую сторону, который был, оттиснут гладким штампом. Поверх которого,наблюдается горизонтальный ряд, опоясывающих сосуд «жемчужин» т.е. ямочек-горошин,нанесенных палочкой с закругленным концом изнутри сосуда. В среднем расстояниемежду «жемчужинами» составляет 2см. Глубина «ямочек» до0,7см. Подобного рода жемчужный орнамент широко известен на Енисее, вокуневской культуре он появился на втором ее этапе, синхронному, по мнению Вл.А.Семенова федоровскому этапу андроновской культуры на Енисее.30

Металлические изделия.

Металлические изделия эпохи бронзы из фондов музеяпредставлены:

Бронзовый нож, двулезвийный.

Вислообушный топор с гребнем.

Вислообушный топор без гребня.

Весьма интересна находка бронзового ножа найденного вНарынской области (рис.5). Его размеры: общая длина 15,5см (при этом надоучитывать тот факт что конец ножа, т.е. его ручка отломана), длина клинка 11см,длина лезвия 8,5см, максимальная ширина лезвия 3 см, ширина перекрестия 2,5см,длина выемок 2см. При этом надо отметить тот факт что длина лезвия привосстановлении размеров всего ножа примерно будет составлять 2/3 от всей длины.Что по классификации данной Аванесовой Н.А. характерно для ножей федоровскогоэтапа развития бронзы. Известно также что ножи подобного типа весьма близки ссосново-мазинскими кинжалами.31

Топоры из музейной коллекции весьма распространенное явлениена территории Кыргызстана. Оба они входят в тип вислообушных топоров, но имеютнекоторые отличительные признаки. У первого топора (Рис.6) наблюдаетсяогибающий втулку гребень. Валик, идущий вдоль нижнего края втулки переходит кверхнему краю втулки отходит от нее и образует гребень, который затем переходитутолщенным валиком далее на тело топора и образует клин. Проух эллипсовиднойформы. Общая длина топора 18,5см, ширина лезвия 5см. При всей схожести данноготопора с вариантом В (по Н.А. Аванесовой) надо отметить те объективные причины,по которым мы не имеем права отнести его туда как то:

Наличие треугольного сечения.

Прямая спинка топора.

Валик, переходя в клин топора, не образует лезвия, т.е. неимеет своего завершения.

Но, несмотря на это я все же склонен датировать этот топор,как и топоры этого типа XII-XI вв. до н.э.

Второй топор также входит в тип вислообушных, но надо сразуоговорится, что у него отсутствует гребень. Его общая длина составляет 20,5см,ширина лезвия 4см (рис.7). Эллипсовидный проух расположен так, что рукояткабыла перпендикулярна лезвию. Валик топора переходит через обух к верхнему краювтулки, затем переходит на тело топора с двумя параллельными гранями,образующими лезвие. На обухе видны следы ударов, следствие чего, возможно,исчез гребень. На щеках втулки имеется литый орнамент в виде пересекающихсякосых черточек, образующих сеточку. Судя по шву на втулке топор, выливался вформе с литником расположенным на обухе топора. По всем выше перечисленным признакам,данный топор можно отнести к варианту В1 — классический топор с гребнем (по Н.А.Аванесовой). Отсутствие же гребня скорее указывает на более древнее егопроисхождение, и позволяет нам датировать его XIII-XII вв. до н.э.

Заключение

Таким образом, к настоящему времени можно считатьокончательно установленным факт наличия памятников культуры бронзового века натерритории Кыргызстана. Исследователи указали также черты, составляющие еесвоеобразие. Источниковедческая база представлена достаточно разнообразно ихронологически широко: поселения, наскальные рисунки, погребения, горныевыработки и случайные находки, датируемые от раннего до позднего этапа эпохибронзы. Единственным минусом является отсутствие комплексов.

Эпоха энеолита на территории нашей страны пока неизвестна,за исключением наскальных изображений Саймалы-Таша.

Эпоха ранней бронзы — погребение у с. Пригородное, в зонезатопления Камбаратинской ГЭС, могильники Таш-Тюбе II иТаш-Башат.

Эпоха поздней бронзы (начало I тыс. до н. э) — многочисленные случайные находки на трассеБЧК, могильники Кеклик-Сай, Бурмачап, Джазы-Кечу, Джал-Арык, клады Сукулукский,Шамшинский и т.д.

Материалы из перечисленных памятников позволилиисследователям дать более или менее подробную характеристику культурыскотоводческого населения бронзового века Кыргызстана. Причем, при всейбесспорной близости ее к культурам степного облика Южной Сибири, Урала иКазахстана, она все же тяготеет, по моему мнению, больше к последней. Но до сихпор окончательно не решен вопрос о том, существовала ли здесь самостоятельнаякультура в эпоху раннебронзового века. В этом отношении более ясна ситуация дляпозднего этапа бронзы, когда на территории Кыргызстана были распространеныпамятники локального варианта андроновской культуры. Если смотреть на состояниеархеологии бронзы Кыргызстана с точки зрения ее места в общей археологическойпроблематики края, за последнее тридцатилетие, то этот период является одним изнаименее изученных. В настоящее время представляется актуальным возобновитьразработку проблем, связанных с бронзовым веком Кыргызстана. Этопредопределяется, с одной стороны, расширением источниковедческой базы побронзе с территориями интересующего нас региона (что не нашло пока должногоотражения в литературе), с другой успехами в изучении археологии эпохи бронзысопредельных областей Южной и Восточной Сибири, Прибайкалья, Центральной Азии,Казахстана и др. Из числа ранее поставленных задач, по-прежнему остается,задача классификации и типологии многочисленного материала эпохи поздней бронзыкстати, по Кыргызстану, какой либо классификации памятников эпохи бронзы непроводилось (кроме возможно Е.Е. Кузьминой и Н.А. Аванесовой, но эти монографиибыли посвящены Азиатскому региону в целом).33 К тому же классификации выше указанныхавторов касались лишь металлических изделий, и не являлись достаточно полными,как, например, осуществленная Табалдиевым К.Ш. По материалам тюркского времени,которая дала интересные материалы.34 Кроме того, до сих пор не решен вопрос остановлении скотоводства и его развитии интересующего нас региона, т.к скотоводство,по мнению многих исследователей, возникло в эпоху раннего металла.35

Таким образом, встает задача, поиска памятников этоговремени и выяснения по их материалам характера становления скотоводческогохозяйства. В настоящее время принято считать, что Кыргызстан входит в большуюисторико-культурную область, известную под названием Средняя Азия. Известнотакже и то, что с эпохи поздней бронзы она входила в большойЦентральноазиатский массив, населенный кочевым и полукочевым скотоводческимнаселением. Однако до сих пор не ясно, к какому времени уходят истоки и каковадинамика процесса развития населения от неолитических племен к скотоводческимплеменам позднебронзового века.

В связи с такой постановкой вопроса было бы весьма интереснопроследить, как соотносился факт сосуществования в эпоху бронзы двухсамостоятельных культур — чусткой и андроновской. Тем самым можно будетпроследить развитие различающихся экономической основой и культурно-бытовымиособенностями двух этнических групп.

Рассмотрение перечисленных выше аспектов проблемы бронзовоговека Кыргызстана позволит более определенно вести речь о ранних этапахэтнической истории населения нашей страны.

Разумеется, имеющихся материалов пока недостаточно. Нужныновые исследования с широким хронологическим охватом. Назрела необходимость вполевых и кабинетных исследованиях по бронзовому веку Кыргызстана. Этоспособствовало бы разработке многих вопросов, связанных с хозяйственной,культурной и этнической историей древнего населения не только Средней, но иЦентральной Азии, а также Восточной, Южной и Западной Сибири.

Список использованной литературы

1.        Аванесова Н.А. Культура пастушеских племен эпохи бронзы Азиатской частиСССР. Ташкент 1991.

2.        Археологическая карта Тонской длины // Археологические памятникиПрииссыкулья. Фрунзе, 1975. .

3.        Бартольд В.В. Отчет о поездке в Среднюю Азию // Избранные труды поистории кыргызов и Кыргызстана. Бишкек, 1996.

4.        Бернштам А.Н. Археологический очерк Северной Киргизии. — Фрунзе, 1941.

5.        Бернштам А.Н. Историко-культурное прошлое Северной Киргизии поматериалам БЧК. Фрунзе 1943.

6.        Бернштам А.Н. Археологические контуры Тянь-Шаня и Алая. // Изв. Кирг. ФАНСССР, 1945, Вып.2-3.

7.        Бернштам А.Н. Из истории Восточной Ферганы и Алая. Краткий отчет арх. экспед.1946 г. // Изв. Кирг. ФАН СССР, 1947, Вып.6.

8.        Бернштам А.Н. Основные этапы истории и культуры Семиречья и Тянь-Шаня.// СА.,XI, 1949.

9.        Бернштам А.Н. Историко-археологические очерки Центрального Тянь-Шаня иПамиро-Алая. МИА № 26, М. — Л., 1952.

10.      Бернштам А.Н. Из итогов археологических работ на Тянь-Шане и Памиро-Алае.КСИИМК, Вып.28, 1949.

11.      Бернштам А.Н. Каменные изображения Саймалы-Таша // Избр. тр. ПоАрхеологии и истории кыргызов и Кыргызстана, Т-I,Бишкек, 1997.

12.      Галочкина Н.Г. Новые данные об исследованиях памятников эпохи бронзы // Кетмень-Тюбе,Фрунзе 1977.

13.      Галочкина Н.Г. Стром А.А. Памятник эпохи бронзы в зоне затопленияКамбаратинской ГЭС-2 // Некоторые вопросы археологии и этнографии Кыргызстана. — Бишкек 1991.

14.      Герасимов М.М., Черных Е.Н. Раскопки Фофанского могильника. М., 1974.

15.      Глушков И.Г. Керамика как археологический источник. Новосибирск, 1996.

16.      Грязнов М.П. Погребение бронзовой эпохи в западном Казахстане. Сб.«Казаки», Вып. II, Л., 1927.

17.      Грязнов М.П. Казахстанский очаг бронзовой культуры. Сб. «Казаки»,Вып.15.Л., 1930.

18.      Зданович Г.Б. Бронзовый век Урало-Казахстанских степей. Свердловск 1988.

19.      Зимма Б.М. Очаг андроновской культуры в Северной Киргизии — ТИИЯЛ Кирг. ФАНСССР, Вып. II. Фрунзе 1948.

20.      Иванов П.П. Материалы по археологии котловины Иссык-Куля. // Тр. ИнститутаИстории. Вып. III, — Фрунзе, 1957.

21.      История Киргизской ССР. Т-I. Фрунзе, 1968.

22.      История Киргизской ССР. Т-I. Фрунзе, 1984.

23.      Кожембердиев К. Галочкина Н.Г. Изв. А.Н. Киргизской ССР серияобщественных наук, Т-II Фрунзе1960.

24.      Кожембердиев К. Галочкина Н.Г. Изв. А.Н. Киргизской ССР. серияобщественных наук, Т-II Фрунзе1960.

25.      Кожембердиев К. Галочкина. Работы в долине Кетмень-Тюбе // Археологическиеоткрытия 1968 года. М., 1969.

26.      Кожембердиев К. Галочкина Н.Г. (УСА) Вып.1., Л., 1972.

27.      Кожембердиев К. Галочкина. Успехи среднеазиатской археологии вып.1., Л.,1972.

28.      Кожембердиев К. Основные этапы истории культуры Кетмень-Тюбе // Кетмень-Тюбе,Фрунзе 1977.

29.      Кожемяко П.Н. Погребения эпохи бронзы в Киргизии. Изв. АН Кирг. ССРсерия общественных наук. Том II, Вып.3 (история).

30.      Кузьмина Е.Е. Металлические изделия энеолита и бронзового века в СреднейАзии. САИ (Вып 4-9).М., 1966.

31.      Кузьмина Е.Е. Древнейшие скотоводы от Урала до Тянь-Шаня. Фрунзе, 1986.

32.      Максименков Г.А. Андроновская культура на Енисее. Л., 1978.

33.      Семенов Вл.А. Многослойная стоянка Тоора-Даш на Енисее (К проблемепериодизации культур эпох неолита и бронзы Тувы) // Древние культурыЕвразийских степей. Л., 1983.

34.      Курганы средневековых кочевников Центрального Тянь-Шаня. Бишкек, 1996.

35.      Тереножкин А.И. Археологические разведки по р. Чу в 1929 г. — ПИДО, 1935,№ 5-6.

36.      Труды института истории вып. II. Фрунзе 1956.

Список сокращений

Изв. АН Кирг. ССР — Известия Академии наук Киргизской ССР.

Кирг. ФАН — Киргизский Филиал Академии Наук СССР.

КСИИМК — Краткие сообщения Института истории материальной культуры.

МИА — Материалы и исследования по археологии СССР.

ПИДО — Первобытная история докапиталистических обществ.

СА — Советская Археология.

САИ — Свод археологических источников.

Сб. — Сборник.

ТИИЯЛИ — Труды Института языка, литературы и истории Кирг.

ФАН СССР.

УСА — Успехи среднеазиатской археологии.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!:

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.