Основные ритмообразующие принципы прозы А.М. Ремизова

Целью данной работы является определение основных ритмооб¬разующих принципов прозы А.М.Ремизова. Исходя из поставленной цели , можно сформулировать следующие задачи исследования: 1) охарактеризовать художественные приемы , заимствован¬ные А.Ремизовым из фольклорной песенной традиции; 2) рассмотреть кольцевую ритмическую структуру книги Ре¬мизова «Посолонь» на «макро»- и «микро» уровнях;

3) определить степень использования А.М.Ремизовым эстети¬ческих принципов символизма А.Белого; 4) выявить главные признаки « симфонического построения» ремизовских текстов . Тема «Ритмообразующие признаки прозы А.Ремизова » на сегод- нящий день является актуальной . В ремизовском тексте лирическое начало присутствует и в содержательном и в формальном плане. Знакомство с ремизовскими текстами уже на эмпирическом уров-не дает почувствовать музыкальный лад,

хотя почти не имеет традици¬онных стихотворных размеров, но песенный склад поэзии проявляется в наборе отдельных, сознательно введенных автором, художественных приемов. Музыкальность текстов А.Ремизова, песенный склад лишь в некоторой степени изучены в современном литературоведении, что также доказы¬вает очевидность проблемы. Всеми этими причинами обусловлена необходимость глубокого литературоведческого анализа подобных приемов. На протяжении своей литературной карьеры

А. Ремизов занимался возрождением «затертого слова» . Как и творчество его современника Андрея Белого, эксперименты А.Ремизова в сфере литературного языка показали огромное влияние на развитие русской прозы первой четверти XX столетия. В своем подчеркнутом внимании к слову со всеми его гранями, включая магию и музыку, Ремизов был близок к символистскому пони¬манию языка как инструмента творческого познания.

Грета Слобин от¬мечает, что Ремизов видел свое назначение в том , чтобы « возрождать глубоко зарытые и давно забытые сокровища русского языка». М.Волошин считал самой большой драгоценностью ремизов¬ских текстов язык, а о языке « Посолони» писал : «Язык этой книги как весенняя степь , когда благоуханье , птичий гомон и пение ручейков сливаются в один многочисленный оркестр». Д.Святополк-Мирский отличал А.Ремизова от его современников « глубокой укорененностью в русской почве»

, а также тем , что он усвоил всю русскую традицию от мифологии до Гоголя, Достоевского и Лескова. Этот же исследователь называл его прозу сказом : «она воспроизводит синтаксис и интонацию разговорного языка, причём в его наименее литературных и наиболее необработанных формах» . Ритмичность ремизовских текстов отмечал К.Мочульский : « синтаксис его — запись устного рассказа, нотные знаки, отмечающие ритм и интонацию живой

речи». Проблему музыкальности произведений А.Ремизова в своих ра-ботах рассматривал литературовед и критик В.Ильин : « Ремизов весь ушёл в музыку слова и в варьирование словестно-музыкальных тем и образов». Этот автор указывает и трудности прочтения ремизовских текстов, что нужно по несколько раз вчитываться и вслушиваться в « искусство его словоплетения». Ритм является организующей силой не только в поэзии, но и в художественной прозе. «Свободный ритм» в языке, в образах, в композиции характерен для каждого

прозаического произведения. В «Посолони» «свободный ритм» превращается в ритм, близкий к стихо-творному регулярный или , точней , определяемый ярко выраженной тенденцией к метрическому построению речи. Ритмизация и даже мет-ризация языка является наглядным свидетельством своеобразия А.Ре- мизова. К.В.Мочульский отмечал, что « словесное искусство Ремизова основано на тончайшем чувстве ритма : ритм движет его композицией , обуславливает синтаксические

конструкции, порождает образы». Кроме речевого «микроритма» , пронизывающего весь художественный текст, выявляется ещё и композиционный «макроритм». Ритм работает внутри фразы и абзаца, а в виде архитектоники он работает в чередовании глав. В то же время повторение одного и того же слова, образа способствует возникновению необычного смысла ,нового значения. Чаще всего это наблюдается в различных снах в произведениях А. Ремизова. Г. Гунн в книге «Очарованная Русь» приходит к выводу, что

Ремизов в своей основе лирик , а не эпик и его «песню» следует понимать «в контексте соединения народного творчества и древней книжности». Ремизовским сказкам присущ песенно-лирический склад. Но это не стилизация, а нахождение природного лада речи, обращение к точности и образности народного слова. Ритмические элементы прозы А.Ремизова рассматривал в своей статье «О творчестве Алексея Ремизова» К.Мочульский: « Гибки , ем-ки, свободны его конструкции.

Иное словечко , иное восклицание пов- торяется упорно , а нередко и целые тирады возвращаются, как песен-ные припевы». Связь с народными песнями, с песенными запевами прослеживается во многих произведениях писателя. «Запев» в сказках задает песенное ритмообразующее начало всему произведению , придает ему лирический характер . Сходство с песенным запевом обусловлено структурной цитацией отдельных фрагментов и их синтаксическим построением в «запеве» сказок и песен.(«… с берега вошли в воду.

По воде пустили венки. Плыли венки, куковала кукушка.»)* Например, первое предложение заканчивается обстоятельством места, которое почти повторяет другое обстоятельство , стоящее в начале следующего предложения . Но речь не идёт о полной тавтологии ,так как слово приобретает новый оттенок значения. Подобные конструкции встречаются во многих лирических песнях. Кроме структурной цитации лирического запева народных необ-рядовых песен, ритмизация ремизовской прозы

достигается рефреном атрибутивных формул, композиционно и функционально близких к песенным словесным и фразовым повторам. Музыкальность, напевность «Посолони» придаёт лад русской прозы А.Ремизова , основанный на природном звучании слов и на синтаксисе просторечья, а так же использование начальных формул русских сказок : « в некотором царстве, в некотором государстве, в высокой белой башенке на самом на верху жила-была Зайка» (с.79) , «жил человек, и у того человека было три дочери».(с.71)

Ремизовские принципы художественного текста, призванные придать новое значение словам и расширить лексику, влекли за собой передачу интонации разговорного языка в тексте с помощью син-таксиса и типографических средств. Грета Слобин в книги «Проза Ремизова. 1900- 1921» приходит к выводу , что Ремизов противопоставил «упорядоченному», «письменному», «грамматическому» синтаксису Горького и Чехова перформативность языка Розанова «живого» , «изустного», « мимического» .

Ремизов давал свое толкование слову . «Слово» у него как «дыхание живой неписаной речи» , при этом « неписаный» может обозначать «неописуемо красивый» , как в сказке , и неписаный закон или обычай , или что-то такое, что не поддается письму , а следовательно, не может быть ни скопировано, ни подчиняться каким–либо указаниям. Г.Слобин, анализируя лингвистические новации А.Ремизова, приходит к заключению, что подобные художественные искания приближают его к футуристам,

в особенности к Велимиру Хлебникову и Елене Гуро, но также и отмечает , что это не было его самоцелью: неожиданность подхода писателя заключалась в приёме отстранения словаря и синтаксиса на фоне привычного классического русского ли-тературного языка XIX века. Ритмичность в структуру «Посолони» вносит стихотворное оформление текста: использование версэйной графики ( строфы состоят из одного предложения, их объем колеблется от одной до четырех типографических строк

), графической прозы, специфика которой проявляется в том, что строфы отделяются пробелами ( как в стихе), используются строфы контрастной длины, графически выделены параллельные грамматические конструкции , то есть предельно актуализирована ораторская ритмика текста ; в системе пробелов между абзацами. Разбивка абзацев по предложениям изменяет визуальное восприятие печатной страницы, предложения : абзацы вызывают дробление повествования и затеняют связь между эпизодами, ясность , смысл произведения в отсутствии

повествователя теряется. В этом проявляется своеобразии «игры» Ремизова, когда читатель затрудняется в «прогнозировании» дальнейших событий. В качестве способа передачи ритма и интонации на печатной строке , параллельно Ремизову опирался на типографические средства А.Белый , организуя абзацы таким образом , чтобы варьировать тек-стовый поток. А.Белый использовал эти приемы для создания музыкальности, «симфонизма» своих произведений

,что свойственно и текстам Ремизова. Не случайно Ремизов подчеркивал сходство между печатной страницей и партитурой. На эстетику формы, с её упором на новые средства выражения в прозе , большое влияние оказала склонность символистов к синтезу искусств. Самым чистым, наиболее подходящим средством выражения для них являлась музыка, в которой главное – звук и движение во времени, а не буквальное воссоздание образов и ассоциаций . Композиция в музыке явилась моделью структурирования повествова-ния , в котором теперь

можно было отметить тему, развитие, вариации, лейтмотивы и звуковую оркестровку. Новатором в области музыкальной формы стал Андрей Белый, который разрабатывал новый прием в своих «Симфониях» . Ремизов обратился к музыкальной композиции при работе над «Прудом» , «Крестовыми сестрами» , элементы «музыкальности» писа-тель использовал и в «Посолони» .

Для Ремизова музыка являлась источником его лирического вдохновения. Автор считал, что совершенство предложения достигается с помощью лада, в понятие которого он вкладывал синтаксическую структуру , учитывающую и порядок слов, и интонацию. Процесс перевода на печатную страницу перформативных аспектов речи, включая ощущение движения и ритма , интересовала Ремизова. «Калечина-Малечина» (с.31)

Ку-ри-ца со дво-ра Калечина в ворота. В данном тексте А.Ремизов передает интонацию и чувство движения , разбивая верхнюю строку на слоги, и подчеркивает контрастные движения в каждой строке визуально, типографическими средствами. Это доказательство того , как автор старался усилить экспрессивные возможности печатного текста. В сказках Ремизов использовал разнообразные средства для передачи устной речи печатным словом.

В состав ремизовских сказок входил детский фольклор (игры, считалки, детские стихи), язык за-бытых языческих ритуалов , обрядов, легенд, песен. Однако наиболее важным было появление нового синкретичного жанра, созданного эти-ми текстами , и составляющими которого были музыка, движения и танец. В миниатюре «Красочки» повествование и игра сплетены в одно целое через образы детей – цветов , бесов –взрослых и ангела. Отличительной особенностью печатного литературного текста

Реми-зова явилось сопровождение его многочисленными инструкциями о правилах преподнесения слушателям. Например, «Медвежью колыбельную» следовало читать « с важностью, медленно». Свое обоснование художественный метод Ремизова находит в теоретических исследованиях. Выделяя главные особенности устной речи , Ю. Лотман подмечает, что «устная речь органически включается в синкретизм поведения как такового: мимика, жест, внешность, даже одежда, тип лица – все , что дешифруется

с помощью различных видов зрительной и кинетической семиотики». Для орнаментальной прозы характерен синкретизм и «словесные фокусы» , а также тенденция использовать слова в качестве мотивов в орнаментальном узоре , повторно комбинируя и перекомбинируя фразы , достигая гипнотического эффекта . Такого эффекта нередко добивается и Ремизов . Лейтмотивом в орнаментальном узоре миниатюры «Кукушка» и является слово «кукушка» .

Недаром автором данное слово несколько раз выделено курсивом . Украшением ремизовского узора в данной сказке является и повторение фразы «Плыли венки, куковала кукушка» , в тексте «Бабье лето» – «Богатая осень» . Перекомбинируя фразы , часто почти полностью изменяя их лексический состав, но оставляя тот же смысл , Ремизов добивается причудливого узора в своем словесном «полотне» , создает особый ритм произведения . («Коротит дни

Корочун , дней не видать , только вечер и ночь», « А дни всё темней и короче»).(с.56) Ритмообразующим элементом , свойственном прозе Ремизова и орнаментальной прозе в целом, является употребление цепочки паратактических комбинаций глагол – существительное для звуковой оркестровки , которая достигается посредством грамматического параллелизма и тавтологических сочетаний : « куковала кукушка» , «гоготали гуси» .

Эти примеры наглядно доказывают две противоречивые тенденции, существующие в орнаментальной прозе : используя ассоциатив-ные словесные цепочки, она одновременно изолирует слово .Таким образом, Ремизов использует самые разнообразные приемы, чтобы привлечь внимание к слову . Ритмичность ремизовским миниатюрам придает однородная организация отдельных сказок в сборнике: большая часть начинается с описания утра , восхода солнца, а заканчивается на закате, ночью.

Иногда наблюдается обратная тенденция . Часто тексты в сборнике очень тесно связаны между собой. Конец одной сказки является как бы вступлением к последующей , подготавливает восприятие читателя , настраивает либо на радостные события , либо создает атмосферу страха , напряженного ожидания. А иногда автор меняет свою тактику , начинает играть со слушателем . Ознакомившись с одним текстом , читатель пребывает на определен-ной эмоциональной волне, но она может

быть абсолютно противопо-ложной содержанию следующей миниатюры. Например, сказка «Змей» заканчивается на шутливой ноте : главный герой мечтает о полетах , что отражается на переживаниях его бабушки. Следующий текст – «Разрешение пут» – тоже начинается с упоминания о бабушке , но здесь она выступает в роли вещей колдуньи . Нагнетается страх , таинственность, читатель находится в состоянии постоянного напряжения, хотя этот текст соотносится тематически с предыдущим : и здесь главная

героиня стремится летать . Такой переход от радостного к гнетущему , от страха к веселью свойственен самому Ремизову, в котором чувство трагического неот-делимо от непобедимого юмора, от любви к розыгрышам , шуткам, мистификациям и другим игровым формам бытового поведения, в ос-нове которого лежит его пристрастие к театру. Важную роль в построении произведения имеет словесная игра , а также своеобразная игра с читателями, которая нужна автору с определенной целью: привлечь внимание к своему произведению и особенно к определенным

отрывкам, важным для понимания смысла произведения, для правильной трактовки фрагментов текста. Ремизов сочетает в сборнике прозу и поэзию (« У лисы бал», «Калечина-Малечина» .) Но это не белый стих, а ритмизованная проза . Художественная функция ритма заключается в создании ощущения предсказуемости , «ритмического ожидания» каждого очередного элемента текста, и подтверждение или неподтверждение этого ожидания ощущается как

особый художественный эффект. Однако, чтобы такое ритмическое ожидание могло сложиться , нужно, чтобы ритмические звенья успели повториться перед читателем несколько раз. Кратко знакомит с содержанием , а также задаёт свой особый ритм вступление – посвящение: перечисляются главные герои, дается установка на сказочность, фантастичность, эмоциональный настрой, проявляются первые ритмические повторы . Ритмичность выносится даже в заглавие сборника – «Посолонь», то есть по солнцу,

по течению солнца. Тем самым автор заранее подготавливает читателя к тому , что события будут происходить по кольцевому принципу. Циклы сказок расположены последовательно по временам года , как «солнце ходит» : с весны на зиму. Для ритмической организации ремизовской прозы характерно повторение целых периодов , употребление рефренных конструкций. В ряду перечисленных явлений звуковой организации языка «Посолони» наиболее ощутимы и богаты смыслом фразовые повторы.

Это повторы сказочных формул : « долго ли , коротко ли», (с.65) « и год прошёл , и другой прошёл» (с.73) и повторы любых фраз, не являющих-ся атрибутами сказок: « А ночь темная , лошадь черная» (с.54), « шёл снег белый, первый снежок» (с.55). Повторы предложений , синтаксических конструкций заменяют в сборнике ход времени , дают ему ощущение движения и ритм , что также сближает ремизовский текст с музыкальной композицией. «Посолонь» насыщена

повторами образов , повторяющихся из сказки в сказку, из цикла в цикл. Например , в цикле «Лето Красное» («Богомолье») и «Осень темная» («Змей») одни и те же главные герои: бабушка с внуком, а по всему зимнему циклу проходят образы медве-дя, зайца, являясь либо главными героями , либо о них упоминается вскользь . («Корочун», «Медведюшка», «Зайчик Иваныч» , «Зайка» ). Семантизация ритма и речевой интонации произведения и его лирический ореол возникает

под воздействием содержания в целом и особенно поддерживаются повторами фраз. И в этих упорно повто-ряющихся словесных репризах, в их мерном «качании» выступает ус-покаивающая эмоция . В прозе Ремизова наблюдаются такие ритмообразующие явления, как параллельные синтаксические формы и симметрия интонаций . («Размыла речка пески, подмыла берег , подплыла к орешенью и ушла назад в берега. Расцвела яблонька в белый цвет , поблекли цветы , опадал цвет.

Из зари в зарю перекатилось солнце , повеяли нежные ветры, пробудили поле») (с.29). Интонационно-синтаксический па-раллелизм сочетается с анафорическими повторами : « Там катается по сеням последнее времечко, последний часок, там не свое житьё-бытьё испроведовают , там плачут по русой косе , там воля , такой не дадут, там не можно думы раздумать.» (с.45), « Пожелайте счастья мне от синих сумерек запада, сколько алых лепестков диких роз !

Пожелайте счастья мне от ледяного севера , сколько зеленых цветов смородины!» (с.49). Ритмическому построению речи способствует употребление одноструктурных диалогов, (« У лисы бал», «Красочки» ) . Также в «Красочках» , «Костроме» и других миниатюрах ритмичность создается путем чередования авторского описания , повествования рассказчика и диалогов героев . И ритмические соотношения между этими речевыми пластами единообразно повторяются .

Синтаксис просторечья проявляется в прозе писателя в использование простых фраз, часто нераспространенных предложений , которые, повторяясь по своей синтаксической конструкции через определенные промежутки , способствуют стихотворному оформлению текста и созданию ритма. Признаком разговорного стиля является употребление большого количества неполных предложений («Дождь на дворе, в поле – туман.») (с.43), безличных («Померкло.») (с.44), назыв-ных («Шум, гам, песня.») (с.45).

Синтаксис в сказовой стилизации рассказчика сборника характеризуется безглагольными предложениями, свойственными устной речи: «Люты морозы – глубоки снега» (с.56), «А дни все темней и короче» (с.56). Ритмообразующую функцию в сборнике «Посолонь» выполняют тавтологические употребления слов : «в трубы трубят» (с.52), « цветы , зацветая пустыми цветами» (с.43), «высохла белая береза против солнца , сухая» (с.43). В «Посолони» наблюдается также языковое балагурство, игровые словосочетания.

Вся эта стилистическая игра, охватывающая текст сборника, его язык и содержание способствует созданию сказоч-ности . Ритмизация ремизовской прозы создается и за счет повторения одних и тех же слов в начале и в конце предложения ( «И звезды вби-ваются в небо, как гвозди падают звезды») (с.45), за счет употребления слов, которые в данном контексте приобретают значение синонимов (« плавно вдоль поля тянется стая гусей» (с.44), « красная жар-жаром за-ря» (с.30)). Ритмообразующим элементом в «Посолони» является использование

слов, близких по фонетическому оформлению, что создает имитацию рифмы: « катит пенье косолапый медведь, воротит колоды – строит мохнатый на зимовье берлогу» (с.44), «собирается зайчик линять и трясётся , как листик : боится лисицы» (с.44). В некоторых текстах присутствует и традиционная рифма ( «Так по косточкам разберут они всю троецыпленницу да за яичницу») (с.51) или стихотворные размеры . Во вступлении к «Посолони» Ремизов использует вольные размеры с переменной анакрузой , а так как

Ремизов в словесных экспериментах опирался на фольклорную традицию, то сама форма сказок сборника предполагает метризацию . Например, в миниатюре «Кикимора» преобладает ямбическая каденция .(«На петушке ворот , крутя курносым носом, с ужимкою крещенской маски , затейливо Кикимора уселась и чистит бережно свое копытце») (с.42). Музыкальность , красочность и ритмичность в данном сборнике производит употребление скрытых цветовых

повторов: пожар , горит, красный, солнце, огненный; на белом коне , по полю, жемчуг. На фонологическом уровне ритмичность сборника создаётся преобладанием в тексте одинаковых гласных и согласных звуков , повторением почти идентичных звуковых комплексов. (« поломаны», «протоптаны», «уколочены») (с.56), (« чучело-чумичело») (с.56). В отрывке из текста «Бабье лето» (с.43) в пределах вокализма ведущей фонемой является «О» . Это фонологический лейтмотив ( доминанта) .

Ударное «О» пронизывает ряд слов , образуя цепочку понятий , которые выступают в тексте как семантически сближенные (непогода, дожди, поломаны, протоптаны, уколочены).С помощью этих, сближенных в данном контексте понятий, характеризующих ненастный день, также создаётся определенный ритм произведения . «Бабье лето»: Дует ветер, надувает непогоду. Дождь на дворе, в поле –туман. Поломаны, протоптаны луга, уколочены зелёные, вбиты колёса-ми, прихлыснуты

плёткой. Скоро минует гулянье. Стукнул последний красный денёк. Ударные гласные в тексте располагаются следующим образом: у е а о о е о а о о а о о и о ы о о у а у е а о Распределение ударных гласных дает следующую картину : А И Е О У Ы КОЛИЧ. 5 1 3 11 3 1 Обилие аллитераций и ассонансов, переполняющих текст «По- солони» , обладает гармонизирующей функцией . Очевидно , что приёмы звуковой инструментовки соответствуют целостной

музыкаль-ной организации произведений .Таковы и более умеренные и явно на-рочитые , утрированные звукоповторы, например : «тихая речка тихо» (с.44), «вылынь, выплывь весна» (с.44). Напевность, сказочность придает тексту обилие слов с уменьшительно-ласкательными суффиксами («снежинки» , «глазки», «цветочки»). Большое количество повторяющихся суффиксов выпол-няет ритмообразующую роль . Особую метричность, эмоциональность «Посолони» создает нарушение прямого порядка слов в предложении

(«шёл снег бе-лый»)(с.55). Ритмообразующим элементом в «Посолони» является и упорядо-ченность в фразе речевых тактов : Размыла речка пески , 7 / подмыла берег 5 / подплыла к ореше-нью7/ и ушла назад в берега.8// Сторожил кулик поле, 7/ранняя птичка,5/ подчищал носок. 5// По полю гурьбой шли девочки, 9/ рвали запашные васильки, 9/ за-кликали кукушку. 7//(с.29) В данном сегменте отдается предпочтение речевым тактам опре-деленной

длины , то есть с упорядоченным количеством слогов, что тоже создает ритмичность . В сложных или сильно распространенных предложениях наблюдается некоторая закономерность в расположении и чередовании больших и малых речевых тактов : начало фразы Ремизов строит из речевого такта средней величины , в следующем такте число слогов увеличивается , а в конечных — резко уменьшается (Пр. «Давным-давно 4/ прилетел кулик из –за моря,9/ принес золотые ключи,

8/ замкнул холодную зиму, 8/ отомкнул землю,5/ выпустил из неволья воду,9/ траву,2/ теплое время. 5//»)(с.29). Эта закономерность тоже свидетельствует об индивидуальной манере ремизовской речи и создает особый ритм его прозы . Кольцевая композиция также прослеживается на синтаксическом уровне. Обычно начало и конец сказки обрамляются небольшими предложениями, чаще нераспространенными . Начальная фраза как бы задает тон, ритм повествованию, называет тему .

Конечное предложе-ние подводит итог отрывка или сказки . Ритм «Посолони» образуется и за счет употребления предложений с речевыми тактами определенной длины . Наиболее распространены предложения , состоящие из одного, трех и четырех речевых тактов . Ритмообразующую роль в сборнике выполняет и упорядоченность зачинов в фразах . Обычно они имеют структуру «женские» — «мужские» , где «женские» — безударные зачины , «мужские» –

ударные зачины . Преобладание в тексте существительных в форме именительного и винительного падежей , переходных и инфинитивных глаголов, при-дает ритмичность ремизовской прозе . Две силы «Посолони» – её конкретное содержание и смысловая потенция ритма – создают третью величину — текст в полноте его эсте-тического бытия . При этом предопределенное автором впечатление сказочности , фантастичности создаётся не только всем содержанием сборника , но отчасти и организацией ритма.

Семантика ритма произ-ведения – это явление его литературного своеобразия . В заключении работы можно сделать следующие выводы. 1.) Создавая книгу «Посолонь», А. Ремизов использовал приёмы фольклорной песенной и сказочной традиции: а) структурную цитацию лирического запева народных не- обрядовых песен ; б) рефрен атрибутивных формул, композиционно и функ-ционально близких к песенным словесным и фразовым повтором ; в) начальные формулы

русских сказок . 2.) А. Ремизов заимствовал эстетические принципы сим-волизма А.Белого. 3.) В ремизовских текстах используются приемы «сим-фонического построения»: а) использование повторяющихся мотивов, анафорических конструкций ; б)создание нового синкретичного жанра, составляющими которого являются музыка, движение и танец; в) передача интонации и чувства движения с помощью типографических средств(разбивка на слоги); г) повторы предложений , синтаксических конструкций, заменяющий в сборнике

ход времени, придающих ему ощущение дви-жения и ритм; д) обилие аллитераций и ассонансов, обладающих гармони-зирующей функцией ; е) утрированные звукоповторы ( «вылынь , выплывь вес-на»); ж) употребление цепочки паратактических комбинаций глагол – существительное для звуковой оркестровки , которая достига-ется посредством грамматического параллелизма и тавтологических сочетаний («куковала кукушка»). 4) Сборник имеет кольцевую ритмическую структуру на «макро»- и «микро» уровнях.

5) Ритмообразующие признаки выявляются на нескольких структурных уровнях : а) стихотворное оформление текста ( использование версэйной графики , графической прозы , системы пробелов между абзацами); б) использование параллельных синтаксических форм и симметрии интонаций; в) употребление одноструктурных диалогов; г) повторение ритмического соотношения между речевыми пластами, то есть чередование авторского описания , повествования рассказчика и диалогов героев; д) повторение одних и тех же слов в начале и

в конце пред-ложения; е) употребление слов , которые в данном контексте приоб-ретают значение синонимов ; ж) использование слов близких по фонетическому оформ-лению , что создаёт имитацию рифмы; з) присутствие традиционной рифмы , стихотворных раз-меров ; и) употребление скрытых цветовых повторов; к) на фонологическом уровне преобладание в фрагментах одинаковых гласных и согласных звуков, повторением почти идентич-ных звуковых комплексов ; л) обилие слов с уменьшительно-ласкательными суффик-сами ; м) упорядоченность

речевых тактов и зачинов в фразе . Примечания

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
allbest-referat.ru
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!:

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.