Церковь — евхаристическая община, собрание верующих, Тело Христово, Таинство

Prof. Kurt Marquart. Lutheran Confessions — II “Лютеранское Вероисповедание — часть 2” Евхаристическая община Преподаватель: Проф. Курт Маркварт. Автор работы: Сергей Глушков. feos@mail. ru Concordia Theological Seminary Fort Wayne 1999 План План 2 Предисловие 3 1. Верую…. 4 2. Тело Христово 7 3. Собрание верующих 9 3. Евхаристическая община 12 5. Служение и служения 17 6. Миссия 22 Заключение 24 Предисловие “Церковь — это собрание святых, в котором верно проповедуется Евангелие,

и правильно распределяются Таинства” [1 Аугсбургское Вероисповедание, Артикул VII ].

Церковь, как евхаристическая община в центре внимания этой работы. Церковь, как община верующих, собранных вокруг Слова и Таинства. Церковь, как общение веры, с одной стороны, и как Таинство Тела Христова [2 Ефесянам 1: 23, Римлянам 12: 15, 1 Коринфянам 12: 27 и др. ] — с другой. Евхаристическая сущность христианской общины проявляется во всех вопросах ортодоксальной экклесиологии: и в учении о служении церкви, и в сакраментологии, и в миссиологии, и в эсхатологии.

Безусловно, на этих страницах, лишь несколько слов на такую серьезную и сложную тему. Вероятно, больше вопросов. чем ответов. Однако, для меня лично — это новый шаг к более глубокому пониманию того, во что верит христианская Церковь. Я стал яснее понимать слова третьего артикула Символа Веры:

“Верую …. в Духа Святого, в единую святую христианскую Церковь, в общение святых, в отпущение грехов, в Воскресение тела и жизнь вечную. Аминь”. 1. Верую…. “…я знаю, в Кого уверовал, и уверен, что

Он силен сохранить залог мой на оный день…” [3 2 Тимофею 1: 12]

Первая часть Книги Согласия [4“Книга Согласия”. Фонд “Лютеранское Наследие”, Некоторые фрагменты из Книги Согласия были даны на лекциях в уточненном русском переводе. ]называется “Три Вселенских Символа Веры”. Первый из них — Апостольский, второй–Никео-Цареградский, третий — Афанасьевский. Отцы реформации подтвердили свою веру в единую святую кафолическую апостольскую Церковь и свою верность древней богословской традиции, той традиции, которая идет от первых веков, которая формировалась в борьбе с ересями, через противостояние внешним и внутренним искушениям. В этом смысле, на самом деле, они не привнесли ни чего нового. Эта традиция сохраняла действительную ортодоксию, защищая христианскую Церковь от сектантства, от ересей и фанатизма внутри общины и от давления извне, от влияния язычества, от секуляризации [5Секулярный — т. е. мирской, светский. Секуляризация — это стирание грани между миром и Церковью. Этот процесс иногда вызван внешними факторами, например со стороны государства или когда мирские традиции влияют на Церковь. Внутренние факторы можно обнаружить в слабости церкви перед миром, в либеральности учений, в ложной открытости — когда богословы сами стремятся привнести в Церковь популярные философские, психологические или социально-политические идеи. ]. Позже эта богословская линия нашла свое продолжение и развитие в период лютеранской ортодоксии [6Период лютеранской ортодоксии — это 16-й — 17-й века. Важнейшие имена: Хемниц, Герхард и др. Завершение этого периода исторически связано с появлением пиетизма (Шпенер), который был своеобразной реакцией на сухую схоластику, повторяющую ошибки католической школы. ], а сегодня мы находим приемников этой традиции в конфессиональном лютеранстве.

Слова Символа Веры — “верую…. в Церковь” — трудно вместить, трудно понять правильно, особенно, если мыслить о церкви, лишь с человеческой стороны, или с позиции современного постпротестантизма.

Несомненны утверждения — “Верую в Бога Отца… верую в Иисуса Христа…”. Но, эта странная вера в Церковь ни как не вмещается в рамки нового “свободного” “независимого” христианства. Почему? Одна из причин тому– популярный субъективизм, нашедший свое особое выражение и в современном христианстве. В центре такого индивидуально-религиозного мировоззрения – “Я сам”, человек, персона. Что этот “Я” чувствует, что думает, чем живет, во что верит, в какую Церковь ходит…. Вера привычно стала восприниматься как нечто только внутреннего, нечто сугубо личное.

Верую в Церковь [7Важно пояснить, что мы верим в не просто абстрактно “в Церковь”, но под такой краткой фразой в этой работе всегда подразумевается третий артикул Символа Веры, с полным определением, где мы исповедуем, что Церковь -единая святая кафолическая. ]. Что это значит? Возможно ли верить в Церковь, если она лишь собрание верующих людей, лишь группа единомышленников? Очевидно, что слова Символа Веры говорят не о людях, не о человеке прежде всего — но о Боге. Каждый артикул — это исповедание о Боге: Он сотворил мир и продолжает творить, даруя нам жизнь. Сын Божий, Иисус Христос — умер за нас и воскрес. Через Него, теперь — этонаша смерть, это нашевоскресение и жизнь. Дух Святой — призывает нас через Евангелие к истинной христианской вере, к евхаристической церковной жизни.

“Я верую, что не могу ни по собственному разумению, ни какими своими силами уверовать в Иисуса Христа, моего Господа, или прийти к Нему, но Святой Дух призвал меня через Евангелие, просветил меня дарами Своими, освятил и сохранил меня в истинной вере. Точно так же он призывает, собирает, просвещает, освящает всю христианскую Церковь на земле и сохраняет ее через единую, истинную веру в Иисусе Христе. В Своей Церкви Он ежедневно щедро прощает все грехи мне и всем верующим, и в последний день Он воскресит меня и всех мертвых и дарует мне и всем верующим во Христа вечную жизнь. Это непреложная истина” [8 Краткий Катехизис Мартина Лютера. ].

Так Лютер поясняет третий артикул Символа Веры в Кратком Катехизисе. Так мы начинаем исповедовать свою веру в Церковь еще в катехизационном классе. Верую в Церковь, единую святую кафолическую….

Трудно найти видимые основания для такой веры. Ведь, в церковном собрании мы видим не только верных, но и лицемеров и неверующих. Иногда, и священник не верит в то, что говорит. Иногда, и прихожане воспринимают христианство лишь как старую добрую традицию или возможность встретиться и пообщаться с людьми. Несколько лет назад именно по этой причине я решил уйти из церкви [9 С 1991-го года, семь лет я был членом “Библейской церкви”, похожей на “свободную евангелическую”. ]. Стало не интересно [10 Сначала я хотел вычеркнуть эту фразу, но — это честно, мне на самом деле стало не интересно. Сегодня в постротестантских общинах заинтересованность, полезность — один из основных критериев. ]. Стало как-то не во что верить, потому что надежды не оправдались и наступило разочарование в людях, которые казались по началу “настоящими любящими христианами”. Но, я не ушёл. Хотя это была не лютеранская община. После летних лекций в семинарии “Конкордия” 1994 и 1995 года я увидел Церковь с другой стороны, иначе.

Важность и значимость Церкви по существу — не в людях, которые приходят в собрание, но в Личности Христа. Он дарует благодать, прощает грехи Своим Словом в Своей Церкви. Именно Им едина Церковь. Поэтому, Павел говорит в послании Ефесянам:

“…. умоляю вас поступать достойно звания, в которое вы призваны, со всяким смиренномудрием, снисходя друг ко другу любовью, стараясь сохранять единство духа в союзе мира. Одно тело и один Дух, как вы призваны к одной надежде вашего звания; один Господь, одна вера, одно крещение, один Бог и Отец всех, Который над всеми, и через всех, и во всех нас” [11 Послание Ефесянам 4: 1-5 “Единство веры и Церкви”. ]. 2. Тело Христово

Осознание церкви, как Тела Христова стало для меня новым шагом в изучении экклесиологии в патристике первых веков христианства. На основании Священного Писания отцы ранней Церкви написали много книг на эту тему. С одной стороны, они находили в Библии очень яркий образ Церкви, как Невесты Христа [12 Ефесянам 5: 32 и др. ]. Это образ брачных отношений, образ семьи, образ любви, как в Книге Песнь Песней [13Книга Песнь Песней. Подобно “святая святых” Ветхого Завета, об отношении Бога и его народа. Эту книгу отцы Церкви часто цитировали, говоря об отношениях Христа и Церкви. ]. С другой стороны — Тело Христово — образ глубокий и таинственный. Это Тело едино во Христе. В этом Теле — особое значение приобретает христианское общение верующих. Жизнь этого его — в Крови Иисуса Христа. Господь дает жизнь, поддерживает и сохраняет Свой народ. В этом Теле мы собраны, прежде всего, не вокруг наших человеческих достоинств или недостатков, но именно вокруг Его Слова и вокруг Таинства– в евхаристическом общении.

Говоря о Церкви, как о Теле Христа, мы с одной стороны подчеркиваем единство верующих [14 В данном контексте выражение “единство верующих” и “единство крещеных” имеет то же значение], где каждый друг другу близок, как часть тела, как единый организм, а с другой стороны — мы видим Церковь собранную у Алтаря, вокруг Причастия. Этих людей собрал Господь, чтобы соделать их причастными Телу Его и Крови Его. Таким образом, для нас, в образе Тела Христова открывается глубокая истина и о евхаристическом собрании, и об общении людей и о Таинстве Причастия. “Христос живет в нас не только духовно, но и телесно — через переданное нам в Таинстве Тело и Кровь Христа” [15 Василий Великий].

Слово и Таинство — это важнейшие понятия в определении церкви. Чистая проповедь Евангелия и совершение Таинств, в соответствии с Божественным установлением вот что определяет Церковь, которая есть Тело Христово [16 Апология Аугсбургского Вероисповедания, Артикулы VII — VIII “О Церкви”]. Христос обновляет Свою Церковь, являясь ее Главой. Он правит этой Церковью в Духе Святом.

“Посему и я, услышав о вашей вере во Христа Иисуса и о любви ко всем святым, непрестанно благодарю за вас Бога, вспоминая о вас в молитвах моих, чтобы Бог Господа нашего Иисуса Христа, Отец славы, дал вам духа премудрости и откровения к познанию Его, и просветил очи сердца вашего, дабы вы познали, в чем состоит надежда призвания Его, и какое богатство славного наследия Его для святых, и как безмерно величие могущества Его в вас, верующих по державной силе Его, которою Он воздействовал во Христе, воскресив Его из мертвых и посадив одесную Себя на небесах, превыше всякого начальства, и власти, и силы, и господства, и всякого имени, именуемого не только в сем веке, но и в будущем, и все покорил под ноги Его, и поставил Его выше всего, главою Церкви, которая есть Тело Его, полнота Наполняющего все во всем. ” [17Ефесянам 1: 15-23. — именно это послание Апостола Павла цитируется и в Апологии. Мы вновь видим, что отцы реформации не говорили о Церкви ни чего принципиально нового. ]

Что же нас делает живыми членами этого Тела Христова? Среди страданий этого мира и человеческих заблуждений, вопреки неверию многих, Господь собирает Свою Церковь, и Сам делает нас ужездесь и теперьпричастниками вечных благословений, вечного утешения, вечной жизни и Святого Духа, и праведности, которая исходит от Бога — и сегодня, и вплоть до грядущего Пришествия Его.

Он Сам причащает нас Телу Его. Он предстоит перед нами в лице священника. Его голос мы слышим в церковной проповеди. Его Кровь и Плоть мы вкушаем в Таинстве Евхаристии. Он Сам творит нас живыми членами Его Тела. 3. Собрание верующих

Церковь — это собрание святых и истинно верующих [18Аугсбургское Вероисповедание. Артикулы VII — VIII. 1530 г. Дополнительно: Апология А. В. ]….

Артикул VII Аугсбургского Вероисповедания фактически является первым официальным догматическим определением церкви и ее единства, идущим дальше, чем Никейский Символ Веры. Древние споры о Церкви часто не касались догматической стороны экклесиологии. Много говорилось о структурах и об авторитетах. При этом, хотя и не было Соборных определений, отцы Церкви все же неоднократно говорили о верных признаках, определяющих христианскую общину. Во время же Реформации этот вопрос был одним из важнейших, учитывая противостояние католической иерархии с одной стороны и радикального [19 Здесь имеется ввиду крайние проявления — на примере анабаптистов и др. ] учения о Церкви –с другой. Именно в такой обстановке формируются определения Аугсбургского Вероисповедания и появляются особые учения со стороны оппонентов. Таким образом, после никейской [20Никео-Цареградский Символ Веры. Первый и Второй Вселенские Соборы — 325, 381 г. г. от Р. Х. ]экклесиологии первое официальное определение о Церкви дано лютеранами, после этого последовал ответ римо-католиков и ответ реформатов. Так что, теперь многие из существующих различных догматических определений о Церкви берут начало от времён Реформации, с 16-го века.

Аугсбургское определение Церкви, безусловно шире, чем “собрании верующих”. Оно говорит и о верной проповеди Евангелия и о совершении Таинств — как о признаках Церкви. В этой части моей работы я бы хотел внимательнее взглянуть на Церковь, именно как насобрание, потому что это видимая сторона.

Современные [21 В этом случае имеются ввиду постротестантские общины. ]формы церковности, внешне уже мало похожи на эти евхаристические собрания и мало отличаются от любых других социальных, общественных встреч. Мне довелось это пережить изнутри. Семь лет я был в такой “современной” церкви. Что было в той общине и чего не было? Было ли это собраниемверующих? Да, безусловно, это искренне верующие люди, читающие Библию и поддерживающие друг друга, как в вопросах веры, так и вообще, в делах окружающей жизни. Вы знаете, во время учебы в Семинарии мне пришлось многое переосмыслить в моем понимании церкви. Зачем я ходил в Церковь раньше? Честно говоря, для того, чтобы услышать проповедь, полезную для жизни и чтобы поговорить с людьми, которые уже стали как родные, подобно одной христианской семье. А теперь, в американской обстановке совершенно иначе осуществляется моя церковность. Ввиду недостаточного знания английского языка — проповеди во многом остаются не понятыми и далёкими. В общение с людьми–трудно. Другая культура, другой язык. Что говорить, я тут чужой человек. Что же осталось? Святое Причастие.

Более глубоко и ярко теперь я вижу значимость Таинства Евхаристии. Яснее становится и смысл слов“собрание верующих”. Не имея практически ни чего общего в повседневной жизни, здесь — у Алтаря — мы все вместе, мы собраны Господом, чтобы быть с Ним, чтобы быть Причастным Его Телу. Здесь рушатся все преграды, все человеческие разделения и распри. Здесь нет тех, кто ближе или дальше, но все мы — нищие духом, пришедшие обрести прощение и жизнь. Он Сам объединяет нас. Он Сам сохраняет это единство и дает нам благодать с избытком [22 Иоанн. 10: 10, и далее: Втор. 30: 4, 9 “Хотя бы ты был рассеян от края неба и до края неба, и от туда соберет тебя Господь…. А ты обратишься и будешь слушать гласа Господа…. С избытком даст тебе Господь…. ”].

“Церковь, по существу, является собранием святых и истинно верующих…. ” В конце этой цитаты стоит многоточие, потому что эти слова — лишь фрагмент из определения Аугсбургского Вероисповедания о Церкви. Артикул VII далее поясняет — каково же место тех людей в церкви, которые не являются верующими, но внешне неотличимо прибывают вместе со всей христианской общиной. В своей догматике лютеранские вероисповедания не разделяют Церковь на видимую и не видимую, подобно кальвинистскому учению “о двух церквях”. С другой стороны, и не отождествляет внешнюю церковную организацию с той Церковью в которую мы верим. Что всё это значит? Дело в том, что мы не видим единую святую христианскую Церковь, но мы верим в нее. Подобно тому, как в Евхаристии, мы не видим физически Тело и Кровь Христа, но мы верим, что сие есть истинная Кровь и истинное Тело. Таким образом, с веройв единую святую Церковь мы ожидаем конца истории, когда будет все явно и открыто. Ныне же, только Господь знает сердца людей в церковном собрании и ведает о чем они помышляют и какие цели преследуют. В Его руках — и суд и спасение. Для нас же есть внешние признаки Церкви, открытые в Писании, сохраненные Христом неизменно, действительные на протяжении веков, до наших дней. В Апологиимы читаем, с одной стороны и о церковной организации и о внешних обрядах и о различных институтах управления, но с другой стороны– евхаристическая община единство в христианской вере, исполненное Святым Духом. Где эта Церковь? Где Слово Божие проповедуется чисто, и Таинства совершаются в соответствии с Евангелием — это несомненно есть Церковь и христиане [23 Апология Аугсбургского Вероисповедания, Артикулы VII — VIII ]. 3. Евхаристическая община [24В основание этой главы положена моя работа в семинарии по курсу “Лютеранское Богослужение”]

Природа самой Церкви — евхаристична [25“Евхаристия”. Архимандрит Киприан. Профессор православной богословской семинарии в Париже].

Евхаристический характер церкви открывается не только во внешнем действии, но и внутренне, по существу. Одно из наиболее ёмких и глубоких определений поместной церкви — этоевхаристическая община [26 О евхаристической общине говорят такие православные богословы, как Шмеман, Афанасьев и др. ]. Это община, собранная вокруг Слова и Таинства. Это община, живущая литургической жизнью.

Как во времена апостольские, так и в последующие века — и на Востоке и на Западе, жизнь христианина была связана с церковным служением, вливалась в процесс Богослужения, концентрировалась в Евхаристии. Святое Причастие в сознании христиан с самого начала было центром всей богослужебной жизни. Все священнодействия Литургии и различные обряды сосредотачивались именно вокруг Евхаристии, которая и предназначена быть сакраментальным [27 Значит — таинственным, в таинстве. ] насущным хлебом для всех верующих. Мы находим не мало подтверждений этому и в ранней церкви. Дионисий [28 Псевдо-Дионисий Ареопагит. ] называет Евхаристию “таинством таинств”. Семеон Солунский учит, что “завершение всякого священнодействия и печать всякого божественного таинства есть священное причащение”. Евхаристию, Святое Причастие, как основное церковное священнодействие выделяет и св. Григорий Палама и многие другие. Природа самой Церкви — евхаристична. Церковь есть Тело Христово. Именно в Евхаристии нам предлагается Тело и Кровь Христа. В Божественной Литургии мы причастны этому Телу Христа, мы становимся живой частью Церкви, начиная в Крещении, а потом, продолжая нашу христианскую жизнь в Причастии.

В Божественной Литургии Сам Бог обращается к нам со Словом Примирения. Он прощает наши грехи, возрождает нас к новой жизни, утешает, укрепляет нас в вере. Без этого Слова Примирения, без Крещения и Причастия, без Божественного Служения нет ни какой церковности, ни христианской жизни вообще. Также как невозможно ограничить понимание церкви определением “собрание верующих”, так и понятие “Литургия” нельзя сводить лишь к порядку религиозных обрядов, к исторически сложившейся традиции и чинопоследованию. Форма и литургический чин может отличаться в зависимости от времени и места, но сущность Богослужения остается прежней: Господь Иисус Христос — дарует нам прощение и обновляет жизнь; мы — верующие в Него, с благодарностью слушаем Слово Его и вкушаем Его Тело и Кровь. Это — благодать Божьего Слова и наше благодарение в ответ. “И вы — Тело Христово” [29 1 Коринфянам 12: 27]. Это значит, что верующие уже теперь живут благодаря Крови Христовой жизнью во Христе. Это — жизнь в Нем, в Его Слове и в Его Таинствах, в Его Церкви и в Его Литургии.

Божественное Служение обнимает всю жизнь христианина, воспринимает всю его скорбь и радость, освещает его творчество, его дела и стремления. Наша Литургия не должна и не может быть сведена лишь к пассивному потребительскому отношению или только к энтузиазму нашего человеческого делания. Что это значит? Прежде всего, Литургия — это Слово Благовестия и Таинство. Господь говорит. Его Слово рождает в нас веру и совершает наше освещение. Он дает нам дары, а мы с верой благодарим Его, через Иисуса Христа силою Святого Духа. Литургическая жизнь не ограничивается только присутствием и соблюдением богослужебного порядка, но мы молитвенно живёмвсе происходящее, слушаем и отвечаем, принимаем прощение и благодарим. Таким образом, Литургия — это диалог, в котором Бог говорит, а мы слушаем и отвечаем. Он — дарует благодать и прощение, а мы принимаем и благодарим Его. Слова о Церкви и слова о Литургии — удивительно схожи. В Литургии находит свое выражение и христианская теология и христианская доксология. Яркое описание такой литургической жизни мы находим в Деяниях Апостолов. Жизнь апостольской церкви вращалась вокруг: учения, общения, преломления хлеба и молитвы [30 Деяния 2: 42 и 1 Кор. 10: 16]. Что это? Четыре отдельные части или что-то иное? Попробуем взглянуть на эти слова как бы сквозь призму литургического богословия: “они постоянно пребывали в учении Апостолов” — о чем это учение? – о Иисусе Христе – “общение” — что это значит? — это богослужение, литургия — в чем же выражается это “общение”? – “в преломлении хлеба и в молитвах”. Преломление хлеба — это Евхаристия, а молитвы, это возможное указание на часть литургии, по существу — это вся молитвенная жизнь апостольской общины, в соответствии с тем образцом, который установлен Христом в молитве“Отче наш”.

Изучая внимательнее Деяния 2: 42 мы можем лучше понять — чем жила апостольская Церковь, что для нее было важно и значимо.

О чем же учили Апостолы, о чем они рассказывали? Прежде всего, о Личности Христа Распятого и Воскресшего. Это учение готовило, предваряло участие в“общении”, т. е. в Божественной Литургии: Слово готовит к Таинству. Что же такое “евхаристическая община”? — Это община, собранная Христом вокруг Его Слова и Таинства. Читая лютеранские конфессиональные определения, важно обратить внимание на пассивную форму глаголов: вернопроповедуемое Слово, и правильно совершаемые Таинства. Кто может верно проповедовать Евангелие? Кто может правильносовершать Таинства? Об этом говорит Артикул XIV Аугсбургского Вероисповедания. Публично учить в Церкви и совершать Таинства может только тот, кто призван на это должным образом, т. е. так, как это установлено в Церкви. Из этого следует, что говоря о евхаристической общине и о Церкви вообще, мы всегда имеем ввиду и священнослужителей, которые готовят и проводят Литургию. Именно из их рук, как из рук Самого Христа мы принимаем Чашу Причастия. Через их проповедь и через все Богослужение — Господь говорит к нам. Благословение священника — мы воспринимаем, как благословение Самого Христа. Именно поэтому древние христиане уделяли такое особое внимание епископу, т. е. предстоятелю в церкви, предстоятелю в Божественном Служении. Известна знаменитая формула Киприана Карфагенского: “Церковь в епископе, и епископ в Церкви”. Так и Игнатий Антиохский говорит — где епископ, там и Церковь…. За многовековую историю, христианская Церковь обрела богатейшее наследие — и в богословии и в литургических традициях. Вместе с тем, таким студентам-семинаристам, как я, в этом многообразии — становится все труднее и труднее разобраться в богословских определениях и терминах. Одни богословские понятия дошли до наших дней неизменно, а другие — отчасти обрели новое значение.

Например, как называть церковнослужителя? Пастор, пресвитер, старейшина, епископ, предстоятель, священник, диакон? Как различить верно в работах разных авторов– что имеется ввиду, под определением служения епископа или диакона? В рамках этой работы невозможно сделать даже краткий анализ этого круга проблем. Однако, очевидно, что как и в апостольской церкви и в ранние века христианства, так и до сегодняшних дней — в евхаристическом собрании — Христа представляет священнослужитель, предстоятель общины.

Но что мы имеем ввиду, когда говорим, что священнослужитель должен быть поставлен на служение должным образом? [31 Аугсбургское Вероисповедание. Артикул XIV]Этот вопрос актуален также и в контексте спора о количестве Таинств и в вопросе “кто может совершать Таинства? ”. Строго говоря, в соответствии с лютеранским вероучением — Таинства в узком смысле — это только Крещение и Причастие [32О количестве и употреблении Таинств говорит Артикул XIII А. В. и, сответственно — Апология]. Однако, в широком смысле, в соответствии с Апологией, рукоположение, т. е. ординацию мы можем назвать таинством, в силу того, что в этом церковном обряде осуществляется служение Слова. А там, где Слово — там говорит Сам Господь. “…. слово Мое, которое исходит из уст Моих, — оно не возвращается ко Мне тщетным,

но исполняет то, что Мне угодно, и совершает то, для чего Я послал Его”. [33 Исаия 55: 11] 5. Служение и служения

“Он признал меня верным, определив на служение” [34 1Тим. 1: 12 Благодарю давшего мне силу, Христа Иисуса, Господа нашего, что Он признал меня верным, определив на служение…]

Итак, мы говорим о евхаристической общине, в которой проповедуется Слово и совершаются Таинства, служителями, призванными к этому должным образом [35Уместно сделать замечание, что об ординации особо говорится в “Шмалькальденских артикулах”. ].

В контексте утверждений предыдущей главы, закономерно возникает вопрос: кто служит в церкви? И более широко: что такое христианское служение? В этой теме вновь переплетаются вопросы и литургического характера, и о жизни в христианской общине, и о личном благочестии, и о миссионерском призвании. Интересно, как в одной современной энциклопедии приводятся три основных типа понимания служения в христианстве. Католическое учение о служении, прежде всего говорит об иерархиях в церкви и об институтах ее управления. Реформатские [36Под “реформатаством” я имею ввиду кальвинизм и множество его современных разновидностей. ]теории учат о различных служениях, имея ввиду, прежде всего, христианскую этику вообще и проявление разного вида личного благочестия в христианской общине. И только Лютеранство говорит о служении догматически, подчеркивая, что по сути этоодно служение — Служение Христа.

Церковное служение, по существу — это Служение Христа, Который и сегодня несёт Евангелие в мир, Который даёт Себя верующим, Который Духом Святым утешает нас, научает, воспитывает и сохраняет нас в истинной вере. Это совершает Он Сам. Термин “служение” используется в богословии и в узком и в широком смысле. В широком смысле это слово означает любое провозглашение Евангелия или преподавание средств благодати,  так, как это может быть осуществлено любым верующим христианином. Христианское служение, в узком смысле [37 Вместо слов “в узком смысле” и “в широком смысле”– можно сказать -“конкретно” и “абстрактно”. ], предполагает существование поместных церквей, ибо оно осуществляется там, где существует община и предстоятель.

“Шмалькальденские артикулы”так раскрывают библейское учение по этому вопросу: Когда Апостол Павел основал христианские общины на острове Крит, он велел Титу [38 Тит. 1: 5] в каждом городе [39 Вероятно, там где образовывались поместные церкви] рукополагать пресвитеров, которых он также называет епископами [40 Тит. 1: 7]. Опять же, после того как Павел и Варнава основали поместные церкви в Малой Азии, они рукоположили там“пресвитеров к каждой церкви…. ” [41 Деяния. 14: 23]. Рукоположенным пресвитерам было заповедано заботиться о Церкви Божией [42 1Тим. 3: 5], внимать “себе и всему стаду, в котором Дух Святый поставил вас блюстителями, пасти Церковь”, “бодрствовать” [43 Деяния. 20: 28-31], “подавать пример…” [44 1Петр. 5: 3]и т. д. Эти пресвитеры, предстоятели церквей должны были служить в своих общинах как верные священнослужители, призванные Самим Господом.

Следовательно, у нас есть все основания говорить, что церковное служение пресвитера [45 В протестантской терминологии, уместно говорить о служении пастора, служение епископа. ] осуществляется по Божьему установлению, по Божьей заповеди. “Достойно начальствующим пресвитерам должно оказывать сугубую честь, особенно тем, которые трудятся в слове и учении”. (1 Тимофею 5: 17)

Рассуждая о церковном служении, по существу, мы говорим о Служении Слова. Именно поэтому Апология, цитируя Августина, утверждает, что Таинство — это “видимое слово”, обозначающее и дарующее тоже самое что и само Слово. Таким образом, действие обоих едино [46 Апология, Артикул XIII].

“Апология” [47 Апология, Артикул XIII] также говорит: “Служение Слова совершается по заповеди Божьей и содержит в себе славные обетования”. Герхард [48 Герхард — один из крупнейших богословов периода лютеранской ортодоксии. ] пишет: “Служение Церкви является священным публичным служением, осуществляемым по Божию установлению”. Гуттер говорит о служении так: “Служение Церкви было установлено…. Самим Богом” [49Эти цитаты из Герхарда и Гуттера приводятся в “Христианской Догматике”. Мюллер. ].

Христианское служение названо “публичным” не по месту, где оно совершается, но скорее, ввиду того, что оно осуществляется открыто, от имени Церкви, от Имени Христа. А там, где Церковь, там, по воле Божией, должны быть и официально поставлены, призваны на служение пресвитеры, которые от имени Церкви проповедуют Евангелие, отправляют Таинства, и осуществляют Служение Ключей [50 Имеется ввиду власть отпускать грехи и отлучать от церкви. См. Иоанн. 20]. Так, постепенно, раскрывается более объемное и подробное определение христианской церкви, в котором уже есть и евхаристический характер общины, и особая роль служителей, предстоятелей в евхаристическом собрании. Итак, служение одно — это Служение Слова, которое мы слышим [51 “Вера от слышания, а слышание от Сова Божьего” — Римлянам. 10: 17] и которое мы видим в Таинстве [52 Апология, Артикул XIII]. Это Служение Христа для Церкви, в Церкви и через Церковь. Важно сказать также несколько слов и о лютеранском понимании священства. Действительно, слова о всеобщем священстве: “Но вы — род избранный, царственное священство, народ святый, люди, взятые в удел, дабы возвещать совершенства Призвавшего вас из тьмы в чудный Свой свет” [53 1Петра 2: 9]- относятся к каждому верующему. Но, все ли Апостолы [54 См. 1Коринфянам. 12: 27-31]? Все ли учителя? Все ли пророки? Все ли епископы и пресвитеры? Нет. Один Бог, производящий все во всех, но служения различны…. [55 См. 1Коринфянам. 12: 4-11] Не разделяя Служение Слова, мы видим различияв служениях. У каждого из нас есть свое призвание в жизни, свой индивидуальный путь. У каждого есть и свое положение в Церкви, в Теле Христовом, в живой христианской общине. При всём этом многообразии — мы едины во Христе. Это не только абстрактное единство в идеях и в общих целях, но и конкретное сакраментальноесо-причастиеТелу Христа. Это единство — и в Таинствах и во всем церковном священнослужении.

Кто же служит в Церкви? Предстоятель? Христос? Община? — Это единое служение. Кто является совершителем Таинств? Может ли епископ или пресвитер совершать священнодействия без народа Божьего? Может ли христианская община быть без предстоятеля? Нет, и не было, и не может быть церкви без священника и священника без церкви. Есть одна “Церковь Божия во Христе”, как единое целое. Невозможно разделить на части тело Христово. “Да будут все едино: как Ты, Отче во Мне, и Я в Тебе, так и они да будут в Нас едино, — да уверует мир, что Ты послал Меня”. [56 Иоанн 17: 21] Отвечая на поставленный выше вопрос, кто является совершителем священнодействия в Церкви, важно не смешивать и не отождествлять служение предстоятеля и общины [57 “Каждому из нас дана благодать по мере дара Христова” — Ефесянам 4: 7]. Хотя это служение и нераздельно, но все-таки различно, согласно Писанию [58 Римлянам. 12: 3-8, Ефесянам. 4: 1-7, Евреям. 2: 4, 1Коринфянам. 12 гл. ]. На евхаристическом собрании, как мы видим, каждый верный народа Божьего стоит перед Богом в своем священническом достоинстве. Таинства и священнодействия совершаются Церковью и в Церкви, т. е. это тоже Служение Христа, в котором открывается и Его сакраментальное действие и наше причастие к этому Служению, наше благодарение и жертва [59 Римлянам. 12: 1].

Воспринимая догматически христианское Служение, как единое действие, как единое Со-бытие во Христе, становятся на должное место учения о иерархиях и о наших различных призваниях. Становятся на должное место все внутрицерковные структуры и функции и все признаки внешней церковной деятельности в мире. “Для сего преклоняю колени мои перед Отцем Господа нашего Иисуса Христа, от Которого именуется всякое отечество на небесах и на земле, да даст вам, по богатству славы Своей, крепко утвердиться Духом Его во внутреннем человеке, верою вселиться Христу в сердца ваши, чтобы вы, укорененные и утвержденные в любви, могли постигнуть со всеми святыми, что широта и долгота, и глубина и высота, и уразуметь превосходящую разумение любовь Христову, дабы вам исполниться всею полнотою Божею. А Тому, Кто действующею в нас силою может сделать несравненно больше всего, чего мы просим, или о чем помышляем, Тому слава в Церкви во Христе Иисусе во все роды, от века до века. Аминь. ”(Ефесянам 3: 14-20) 6. Миссия Служение Церкви — это Служение Слова, это Служение Христа.

Однажды, в воскресной проповеди я услышал историю о том, как в одной церкви был крест с изображением распятия Христа, но …. у Христа не было рук. На вопрос об этом странном изображении, священник ответил, что это распятие было найдено после войны в руинах разрушенной церкви. Сначала хотели отреставрировать его, но позже решили оставить так. Священник сказал, что в современном мире мы, как призванная Господом Церковь, являемся руками Христа. Мы – Его руки. Поэтому такое распятие, пострадавшее во время войны, теперь напоминает общине о христианском миссионерском призвании — идти в мир, осуществлять Христово служение Благовестия, служение Примирения. [60 2Коринфянам. 5: 16-20]

Так, мы подошли к заключительной части определения церкви. Мы говорили о церкви, как о евхаристическом собрании верующих, как о Теле Христа, как о единстве предстоятеля и общины, как о церкви Слова и Таинства. Теперь же, продолжая тему Служение — важно сказать о христианской миссии. Христианская миссия начинается в Богослужении. Мы приходим в Церковь для Причастия Телу Христа, для исцеления нашей жизни, для возрастания [61 2 Коринфянам 10: 15] в познании [62 Филимону 1: 6, 1Тимофею. 2: 4, Колосянам 3: 10 ] и в учении [63 1 Тимофею 4-я, 6-я главы], но для себя ли только мы обретаем эту благодать Евангелия? Нет. Наше призвание — идти к людям, совершать Служение Слова во спасение мира [64 “Ибо явилась благодать Божия спасительная для всех человеков, научающая нас…. ” — Тит. 2: 11-12].

В богословском понимании “субъект” Богослужения — Сам Бог, а всякий приходящий становится “объектом” Божественной милости. При этом происходит не только утоление личной духовной жажды, не только удовлетворение личной “религиозной нужды”. Господь посылает нас в мир. Мы получаем призвание нести Благую Весть дальше — в свою семью, к своим соседям и друзьям, по всей Земле. Это и называется -“литургия после литургии”.

Таким образом, богослужение не уводит человека на время от мира, но посылает в мир с Евангелием и миссией. Богослужение — это проповедь Христа Распятого и Воскресшего, это свидетельство о Царстве Божием, о Благой Вести, о спасении и о новой жизни. В таком понимании, оно само уже является присутствием и откровением Христа, откровением Спасения.

Христианская миссия — это служение Церкви в мире, это служение Христа, Который, как и две тысячи лет назад идет в города, в дома к людям, приходит в жизнь общества и в жизнь каждого человека и приносит Евангелие, несет прощение грехов и Жизнь Вечную.

Слово Божие растет и распространяется [65 Деяния. 6: 7, 12: 24, 19: 20, дополнительно: 9: 31, 16: 5 и 28: 31 ]- в Книге Деяний Апостолов трижды упоминается эта фраза. Так характеризуется миссия апостольской церкви. Так мы говорим и о миссии современной церкви, потому что, по существу — как во времена Апостолов, так и сегодня -это Деяния Христа, это Служение Его Слова. “И церкви утверждались верою и ежедневно увеличивались числом” (Деяния. 16: 5) Заключение

Исследуя вопросы евхаристической экклесиологии мы посмотрели на Церковь и богословски, с догматической стороны, — и с практической, так сказать “снизу”. Мы видим, чтоевхаристическая община- это и собрание верующих и Тело Христово, здесь и общение святых и миссионерское призвание, и единство Служения и различение служений. Мы видим в церкви и паству, т. е. верующих, собранных во Имя Христа, — и пастыря, в лице предстоятеля евхаристического собрания. Хотя и не полагается в заключении начинать новую тему, все-таки, я хотел бы сказатьо эсхатологической перспективе христианской общины. Евхаристия — это Небо на земле, но при этом, Евхаристия — это и вознесение к Престолу благодати, к Небесному Алтарю. Здесь соединяется действие божественной благодати и человеческий отклик, молитвенный, жертвенный ответ. Церковь — это осуществление эсхатологииздесь и теперь. Хотя и отчасти, но уже в этой жизни в Церкви нам доступны вечные дары благодати и спасения.

Богочеловечество Христа не было лишь историческим событием, свершившимся две тысячи лет назад, но Он -в Евхаристии, в Своей Церкви — остался с нами во все дни до скончания века [66 Матфей 28: 20 б]. В этом наша жизнь в настоящем, в этом наша надежда — в будущее. В этом — наша вера, какосуществление ожидаемого и уверенность в невидимом [67 Евреям 11: 1]. Так, в Церкви Христовой, совершается наше спасение [68 См. Филиппийцам 2: 12-13 ]….

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!:

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.