Культ цветов в Японской культуре

Введение. 

Культ цветов  в культуре   японцев.

Срединациональных особенностей японского народа, которые не могут не привлекатьвнимания при  посещении  Японии, бросается в глаза глубокая приверженностьяпонцев к живым  цветам, к выращиванию, разведению, уходу, широкому использованиюих в виде украшения. Редко еще где можно, пожалуй, наблюдать такуючрезвычайную и едва ли не повсеместную приверженность, какая обнаруживается уяпонцев к живым цветам и растительному миру. Это искусство Флоры, считающейсяв древнеримской мифологии богиней цветов и весны, является своего рода культомцветов, который без преувеличения  можно назвать одной из характерных чертжизни и быта японского народа. У японцев  существуют три эстетическихпоклонения, три культа: цветов, луны, снега. Эти культы и их формы,выработанные самим бытом, нашли свое  яркое отображение в поэзии, живописи, вживом языке народа.

Природа японских острововпомогает почувствовать, понять: прекрасны цветы, луна, снег. Жизнь повелела:любоваться цветами – в их смене, в нескончаемом чередовании соответственновремени года; любоваться луной – в ночи полнолунья, особенно осенью, когда вЯпонии, как там принято говорить, -«ниппонбарэ» – «японская ясность», то естьровное, однотонно чистое небо; любоваться снегом, когда  он покрывает землюсловно цветами. В языке образовались понятия: ханами – «смотрение на цветы»,цукими – « смотрение на луну» , юкими —  « смотрение на  снег ».            Асамый обычный японский толковый словарь поясняет: ханами – смотреть на цветы и наслаждаться,испытывать радость, восторг. Употребляя для передачи японского слова«таносиму» – очень  многосмысленного  — в  данном контексте иероглиф, хотятподчеркнуть, что берут в «таносиму» то, что означает «ле» («раку») –«веселье   душевное», «услада души». А быт выработал традицию торжественныхтрапез в часы любования цветами, что также характерно и для эстетического икультурного быта других дальневосточных народов и их поэзии.

Любовное отношениеяпонского народа к цветам  прекрасно   выражено   в поэтических строчкахАкахито  прославленного  народного

певца Японии  первой половины  VIII  века :

Я в весеннее  поле пошел за цветами,

Мне хотелось собрать там фиалокдушистых,                                   И поля

Показались так дороги сердцу,

Что всю ночь там провел средь цветов

до рассвета !

 

Мир  цветов с ихбесконечным многообразием красок и форм, чарующей красотой, будимые ими учеловека возвышенные чувства, благородные движения души постоянно былинеисчерпаемым источником вдохновения японских поэтов всех времен. Стихотворение Аривара Нарихира, поэта  IX века, может служить одним из образцов такой поэзии:

Я красотой цветов пленяться не устал,

И слишком грустно потерять их сразу…

Всегда жалею их,

Но так их жаль,

Как этой ночью, — не былони разу !

 

Столь большой ролицветов в жизни японцев, несомненно  в значительной мере способствуют природныеусловия Японии. Мягкий морской климат, обилие влаги и солнечного тепла,благодатная почва позволяют японцам почти в течении всего года выращивать многообразныеживые цветы и декоративные растения. Цветоводство и садоводство приобрели встране самые широкие масштабы, носят буквально поголовный характер, Даже вкрупных городах, в том числе в гигантском Токио, используется малейшаявозможность, всякий клочок земли для разведения цветов и декоративных растений.В каждом японском ( по постройке, стилю) доме есть непременная  принадлежность-  так называемый «о-нива», садик при доме.

Представьтесебе рабочий пригород, промышленного и торгового гиганта – Осака. В этомпригороде люди живут в самом дешевом виде жилища, называемом  «нагая». Нагая –дом цепочка, то есть вытянутое в длину  соединение подведенных под одну крышумаленьких отдельных домиков квартир. В каждом таком домике- одна-две комнатки,крошечная кухонька и конечно,  столь же крохотная « ванная комната» – помещение, способное вместить только ящик с горячей водой  ( японская ванна) да одногочеловека.

Но одна из комнаток выходит во-нива – садик размером в письменный стол, Значит ессть цветы, либо в земле,либо в горшках.

Собственно говоря, это – нива  (сад, двор), но сердце японца не допускает обозначения этого маленькогопространства номенклатурным определением, языковой регистрацией; он хочетвложить в обозначение и кусочек своего сердца. Поэтому он и говорит: не нива,а о-нива. Что такое это «о»?.. Прозаическая грамматика, то есть то, чтонасилует свободный язык своими навязчивыми дефинициями, ответит «о» префикспочтительности  ласкательности, уменьшительности.  Значит это не «сад», а«садик», «садочек»– что-то милое сердцу.

Много внимания и усердиявкладывается японцами в выращивание новых интересных разновидностей цветов,усовершенствование их формы и окраски, улучшение сорта .  Японские  цветоводыстремятся к тому, чтобы живые цветы росли и цвели непрерывно в течении всехчетырех сезонов года и чтобы при этом не  нарушался определенный рисунок,ковер, сотканный самой природой из наиболее красивых расцветок цветов и ихсочетаний.

Неудивительно  поэтому то,  что навсей территории этого островного  государства, в самых различных его районах, вгородах и сельских местностях – всюду наблюдается поразительное богатство имногообразие живых цветов.  Здесь часто можно встретить самые необычные,поистине экзотические  породы, рисунки, краски и оттенки цветов; и все этонередко удивительно больших, колоссальных масштабов.

Хризантема.

Среди живых цветов, наиболее часто встречающихся вЯпонии, следует прежде всего выделить столь же утонченные, сколько имногообразные виды « золотого цветка» хризантемы: летней, осенней, зимней, отсамых мелких ординарных размеров до наиболее крупных, махровых. Этоизумительное растение, принадлежащее к семейству сложноцветных, обладаетроскошными, пышными  махровыми цветами разной, часто самой неожиданной окраски.Хризантема является традиционным цветком  и украшает официальнуюгосударственную эмблему Японии. Хризантема разводиться в Японии главным образомдля декоративных целей.

Хризантема, быть может как никакойдругой цветок неизменно являлась источником вдохновения японских  живописцев,создавших изумительные полотна с неповторимым художественным изображением этихблагородных цветов.Японская поэзия полна прекрасных образсцов поэтическоготворчества, воспевающего цветы хризантемы. 

Вот небольшое стихотворение, принадлежащееперу Томонори, поэта японской древности:Как тает иней, павший на цветы

Той хризантемы, что растет удома,

Где я  живу,

Так, жизнь, растаешьты,

Исполненная нежною любовью !

 

Прекрасно по настроению и посвоеобразному видению поэта стихотворение Сугавара, писавшего в далекие днияпонской старины:Те хризантемы белые, что там

Колеблемы вдалиприморским ветром,                                        Всекажутся глазам

В осенний день

Прибрежной волной, а нецветком!

 

В Японии, вотличии от некоторых европейских стран, широко культивируются не только осенниехризантемы, но и летние. Японские  и китайские цветоводы стремятся высаживатьхризантемы разных цветов, так, чтобы их цветение  не совпадало, чтобы онопродолжалось нескончаемой чередой. Когда отцветают одни хризантемы, зацветаютдругие, но чем ближе к осени, тем колоритнее и обильнее цветение. В большихгородах устраиваются выставки хризантем. А в императорском дворце – на обширныхпространствах дворцового « о-нива», который тут зовется «ге-эн» – «парк», устраиваютсяпышные приемы в саду, для избранных.

Наибольшейсилы и яркости цветение достигает в сентябре, когда распускаются десятки  исотни видов хризантем. Медленно накаляется этот огонь цветов и так же медленногаснет. Уже потянуло северными ветрами уже окрестные леса стали желто-красными,потом бледно серыми и темными, а на клумбах рдеет пламя хризантем, будтораспущенное ветром на множество язычков. В японском саду поражает разнообразиецветов и рисунков- темно-вишневые, белые с золотой сердцевиной, светло-голубые,терракотовые, бело-розовые с висячими, трубчатыми, вогнутыми, игольчатымилепестками. И при этом японские садоводы продолжают создавать все новые видыхризантем, добиваясь невиданной прежде формы, окраски и даже размеров. Нынешняяхризантема – плод многовековой работы садоводов, невиданно, фантастическиоблагородивших простую ромашку.

Большиеосенние выставки хризантем, ежегодно устраиваемые в многочисленных городахЯпонии, экспонируют все новые виды. По литературным данным, хризантемы быливывезены в Европу в семнадцатом столетии, а в Японии они выращиваются с 7 века. Лишь лотос и бамбук могут соперничать с хризантемой в популярности. Нет,кажется, цветка, который воодушевил бы поэтов на такое множество стихов, ахудожников на такое обилие картин, как хризантема. Хризантемы на ДальнемВостоке – не только декоративные растения. Их лепестки обладающие чудесныммедвяным запахом, примешиваются к ароматным сортам чая, на них настаиваютсяналивки и вина.

Цветы  в  искусстве и поэзии  Дальнего Востока.

Кто долго жилв Японии, тот не мог не заметить, что в этой стране трудно найти человека,который не любил бы живых цветов. Любовь к цветам поистине  заложена в самойприроде японского народа. Эта их приверженность к цветам является выражениемэстетических взглядов, художественных вкусов японцев. Она нашла свое воплощениев произведениях японской живописи, которой присуща удивительная жизненнаяубедительность, эмоциональная действенность. Живые цветы  были всегда одной изизлюбленных тем японских художников, мастеров знаменитых мозаичных произведенийи фресок, резчиков по дереву и яшме.

И видно, что с древнейших временв сознании японского народа к живым цветам ассоциировалось с мыслями опрекрасном и возвышенном, с устремлениями к лучшей, совершенной жизни, кторжеству жизнетворных сил и справедливости.

Цветы –излюбленный сюжет японской живописи. Небезынтересно отметить, что этонаправление имело свое специфическое обозначение – «цветы и птицы». Достаточноувидеть эти два иероглифических знака, как перед вашим взором сейчас жепредстанут многочисленные полотна с «цветами  и птицами». Европейцы частоговорят, что это декоративная живопись. Это не совсем точно. Такая живописьстала декоративной, но не такой она была при своем возникновении и подъеме.Формула «цветы и птицы» дает ключ к этому искусству: «птицы» берутся с яркимоперением, с фантастическими хохолками, с прихотливыми хвостами; «цветы» –вместе с ветвями, то есть кресты и линии. Так что перед вами — мир, свой,особый мир: мир красок, линий и форм. Прибавьте к этому самое существенное: чтовидят японцы в цвете, линии и форме. Одни – сознательно. Через философию,другие бессознательно, так сказать интуитивно, через привитую веками эстетику.

О большомвнимании японского народа к цветам и их роли в духовной и культурной жизнилюдей свидетельствуют уже самые ранние литературные, в частности поэтические,произведения японских мастеров художественного слова. В народных фольклорныхпеснях самого древнего китайского поэтического памятника» Шицзин» – «книгипесен», широко известной также в Японии, цветы служат одной из любимых тем.Значительное место занимают мотивы живых цветов в другом произведении – «Чуских строфах», пользующихся большой популярностью в Японии и это неудивительно, потому что Япония и Китай не смотря на многочисленные противоречияочень связаны межу собой крепкими нитями взаимной культуры. Можно сказать,что  культура Древнего Китая была прародительницей культуры Древней Японии. 

О цветахговорится в одной из древнейших песен – « Поклонение душе» из цикла « Девятьнапевов», принадлежащих перу родоначальника китайской поэзии древности Цюй Юаня( 340 – 278 гг. до н.э.), произведения которого дошли до нас в иероглифическихписьменах:

Весной цветут орхидей,

Осенью– хризантемы,

Так и обряды наши

Тянутся чередой.

Замечательно, таким образом, чтоупоминание о хризантемах, быть может еще не культивированных, а диких,содержится в литературных записях седой старины. Однако, судя по «Таблицамхризантем», составление которых относится к десятому столетию, уже тогданасчитывалось до семидесяти видов хризантем. Именно хризантемам,  которые, пометкой характеристике японцев « способны бороться с дыханием осени и сединамизимы», посвящены вдохновенные строки многочисленных поэтических произведений,об этих цветах сложено множество преданий и сказочных историй.

Перу выдающегося китайского новеллиста Пу Сун-лина(Ляо Чжай ) принадлежит замечательная новелла, в которой рассказывается олюбителе цветов по имени Мао Цзы-цай, в семье которого секрет выращиванияцветов хризантемы передавался от отцов к детям. Мао Цзы-цай стал страстнымцветоводом. Услышит, бывало, что где-то появился новый сорт хризантемы, — ему итысяча верст не страшна, тот час же в путь, только достать редкостный цветок.Как то Мао Цзы-цай  отправился за хризантемой в город Наньлин и повстречался впути с юношей по фамилии Тао, который владел искусством выращивания хризантем.Выброшенные другими, хилые цветы быстро расцветали и приносили новые сорта, кактолько попадали в волшебные руки Тао. Вскоре Мао Цзы-цай женился на старшейсестре Тао, по имени Хуан-ин, и обе семьи породнились. Однажды Тао выпиллишнего, пьяный упал на землю и тотчас превратился в громадный куст хризантем.Лишь на следующий день к нему вернулся его прежний облик. Но вскоре Тао, вновьсильно опьянев, превратился в огромный куст хризантем, только теперьчеловеческий образ к нему уже не вернулся. Хуан-ин была в отчаянии, и горькимслезам ее не было конца. Зарыв корни куста в землю, она стала за нимистарательно ухаживать, поливать. И  к ее крайнему изумлению, осенью на кустерасцвели розовые хризантемы, испускавшие пьянящий аромат. Так  возник новыйсорт хризантемы, названный « пьяный ТАО ».

Выращивая из поколение в поколениеновые разновидности хризантем, китайские цветоводы давали им названия одно поэтичнее другого. Здесь и «летящий золотой  мотылек», и «благодатный снег – предвестникурожая», и « к солнцу обращенная заря», «яшмовая чарка с развевающейсялентой». Так  соединялся художественный рисунок, утонченная форма, создаваемаяприродой при активном воздействии человека, с живым  эмоциональным словом,поэтическим образом. В этом на протяжении веков находило свое выражение одно изпроявлений идеалов прекрасного, образное раскрытие эстетического начала в жизнинарода.

Пионы.

Не менее   часто встречающимися цветами в Японииявляются также многочисленные разновидности пионов. Они являются наиболеепопулярными декоративными цветами. Яркость расцветок, нарядность и благоуханиевыделяют этот цветок среди других растений. Если вьюнок  неизменно служит в поэзиии живописи олицетворением женского образа, то пион – всегда мужское начало,мужественный характер. Поэтому пион часто называют «мужем» или « царем»  средицветов. В Японии, где культивирование этих цветов началось около 1400 лет томуназад, насчитывается несколько сот разновидностей  этого изумительного цветка.

Пионы неизменно вызывали восхищениеяпонских и китайских художников и поэтов, воспевших в своих вдохновенныхтворениях обаяние этих прелестных цветов.

Одно из стихотворений  «Пью вино исмотрю на пионы» принадлежит крупнейшему китайскому поэту  Лю Юй-си (772-842),пользующемуся также известностью в Японии.

 

Я перед цветами сегодня пью –

Каждый кубок до дна.

Хмелею, блаженствуя в тишине,

Считаю кубки вина.

И об одном  грущу сейчас,

Что не говорятцветы :

Не  мне ль старику,принесли они

Дар своейкрасоты ?

Нарцисс.

Говоря о любимых японцами цветах невозможно  неупомянуть о нарциссах. Необыкновенная нежность и тонкое благоухание  цветканарцисса, вызываемое им эстетическое наслаждение снискали ему любовь человека, завоевали ему в жизни народа одно из почетных мест. Нарцисс любитводу. И в народе родилась удивительная легенда об истории появления этогоцветка.

Давным-давно  у подножиягоры Юаньшань, вблизи города Чжанчжоу, жила старая бедная вдова с сыном.Однажды вечером, когда она сварила остатки риса и ждала возвращения сына, в домвошел нищий старец. Вид у него был жалкий   несчастный… Голодному нищему вдоваотдала последнюю чашку риса, сваренного для сына. Когда старик съел кашу, вдовавдруг залилась горькими слезами. Отчего ты плачешь? –спросил старик. Как мне неплакать, ведь это последняя чашка риса для сына, который целый день трудится иочень голоден – сказала она… И ты наверно жалеешь, что отдала его мне! –произнес нищий. Нет не жалею, — ответила вдова – эта чашка риса спасет твоюжизнь. Но все равно не накормит моего сына. Старый нищий был глубоко тронутсловами вдовы и спросил А где ваша земля? Вон там, у подножия горы, — ответилавдова. Ничего больше не сказав. старец поплелся в указанную сторону. Придя наполе, он постоял немного на земле, а затем бросился в находившийся рядом пруд.Заметив это, вдова выбежала из дома и стала звать на помощь. У пруда собралисьвсе жители села. Люди опускались в воду, стараясь спасти старика, но тщетно. Надругой день утром сельчане заметили, что на том месте, где стоял старый нищий,вырос чудесный ароматный цветок. С тех пор все стали говорить, что нищийстарец- не кто иной, как водяной дух, а выросший на поле вдовы цветок людиназвали нарциссом – «цветок водяного духа». Существует несколько названийнарцисса — « драконьи лапы», «золотая чашка», «хрустальная яшма».

Климатическиеусловия  Японии позволяют выращивать  нарциссы почти в течении всего года.Живыми нарциссами украшается жилище  и с наступлением весны и с наступлениемзимы. Эта особенность нарцисса отображена в поэтических строках Басе  (1644-1694),  одного из выдающихся представителей японской национальной поэзии:

Первый снег в саду!

Он едва-едва нарцисса

Листики пригнул.

 

Лотос.

Кому доводилось бывать в японских парках с их прудами  и озерами, тому должны быть хорошо знакомы заросли водяныхрастений с громадными темно-зелеными листьями  и водопрозрачными белыми илирозовыми цветами лотоса. Цветы лотоса привлекали  внимание  художников и поэтовс древнейших времен. В древнем китайском  поэтическом памятнике–                      « Книге песен» –упоминание о лотосе встречается внародных песнях и стихах.

Нежные и благоухающие цветы лотоса, гордовозвышающиеся над поверхностью воды, с давних времен служат олицетворениемнеподдельной чистоты и целомудрия. Прекрасно  об этом сказано в поэтическомпроизведении « Я  лотос люблю », принадлежащем известному китайскому художникуслова Чжоу Дунь-и (1017 –1073), творчество которого пользуется большой любовьюв Японии:

« И на воде, и насухих листах, среди травы  и на деревьях цветов есть очень много всяких,которые ты мог бы полюбить…

При Цзинь жил Тао Юань-мин: одинлишь он умел любить, как надо, хризантему.

А начиная с Тан и вплоть до нашихдней любовь толпы сильней всего к пиону.

Но я один люблю лотос, за то, что изгрязи растет он, а сам не грязнится; чистою рябью омытый, кокетства женщин онне знает.                          Сквозя внутри, снаружи прям…

Не расползается и не ветвится.

И запах от  него чем далее, темлучше…

Он строен и высок, отчетливорастет.

Ты можешьиздали им разве любоваться: нельзя играть

С ним фамильярно в безделушки.

И вот я говорю:

О хризантема, ты среди цветов – отшельник, мирпрезревший.

А ты, пион, среди цветов богач,вельможа пышный! Но, лотос, ты средь них чистейший, благородный человек!

Да, хризантему полюбить, как Тао, охредко кто, сколь знаем мы, умел!

В любви же к лотосу со мной единымстать кто может из людей ?

К пиону же любовь – ну, это длятолпы.

Примечательно, что цветок лотоса, являющийся всознании народа олицетворением  моральной чистоты и целомудрия, был использованбуддизмом и превращен в один из своих религиозных символов, непременныххрамовых атрибутов. В буддийской живописи и храмовой скульптуре, получившихнеобыкновенное развитие в Японии, Будда и его сподвижники нередко изображенывосседающими на троне из гигантских цветов лотоса.

Сакура.

Большой любовью пользуются в Японии цветы-деревья.Здесь прежде всего надо назвать знаменитую японскую вишню – сакуру, воспетую вяпонской поэзии и наиболее широко отображенную в картинах  художников разныхпоколений. Цветы сакуры, появляющиеся на голых изогнутых ветвях вишни весной,встречаются простые и махровые, различных цветов и оттенков, в том числерозового, кремового, желтого. В период цветения сакуры каждый японский домукрашается ее прекрасными ветвями помещенными обычно в изящные фарфоровые вазыили специальные цветочницы.

« Сакура видна по цветам» и японцы часами любуютсяпрелестью весеннего дня, когда на ветвях сакуры, распускаются белые ижелто0розовые лепестки. Этот народный обычай любоваться цветущими вишнямивоспет  в многочисленных творениях японской поэзии. О захватывающем зрелищецветения сакуры, заставившем, например, остановиться  знатного всадника всопровождении пышной кавалькады, говорится в чрезвычайно емком, хотя иминиатюрном по размеру стихотворении поэта Исса (1763-1827), в произведенияхкоторого звучит живая образная речь, задушевная лирика и тонкая ирония.:Как вишни расцвели!

Они с конясогнали

И князя гордеца

В другом стихотворении Иссавоспевается поэтическая тема душевной дружбы, уз братства, навееная цветениемсакуры:

Чужих меж нами нет!

Мы все друг другу братья

Под вишнями в цвету.

В солнечные дни ранней весныжители японских городов неудержимо стремятся попасть  в парк или сад, и частоможно увидеть, как толпы зачарованных людей, стоя,  часами любуются белым илирозоватым облаком цветущей сакуры. Не случайно это поклонение цветам отозвалосьв особом понятии  «кансе» ( китайское слово, пришедшее в японский язык ): оноозначает «взирать», «всматриваться», «наблюдать», «не сводить глаз». Несводить глаз и видеть  прекрасное! « Слива цветет – запах хорош, вишня цветет– глаз не оторвешь», — гласит японская пословица.

Здесь, как у художественногополотна, нужно отступить на несколько шагов от предмета любования, чтобыувидеть его пропорции, охватить глазом всю раму живого творения. Многих в этирадостные часы влекут уединенные места, горные выси, заповедные уголкидевственной природы, где их воображение может быть взволновано внезапнымвидением любимого зрелища. Именно с таким настроением написанр поэтом Кито одноиз кортких стихотворений в классическом жанре хокку:

Идешь по облакам,

И вдруг нагорной тропке

Сквозьдождь  —  вишневый цвет!

С темой цветения сакуры в японской поэзии органическисплетены мотивы интимных чувств, любовная лирика. Прекрасным образсцом такойпоэзии является одно из стихотворений поэта японской древности Цураюки:Как сквозь туман вишневые цветы

На горных склонах раннею весною

Белеют вдалеке, —

Так промелькнула ты,

Но сердце все полно тобой!

С большой силой выразительностипередано настроение глубокой влюбленности  поэта в чарующую своейнеповторимостью картину не только цветения, но и увядания цветов сакуры – вдругом произведении Цураюки:Туман весенний, для чего ты скрыл

Те вишни, что окончилицветенье                                  Насклонах гор                                  Не блеск нам только мил, —

И увяданья миг достоинвосхищенья!

Нигде, вероятно, не существуетстоль своеобразного и едва не всенародного культа, как культ сакуры в Японии.Живая ветка сакуры, которая как бы служит символом  богатого   и  своеобразногорастительного мира этой островной страны, полнее всего, пожалуй, отображаетэстетический вкус японского народа. Среди разновидностей сакуры особое местозанимают цветы горной вишни – «ямадзакура». В этом слове японец, воспринимаяего как целое, слышит в то же время и составляющие его элементы: яма – гора,сакура ( в соединении: дзакура) – вишня, хана – цветок. А горы, вишневыедеревья, цветы и есть  в глазах олицетворение «Ямато» – Японии. Название«Ямато»  по соему настроению близко к тому, что для  русского  содержится вимени «Русь».

Известныйяпонский ученый и поэт восемнадцатого столетия Мотоори Норинага не без гордостипровозгласил в одном из  своих стихов:

Коль спросят утебя о духе,

Что в истинныхсынах

Японии живет,

То укажи на цветдерев вишневых,

Что блещутбелизной, благоухая

В лучах веселыхутреннего солнца

В пэтическом памятнике «Книгепесен», содержится стихотворение под названием « Цветы дикой вишни». В этомнаиболее раннем на всей земле поэтическом произведении суровому осуждениюподвергаются вражда и распри, воспевается идея дружбы и верностим междубратьями:

Цветы дикой вишни,        Разве не пышен их убор?

Из всех людей на свете                     Нет ближе, чем братьяродныеСлива

Прекрасны ветви цветущей сливы. Цветы эти неумирают даже в студеную, морозную погоду. И в самом  деле, на дворе еще лежитснег, стоит леденящий холод, а на приземистых деревьях умэ – сливы- с ихчерными узловатыми,  перекрученными, точно проволока, ветвями распустилисьцветы. Кажется парадоксальным – среди снежных хлопьев, подобно вате повисших наветвях, нежнейшие лепестки  слегка розовеющих цветов японской сливы, распустившихсяпод животворными лучами раннего весеннего солнца.

Замечательно об этом сказано в  стихотворениивыдающегося певца родной природы Акихито:

… Я немогу найти цветов расцветшей сливы,

Что другу я хотела показать:

Здесь выпал снег ,-

И я узнать не в силах,

Где сливы цвет, где снегабелизна ?

Цветение сливы воспринимаетсяяпонцем как примета времени. С цветением сливы начинается год, разумеется полунному, природному, а не искусственному, астрономическому году.  Вообще  всесезоны, а их японцы насчитывают двадцать четыре в году, соединены в Японии сосвоим цветком. Предвестие весны – слива, весна в  разгаре – вишня, один изсезонов  осени – хризантема.

Японская умэ  напоминает наше сливовое дерево, нокак и сакура не является плодоносящей. И это не просто ботаническаяхарактеристика; это- фактор, определяющий семантику соответствующих слов. Длянас  слова «вишня», «слива»  значат прежде всего  (  если не исключительно )плод, для японцев – растение, цветок. Между прочим отсюда пошло выражение,весьма ходкое  среди европейцев ,  познакомившихся с Японией: « В Япониидеревья не дают плодов, цветы не пахнут» Вообще говоря, это довольно верно:японские цветы в подавляющем большинстве действительно не пахнут. По этому вяпонском языке даже нет выражения: «нюхать цветы». На цветы смотрят. Дляцветов у японцев не нос, а глаза.

Цветы сливы пользуются у японского народанеобыкновенной любовью. Они  являют собой не только не только прекрасноезрелище, но и символизируют непреоборимое проявление сил природы, ихпробуждение от зимнего сна, радостную поступь весны. Бросая вызов зимней стуже, цветы   сливы, несущие людям тонкое благоухание и красоту, являются олицетворениемблагородства, торжества животворных сил. Прекрасно о цветах сливы поется водном из произведений японской народной поэзии:                       Лишь первый свой цветок

Весной раскроет слива ,-

Ей в  мире равных нет !

При звуках птичьих песен, Вещающихвесну,                          Повсюду ледрастаял ,-

И свежая волна

Прибрежной иве моет                         Зеленую косу

Высокий светлый гребень –                          Трехдневная луна –

Под вечер набелилась,

Богато убралась, —

Глядеть не наглядеться ,

Такая красота !Камелия.

Неизгладимое, чарующее впечатление  оставляетцветение японских  камелий. Торжественные, праздничные кроны деревьев сраспустившимися цветами камелии, напоминающими  крупный красный агат, имножеством прекрасных своей свежестью, нежных, еще не раскрывшихся бутоновподчеркивают несомненное  превосходство этого изумительного  декоративногорастения. Цветы камелии воспеты в многочисленных поэтических творениях,  встихах прославленных художников слова различных эпох. Характерно произведениесовременного китайского поэта Фэн Ши-кэ о юньнаньской камелии:Царицей цветочного мира                                          Камелия в мире слывет

Сама – чуть крупнее пиона,

Зимой и весноюцветет

Цветы- облака, обагренные солнцем,

Как яркие зори горят.

И кажется глазу – земля вся в огне,

А сад стал свежее, нежнее и краше,

Как будто, зарывшись наоблачном дне,

Стоит он и радостно веткамимашет  Искусство   Бонсаи.

Большим своеобразием японского быта являетсяширокое декоративное применение карликовых деревьев  и многолетних растений.Особенность этих растений состоит в том, что они часто бывают самыхнеобыкновенных форм и конфигураций, представляют собой причудливое сплетениекривых, извивающихся ветвей. Иногда это получается естественным путем, но частоэто достигается искусственно, намеренным вмешательством человека,заставляющего  растение принимать самые необычные очертания.

Люди неизменно стремятсяусовершенствовать, улучшить живую природу, подчинить растительный мир своейволи и фантазии.

У  японцев  широко развито особоеискусство древонасаждения –«уэки» или «бонсаи». Для японца дерево растетстихийно. Если его растит человек, это дерево не природное, оно сделаночеловеком. А то что делает человек, есть искусство; или во всяком случае можетбыть искусством.  К тому же между  «мастерством» и «искусством» – грань трудноразличимая. Поэтому « выращивание деревьев»  (растений)  есть  и мастерство иискусство. Из  этого  вытекает его подчинение эстетическим устремлениямчеловека Вдохновляется художник –растениевод действительностью – и еготворческим трудом создается «двухсотлетняя сосна» – точно такая, какой онабывает в природе: со скрюченными от старости «руками», «пальцами», сискривленным, сгорбленным станом, вся замшелая, седая. Только в горшке –миниатюрная. Вдохновляется художник – растениевод  фантазией – и рождаетсясосна с самыми причудливыми очертаниями, каких в природе не бывает, какиегрезятся художнику –мечтателю. Тоже миниатюрная. Словом, и в этом искусстве,как и во   всяком  другом есть « реализм», « романтика», «импрессионизм», «конструктивизм», « экспрессионизм» – вплоть до «супрематизма». Карликовыедеревья держатся в помещении, в специальных кадках, в нарядных черепичных , глазурованных, разноцветных цветочницах, форма и очертания которых сообразуютсяс рисунком растения, гармонируя с ним, образуя вместе законченную композицию,своего  рода единый ансамбль.

Икэбана.

С большимискусством и вкусом украшаются японцами их дом, жилище, место работы и отдыха.В Японии есть  слово «икэбана». Самый элементарный  толковый словарь языка дает следующее пояснение: « Икэбана – искусство ставить цветы и ветки в сосудыдля цветов». Особое умение состоит в том, чтобы найти верное место для цветов идекоративных растений,  подобрать неповторяющееся сочетание оттенков и рисунковразличных цветов, выбрать соответствующую  вазу или цветочницу. Это скорее невазы и цветочницы, а сосуды для цветов». Это может быть бронзовая чаша, всяорнаментированная, на  резной, фигурной деревянной  подставке; может бытьмедный – различной  формы —  кувшин  или треножный сосуд; может быть срезанноеколенце  бамбука, полое внутри, но с перемычкой, что дает возможность наливатьв  него воду, может быть плетенка, корзиночка – разных форм, из тонкихпластинок бамбука, из пропитанным темным составом лент из дерева. И реже всего — стеклянная ваза … Впрочем. Теперь в Японии можно иногда встретить вазы изпластмассы … Впрочем, как не без горечи замечают японцы падению вкуса вообщепредела не бывает.

В областиискусства декорирования живыми цветами существуют определенные художественныепринципы, своеобразная эстетика, нормы прекрасного. Оно имеет свои школы итечения, весьма отличающиеся друг от друга своими принципами и приемами.Знающий тайны этого искусства, тотчас, припри первом же взгляде на  то, какпоставлены цветы и ветки, скажет, к какой школе или направлению относится авторэтого украшения.  Цветы и растения располагаются в определенном обрамлении  иокружении.  Чаще всего цветы можно встретить по одному — два в вазе, а не  ввиде больших букетов. Тем более редко встречаются букеты цветов на столе или взалах. Японцы считают, что один или два  живых цветка на оригинальных стеблях с листьями, в соответствующей обстановке, с эстетической  точки зрения могутвыражать больше, чем несколько или даже целый букет цветов. Вообще этисоединения цветов и веток, а нередко только  веток, далеки от наших букетов. Ипо виду, и по идее ,, и по функциям в быту, в жизни человека. Характерно, чтокаждый цветок или веточка, на взгляд японцев, должны иметь определенноезначение.  Здесь целая философия. Часто, например, высокая веточка означаетнебосвод, средняя – человека, а самая низкая – землю. Такое соединение трехветок или одну ветку с  особо расположенными отростками именуют «триадой»:«небо, земля, человек», имеющей свои глубокие корни в духовной жизни народа, вего культуре, в его философии. Эта знаменитая триада восходит к древнейшейсокровищнице мысли, канону «Ицзин» – « Книге перемен», самому удивительномутрактату китайской древности. Именно в этом трактате, эта триада получает свое наиболее полное толкование: « Небо –вверху, земля – внизу, между нимичеловек» три начала бытия, три его ипостаси, три мира, три сферы жизни-равноценные, равнозначные. Они в вечном единстве, и в тоже  время каждый изних – сам по себе. Они не  раздельны и в тоже время – неслиянны. Вот о чем говоритэта незатейливая ветка, если отростки на ней расположены так, как нужно,осмысленно. Возникновение первоначального текста «Ицзина», как об этомсвидетельствуют  научные источники, восходит к 11 – 7 векам до н.э… Ееосновные положения складывались на опыте древних прорицателей. В  процессесвоего формирования «Книга перемен», отобразившая систему взглядов,определенное  мировоззрение своей  эпохи, обрастала многочисленнымикомментариями и толкованиями, приобретала философское и культурное значение, азатем превратилась в конфуцианский канон этико–политического и культурногохарактера. «Книга перемен» породила огромную литературу с множеством различныхточек зрения  на этот памятник, пленяющий своей мудростью и загадочностью.

Иногда цветывыставляются на изящной подставке на фоне стены определенного цвета. Нередкотакже можно увидеть живые цветы и декоративные растения рядом с предметамистарины, произведениями искусства и ремесла, каллиграфическими свитками илихудожественными панно, расписными экранами. Характерно, что эти предметы,которые высоко  ценятся и почитаются в Японии, как правило бывают небольшихразмеров и отличаются филигранной тонкостью, художественностью мастерства.Миниатюрность- характерная черта эстетического вкуса японцев. Собственно нестолько, быть может, миниатюрность как таковая, а то что скрывается,содержится в ней: стремление к предельной  экономности формы при полнотеобраза, всех его деталей. Несомненно, что  искусство применения живых цветов вдекоративных целях, как и каллиграфическая живопись, образы национальногозодчества, имеет определенное воздействие на духовную  и культурную жизньяпонского народа, обогащая и облагораживая эстетический вкус человека,воспитывая в нем любовь к истинной красоте искусства, расширяя возможности еголюбования прекрасным в жизни и искусстве, в многообразных формах егопроявления.

Заключение.

Живые цветы идекоративные растения являются составной частью быта японцев, представляютнеотъемлемый элемент их эстетической потребности, радости, культуры. Уяпонского народа существуют давние  традиции  и обычаи преподносить цветы поразличным поводам и случаям. Это – выражение внимания, знак уважения и дружбы.Яркие цветы служат проявлением радостных, оптимистических, торжественныхчувств. Желтый цвет, однако, не является у японцев символом разлуки, печали илиизмены, как у европейских народов, а считается одним из излюбленных ираспространенных. Белый цвет означает в Японии печаль, горе, траур. Лишь впоследние годы в Японии ,  под влиянием европейской традиции, в знак траурастали носить черный костюм, черное кимоно.

Живые цветы идекоративные растения в очень широких масштабах служат украшением не толькожилого помещения, очага японцев, но и учреждений, рабочих помещений, улиц,скверов, площадей. Часто цветы можно увидеть в вагонах железнодорожных поездов,самолетах, автомобилях. Объяснение происхождения  у японцев специфического искусстваживых цветов, можно  найти в работах известных японских искусствоведов, вчастности в работах  Нисигава. Отмечая особую приверженность японского народа кживой природе, естественной флоре, он сравнивает   отношение  японцев  к ним с  их отношением к близким, к их согражданам, и естественная красота природыспособна их взволновать и трогать так же, как благородные поступки и поведениелюдей. Такая непосредственность отношения японцев к природе, поясняет автор,проистекает возможно, из условий, изумительной и живописной природы японскихостровов, очарованием которой проникнуто все живое на земле.

Литература

Н.Т. Федоренко «Японские записи» -Советскийписатель, М.1966 г.

« Япония»   – справочник –  Республика, М1992 г.

Н.И. Чегодарь  «Цветы  в поэзииЯпонии и Китая » — Сов.писатель, М. 1989 г.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!:

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.