Происхождение восточных славян

Министерство образования РоссийскойФедерации

Ставропольский Государственныйуниверситет

Исторический факультет

Кафедра историографии и                                  источниковедения

Дипломная работа

На тему:“Происхождение восточных славян вотечественной и зарубежной историографии”

 

 

Выполнила:студентка 

V курса группы “Б”

АполонскаяИ.Н.

Научный руководитель: 

кандидатисторических 

наук, доцент

Ткаченко С.Д.

Ставрополь, 2002

Содержание.

Введение. ………………………………………………………….3

Глава I.Дореволюционная отечественная историография восточнославянскихплемен……………………………………………..9

Глава II.Советская историография происхождение славянских

племен……………………………………………………………………..20

Глава III.Зарубежная историография происхождение славян….39

Заключение………………………………………………………….54

Библиография……………………………………………………….56

Приложение. 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Введение.

Среди известных мировыхцивилизаций, воплотивших в себя достижения конкретного этноса или этносов наопределенных исторических этапах развития, русской цивилизации принадлежитособое место. Оно было уготовлено ей уникальной исторической судьбой ифеноменом развития культуры русского народа, основанной на синтезе итрансформации разнохарактерных традиций Запада и Востока, а так же восприятиикультурных достижений оседло-земледельческого и кочевого миров Евразии.

В настоящее время все большевозрастает в обществе потребность в правдивом и непредвзятом изложении историинашей Родины в освещении основных этапов ее становления и развития как одногоиз крупнейших государств средневекового и современного мира. Величие России нетолько в ее колоссальном экономическом потенциале, огромном территориальномпространстве, богатстве природных ресурсов, оно в ее многовековой истории, вуникальной древнерусской восточно-христианской цивилизации сложившейся набескрайних просторах Евразии, феномен которой во многом оставался и остается загадкойдля поколений исследователей.

“Откуда есть, пошла РусскаяЗемля?” – этот вопрос, занимавший еще умы первых русских летописцев,впоследствии на многие столетия стал предметом острой полемики и дискуссии опроисхождении и процессе развития древнерусского государства.

Изучение происхождения идревнейшей истории славян представляет собой одну из наиболее сложных проблем висторической науке. На ее решение направлены усилия разныхспециалистов-историков, археологов, лингвистов, антропологов, этнографов, чьисовместные изыскания должны в конце концов привести к определеннымположительным результатам. Наибольшие споры возникают при определениитерритории формирования славян (их прародины), хронологических рамок сложенияславянской общности, при решения вопросов славянского глоттогенеза, выяснениемсвязей археологических культур со славянскими племенами и преемственностикультур. 

Историография вопроса. На протяжении многих веков, нанаучном поприще, идут дискуссии на тему происхождения славянских племен – ихпрародина, хронологических рамок и т.д. Но, однако, согласия среди ученыхнедостигнуто и по сей день.

В отечественнойдореволюционной историографии этой проблеме не уделялось должного влиянияУстрялов Н. в книге “Русская история” называет славян “венедами” и делит их натри ветви – венеты, обитавшие между Балтийским морем и Карпатами; славян,живших от Тисы до берегов Днестра и от Дуная до Вислы; антов, располагавшихсямежду устьями Дуная и Днепра. И появления их на исторической арене относит кконцу  V  и нач. VI вв. н.э. Выдающейся русский ученый Соловьев С.М. в “ИсторииРоссии с древнейших времен” мало коснулся вопроса о древнем населении ВосточнойЕвропы и не останавливается подробно на проблеме происхождении славян. Но всеже считал славян пришельцами из Азии на берегах Дуная.

В конце XIX в. появляется интересное исследованияА.Л.Погодин  в книге “Из истории славянских передвижений”, в которых дал очеркистории славян, начиная с 1-х вв. н.э. и предпринял попытку очертить раннююславянскую территорию при помощи анализа речных названий. По его мнениюначальная территория славян находилась на территории современной Польши,Подолии и Волыни.

Оригинальную теориюславянского этногенеза разработал А.А.Шахматов, которая потом и предопределилана долгое время, становление взглядов историков-славистов советского времени.Он утверждал, что в бассейне Балтийского моря жили древние индоевропейцы,которые в I тыс. до н.э. стали расселятся и вконце концов в Восточной Прибалтике остались балто-славяне. Их единство в I тыс. до н.э. раскололась, врезультате чего образовались славяне и балты.

В первые годы советскойвласти зародилась и почти на три десятилетия заняла господствующее положение вобласти изучения этногенеза народов Восточной Европы, этнолингвистическаяконцепция Марра Н.Я. Он выступал как активный противник индоевропеизма вязыкознании, был так же противником славянского “братства” и славянского “праязыка”,дальше близость русского и украинского языков ставилась под сомнения.Утверждал, что славянский язык – язык “сколотский”, т.е. скифский и сарматский.

С 50-х гг. XX в. начинает широко изучаетсядревнейшая история русского народа, уже с применением археологическогоматериала (до этого времени археологические источники использовались, но внебольших количествах).

Огромный вклад в изучениеэтногенеза славян внесли так же видные русские-советские ученые, как РыбаковБ.А., Третьяков П.Н., РусановаИ.П., СедовВ.В. С применением археологических,топонимических источников, основательно изучали эту проблему в русской истории.

Прародина славян, поБ.А.Рыбакову, доходила до Одера и Варты, проходила севернее Припяти, земли поДнепру с устьями рек Березина, Десна, Сейм, а с юга была ограничена течениемРосси и Тясьмина, Юж. Буг, Днестр и Прут и шла по северному склону Карпат.

П.Н.Третьяков подчеркивалсложность процесса славянского этногенеза, в котором на разных этапахвовлекались многие племена, считал, что предки славян теряются среди древнихевропейских земледельческо-скотоводческих племен.

Концепцию западной прародиныславян, охватывавший бассейн средней и отчасти верхней Вислы, достигавшей назападе среднего течения Одера и на востоке Припятского Полесья  и Волыни,отстаивает В.В. Соловьев.

Что касается зарубежнойисториографии, то следует сказать о том, что западные историки в основномотстаивали теорию западного происхождения славян. Прародину славян относили натерриторию между реками Вислы и Одер, или Одером и Днепром. К такимисследователям можно отнести Ю.Костшевского, Т.Лер-Сплавинского,Я.Чекановского, В.Гензеля.

Но все же наибольшийвклад в изучение этногенеза славян внес чешский ученый Л.Нидерле. Он разработалэтнолингвистическую схему славянских племен. И утверждает, что наряду с другимииндоевропейскими языками в течении II тыс. до н.э. существовал балто-славянский язык, в результате  членениякоторого образовался славянский язык (I тыс.до н.э.). Прародина славян, по Л.Нидерле, находилась к северу отКарпат, была ограничена с запада Вислой, а с востока – средним Днепром, включаяБерезину и Десну.

Таков краткийисториографический обзор этногенетических теорий, как отечественных, так изарубежных ученых-славистов.

Источники. Несомненный и все возрастающий вкладв освещении древней истории славян дает археология, обладающая конкретными ихорошо датированными источниками, количество которых увеличивается с каждымгодом, и располагающая своими методами исследования и доказательства. К крупнымдостижениям археологии в последнее десятилетия относится выявление и изучениеславянских памятников V-VII вв. – времени первых упоминаний вписьменных источниках славян под собственными именем. Большой незаменимыйматериал дают письменные источники византийских и латинских писателей VII-VIII вв. В первых веках нашей истории, а точнее нашейистории, а точнее нашей эры славяне попадают в поле зрения античных авторов,таких как Тацита. Плиний Старший, Птолемей. В их трудах славяне или же будущиеславяне, называют “венедами”.

К числу византийскихписателей относится, известный автор истории готов Иордан, который уже выделяетдве ветви восточных славян – одна из которых – анты, проживаемых в СеверномПричерноморье, в междуречье нижнего течения Днестра и Днепра, а другая –собственно славяне, к северу от Дуная до Верхнего Вислы и к востоку до Днепра.

Но следует отметить, чтописьменные источники, по отношению к археологическим источникам, могут бытьнеправдоподобными, так как они могли строиться, не только по непосредственноувиденному, но и понаслышке.

Теперь перейдем копределению предмета и объекта данной работы. Таким образом, предметом работыявляется происхождение и расселение славянских племен. Объектом же, мывправе считать – дореволюционную отечественную, советскую, и зарубежнуюисториографию по данной теме.

Целью дипломной работы является –попытаться проанализировать и изложить точки зрения, теорий ученых-историковизучавших проблему происхождения славян.

В задачи входит:

·    Осветить теорииэтногенеза славян дореволюционных отечественных историков.

·    Изложение исравнение этногенетических схем славянских племен, историков советскогопериода.

·    Краткоерассмотрение теорий этногенеза восточных славян зарубежных ученых-историков, восновном чешских и польских.

Перед тем как перейти крассмотрению методов исторического исследования, которыми использовались внаписании работы, хотелось бы отметить, что на основе форма цельного подхода вистории, была написана данная работа.

Переходя к характеристикеметодов исторического исследования, будет немаловажно раскрыть самусущность методов. Под методами исторического исследования понимаются все общиеметоды изучения исторической реальности, т.е. методы, относящиеся кисторической науке в целом, применяемые во всех областях историческихисследований.

К числу основныхобщеисторических методов научного исследования относятся: историко-генетический,историко-сравнительный, историко-типологический, историко-системный. Прииспользовании того или иного общеисторического метода применяются и другиеобщенаучные методы (анализ и синтез, индукция и дедукция, описание и измерение,объяснение и т.д.), которые выступают в качестве конкретных познавательных средств, необходимых для реализации подходов и принципов, лежащих в основеведущего метода.

В работе основным методомиспользовался  — историко-сравнительный. Он предполагает вскрытие сущностиизучаемых явлений и по сходству, и по различию присущих им свойств, а так жепроводить сравнение в пространстве и во времени.

В целом этот методобладает широкими познавательными возможностями. Во-первых, он позволяетраскрыть сущность исследуемых явлений в тех случаях, когда она неочевидна, наоснове имеющихся фактов: выявлять общее и повторяющееся, необходимое изакономерное, с одной стороны, и качественно отличное с другой.

Во-вторых, даетвозможность выходить за пределы изучаемых явлений и на основе аналогий приходитк широким историческим обобщениям и параллелям.

В-третьих, он допускаетприменение всех других общеисторических методов и менее описательной, чемисторико-генетический.

Подтверждением вышеуказанного, можно привести пример из данной работы. Сравнивая, анализируя исинтезируя точки зрения ученых отечественных и зарубежных разных эпох назаданную тему. Т.е. проводится сравнение этногенетических схем славян.

Так же используяисторико-генетический метод, который, как мы знаем, тяготеет к описательности,фактографизму и эмпиризму. Помимо этого он позволяет показатьпричинно-следственные связи в закономерности исторического развития в ихнепосредственности, а исторические события охарактеризовать в ихиндивидуальности и образности. Таким образом, описывая, рассматриваяэтногенетические схемы историков, занимающихся данной проблемой, выявляемпричинно-следственные связи и факты.

Практическая значимостьработы, представляет собой, тот факт, что работа может послужить и помочь приподготовке к семинарским занятиям по исследуемой тематике, как по историиРоссии, так и по историографии.

И в заключении хотелосьбы выразить благодарность преподавателям Исторического факультета, за помощь внаписании дипломной работы,   в особенности своему научному руководителюТкаченко Сергею Дмитриевичу. 

 

Глава I. Дореволюционная отечественнаяисториография восточнославянских племен.

Одной из важнейшихпроблем истории Древнерусского государства является проблема формирования тогоэтнического массива, из которого выросла и развилась древнерусская народностьсоздатель экономических, социально-политических институтов и культуры КиевскойРуси. Важность этой проблемы стихийно осознавалась уже первыми русскимиисториками-летописцами XI-XII вв. Именно ими была разработана перваяэтническая концепция возникновение древнерусской народности, содержавшая двакоренных положения, которые не утратили своего значения до наших дней. Первое –о родстве и единстве всего славянского мира, второе – об исходной миграции сзапада славянских племен составивших активное ядро Древнерусского государства.

В этой главе я коснусьрассмотрения точек зрения теорий дореволюционных российских ученых историков орасселение восточных славян.

Но сначала окунемся вдалекий XVIII век, так как в это время происходитполемика Ломоносова и Миллера о призвании варягов и привнесения имигосударственности на русскую землю.

Эта полемика имеетбольшое историографическое значение, потому что она начинает борьбуантинорманистов с норманистами, которая не прекращается ни в XIX, ни в XX веке. В течение этого длительного периода делалисьнеоднократные попытки использовать летописную легенду о призвании варягов идругие показания источников о варягах в Восточной Европе для утверждения онеспособности славян самостоятельно создать государство и о решающей ролипришлых германцев в деле создания русской культуры. Однако мы жестокоошибаемся, если станем думать, что все норманисты отстаивают такиеоскорбительные для русского народа и далекие от науки утверждения. В численорманистов кроме прямых фальсификаторов было много выдающихся ученых ибесспорных патриотов (например, А.А.Шахматов и А.Е.Пресняков).

В современнойисториографии спор антинорманистов и норманистов включает несколько сложных иважных проблем: 1) о роли внутренних причин и роли иноземцев (варягов) впроцессе формирования и развития древнерусского государства; 2) о степенинорманнского влияния на развитие социальных отношений и культуры, причем дляответа на этот вопрос привлекаются данные археологии, языкознания, памятникикультуры (советские историки отмечали сравнительную слабость норманнскоговлияния, по сравнению с византийским и татарским); 3) о происхождении имениРусь, русского народа, причем этот терминологический вопрос представляющийширокий интерес, все же имеет меньше научное значение, чем первые два.

В середине XVIII века, вопрос о происхождениигосударства еще не связывался с возникновением общественных классов инепримиримых противоречий между классами. Он сводился к этническомупроисхождению правящей династии. Ни Ломоносов, ни Миллер не сомневались впризвании Рюрика с братьями; спорен только вопрос, был ли Рюрик норманном илиславянином, и откуда он пришел. Если Байер и Миллер полагали, что варяги сРюриком во главе пришли в Новгород из Скандинавии и были норманнами, тоЛомоносов считал, что они пришли с юго-восточных берегов Варяжского(Балтийского) моря. Здесь между Вислой и Двиной жило славянское племя Русь,призванное в 862 г. в Новгород.1

Происхождение имени РусьМиллер выводил из термина россалайна, которым финны именовали шведов. Ломоносовсчитал невероятным, чтобы Новгород стал именовать пришлых варягов, а потом исамих себя финским словом. Он обращал внимание на сходство имени россияне ироксаланы – древнего народа, жившего между Доном и Днепром, откуда часть этогонарода распространилась к северу, дойдя до Балтийского моря и Ильмень озера.Название старинного города – Старая Русса свидетельствует о том, “что преждеРюрика жил тут народ руссы или Россы, или по-гречески роксаланы называемый”.2

Из аргументов приведенныхЛомоносовым в пользу мнения о южном происхождении Руси, до сих пор используетсяего указание на наличие на юге топонимов с корнем  -рос-  (например, притокДнепра – Рось-река).

Мнение М.В.Ломоносова опроисхождении россиян от россалан не удержалось в науке. Миллер писал, что вдревности фигурировало слово Русь. А слово россияне возникло и вошло вупотребление недавно и не может служить доказательством этого мнения.3Не удержался в науке и тезис Ломоносова о приходе Рюрика в Новгородскую землю сюго-восточного славянского побережья Балтики.

Иначе дело обстоит свопросом о масштабах культурного влияния норманнов на восточных славян.Вызвавшие решительные возражения со стороны Ломоносова мнение Миллера и Шлецерао совершенной дикости восточных славян до прихода варягов, отвергнутасовременными историками, как и утверждение о решающем влиянии норманнов.Поддержана и подкреплена специальным анализом мысль М.В.Ломоносова о том, что вславянском языке не заметно “знатной перемены” в сторону языка скандинавов,между тем “и по ныне имеем мы в своем языке великое множество слов татарских”.4Этот аргумент сохраняет свое значение и сегодня в научных кругах. Вместе сосравнительно небольшим количеством скандинавских археологических памятников натерритории Руси он опровергает мнение о сильном норманнском влиянии.

Около 1751г. Ломоносовначал подготовительную работу над “Древней Российской историей от началароссийского народа до кончины Великого русского князя Ярослава Первого”. До1754г. он собирал и выписывал данные русских, античных и западных средневековыхисточников, а затем в течение нескольких лет писал свой труд. Подобно Татищеву,Ломоносов посвящает первую часть своего произведения “ веку древнему до Рюрика”и высказывает в ней ряд оригинальных и ценных мыслей. К ним относятся тезис обучастии славян в походах германцев на Рим. Предположение Ломоносова ославянском происхождении завоевателя Рима Алариха нельзя признать обоснованным,но его утверждение, что “между готами множество славян кучно воевали”, вполнесправедливо.5

К числу замечательныхисториографических мыслей М.В.Ломоносова относится и его тезис об отсутствии“чистых” в расовом и этническом отношении народов (“ни о едином языке утвердитьневозможно, чтобы он с начала стоял сам собою без всякого примешения”), и словао роли, как славян, так и финнов (чуди) в деле освоения обширного пространстварусских земель, и утверждение, что в состав варяжских дружин в Древней Русивходили не одни шведы, а и представители других северных народов.6

Таким образом, я изложиланачало и сущность норманнской теории и полемику Ломоносова  — истинногопатриота, с Миллером – откровенным норманистом, которые положили началодискуссии, которая не прекращается, и по сей день.

Следует отметить, что в XIX веке, который ниже я рассмотрю,норманнская теория рассматривалась во всех трудах, касающихся древней историиРоссийского государства, всех дореволюционных российских ученых – историков.

Русский историк УстряловН. выдвинул свою этногенетическую схему. По его мнению, племя известное нынепод именем славянского, при первом появлении в истории, в конце V века и в начале VI века по Рождеству Христову, занималомногочисленными поколениями пространство от Балтийского до Черного моря иДуная, от Тисы до Одера и берегов Днепровских.7

Современники именовали его Венедским, разделяя натри главные поколения: на венедов, обитавших между Балтийским морем иКарпатскими горами; на славян, живших между от Тисы до берегов Днестра и отДуная до истоков Вислы; на антов, живших на берегах Черного моря между устьямиДуная и Днепра.

Судьба славянского имени,от первого появления его в истории и до образовании в нем в IX – X веке государств Русского, Польского, Богемского, Моравского,Сербского и другие мало известно. Восточные славяне образуют самостоятельнуюдержаву Русь.

Поколение славян,вытесненные аварами с берегов Дуная и Черного моря, и удалившиеся ксеверо-востоку, вероятно в VIIIвеке заняли все пространство от Вислы до Оки, от Ладожского озера до пороговДнепровских. Какие народы обитали в этом пространстве до прихода новыхпоселенцев и как славяне утвердились там, силою орудия или другими средствами,достоверно не установлено.8 Известно, что при Геродоте жилиздесь какие-то Андрофаги и Миланолены. Что III столетия в продолжение 400 лет, приходили в южнуюнынешнюю Россию разные народы: с севера готофы, основавшие там, в IV веке могущественное государство, свостока несметные орды гуннов, алан, балгар, аваров; но в VII       столетии, как можнодогадываться, только малочисленные  остатки этих народов, могли удерживаться взападной России, и славяне, вероятно, нашли там одни пустыни, где скиталисьслабые толпы частью единоплеменников их, частью чуждых народов скоро слившихсяс ними. В своей работе “Русская история” Н. Устрялов так же обращает вниманиена норманнскую проблему. И отстаивает свою точку зрения норманиста такимобразом: Предпринимая отдельные походы в моря Атлантическое и Средиземное,норманны естественно не могли оставить без внимания ближайших странПрибалтийских, в особенности славянских, где находили, кроме хлеба и другойрухляди, другую для себя выгоду: через землю восточных славян пролегал путь вбогатую Грецию, которую они считали самою обильною страной в мире со всемиблагами природы. Они отправлялись туда отчасти для грабежа, отчасти дляполучения платы за службу императорам: достоверно, что за долго до поселения вземли славянской, в императорской гвардии было много норманнов. До половины IX столетия, норманны приходили в землюславянскую на время, и кажется не имели прочных поселений: когда же вСкандинавии, по смерти Карла Великого, произошло всеобщее волнение и недостатокв продовольствии заставил обитателей ее искать нового отечества, одни толпыбросались на запад, другие на восток. В Англии, Франции, Италии норманныутвердились после долговременной войны: в земле славянской не встречали такогоотпора и овладели его без труда.

От пришествия Рюрика наберега Ильменя, или от первого соединения славян с норманнами, до принятияправнуком его, Владимиром, Христианской веры, утвердившую Русскую Державу,главным явлением истории нашего отечества было быстрое расширение пределовРуси, сперва на юго-восток к берегам Оки, потом на юг по Днепру, далее на западдо истоков Вислы и Нарева.9 Это расширение было следствиемнорманнского характера. Славяне могли жертвовать своею волею и признаватьгосподство норманнов, но национальность их оставалась неприкосновенной; ибовезде, куда ни приходили, во Франции, Англии, в Италии норманны быстросливались с туземцами, тем неизбежнее было это слияние в земле славянской, чтотам они должны были расселиться в стране обширной и при своей малочисленности,в сравнении с массой покоренного народа, утратить национальную физиологию. Онибыли для славян поколением благородным, господствующим, но не враждебным ислужили только звеном соединения.

Так же интересна игенетическая схема С.Ф.Платонова.

Восточная ветвь славянпришла на Днепр вероятно еще в VIIвеке, и постепенно расселяясь, дошла до озера Ильменя и Верхней Оки.10Из русских славян вблизи Карпат остались хорваты и волыняне (дулебы и дужане).Поляне, древляне и дреговичи основались на правом берегу Днепра и на его правыхпритоках.11

Северяне, радимичи  ивятичи перевалили за Днепр и сели на его левых притоках, причем вятичи успелипродвинуться даже на Оку. Кривичи тоже вышли из системы Днепра на север, наверховье Волги и Западной Двины, а их отрасль словене заняли речную системуозера Ильменя. В своем движении вверх по Днепру, на северных и северо-восточныхокраинах своих новых поселений, славяне приходили в непосредственную близость сфинскими племенами и постепенно оттесняли их все далее на север исеверо-восток. В тоже время на западе соседями славян оказались литовскиеплемена, понемногу отступавшие к Балтийскому морю перед напором славянскойколонизации. На восточных же окраинах, со стороны степей, славяне в своюочередь, много терпели от кочевых азиатских пришельцев. Позднее же поляне,северяне, радимичи и вятичи, жившие восточнее прочих родичей, в большойблизости к степям, были покорены хазарами, можно сказать, вошли в составХазарской державы.

Так определялосьпервоначальное соседство русских славян. Перечень соседей русских славяннеобходимо дополнить финские и литовские племена, к ним славяне чувствовалисвое  превосходство и держались наступательно.

Так же варяги являлисьсоседями, можно сказать, прямыми, но жили “за морем” и приходили к славянам“из-за моря”. При тесном общении славян с варягами можно было бы ожидатьбольшого влияния варяг на славянский быт. Но такого влияния вообще не заметно –знак, что в культурном отношении варяги были не выше славянского населения тойэпохи.

Древние писателивизантийские (Прокопий и Маврикий) раскрывают черты первоначального бытаславян, с некоторыми интересно познакомится, чтобы уяснить себе, в какомположении, на какой ступени развития застает славян история.

Первые семенагражданственности и культуры, по его мнению, были брошены варягами, которыевызвали славян за собой на историческую арену. В “Истории России с древнейшихвремен “ С.М.Соловьев поднимает целый ряд важных проблем русского историческогопроцесса. Мало касаясь вопроса о древнем населении Восточной Европы, Соловьевне останавливается подробно на проблеме происхождении славян. В соответствии систориографией своего времени (восходящей к летописной традиции) он считалславян пришельцами из Азии на берега Дуная, где они прибывали длительное время,после чего расселились по местам их позднейшего жительства.12Эта неверная точка зрения была пересмотрена в трудах последующих ученных.

Начальным событиемполитической истории восточных славян Соловьев считал утверждение у них властипришлых варяжских конунгов. “Призвание первых князей, — пишет Соловьев, — имеетвеликое значение в нашей истории, есть события всероссийского, и с негосправедливо начинают русскую историю”. Таким образом, он принимал положения“норманнской теории” возникновения Русского государства. Это была ошибочнаяпозиция, так же как ошибочным надо признать мнение Соловьева о сравнительнопозднем развитии славян (с IXвека).13 В настоящее время выяснено, что первыегосударственные образования у восточных славян возникли еще в VI веке.

Но Соловьев высказал рядздравых суждений по вопросу о характере норманнского влияния на Русь, суждений,которые в конечном итоге подрывали корни “норманнской теории”. Он справедливоуказывает, что варяги не стоят выше славян на ступенях общественной жизни ибыстро слились с ними. Так же он отмечает, что нельзя говорить о влияниискандинавских языков на язык и законодательство славян, что князья – потомкиРюрика уже не были чистыми норманнами. Добросовестное изучение источниковпривело Соловьева к выводу, что вопрос о национальности варягов Руси теряетсвою важность в нашей истории. Такова концепция С.М.Соловьева.

Карамзин Н.М. в своей“Истории государства Российского” описывает в первом томе  в главе “О народах,издревле считавших в России. – О славянах вообще” древнейший период русскойистории. Согласно сообщениям греческих и римских писателей, говорит он,“великая часть Европы и Азии, именуемая ныне Россиею, в умеренных ее климатахбыла искони обитаема, но дикими, во глубину невежества погруженными народами,которые не ознаменовали бытия своего никакими собственными историческимипамятниками”.14

Упомянув о скифах, готах,венедах  и гуннах, Карамзин приводит летописные известии о расселении восточныхславян и делает вывод об их происхождении: “ …Ежели славяне и венеды составлялиодин народ, то предки наши были известны и грекам, и римлянам, обитая на юг отморя Балтийского”.15 Связывая начальный период русскойистории с расселением восточных славян и отвергая утверждения Шлецера оварварстве восточнославянских племен, Карамзин признает “норманнскую теорию” исчитает, что Рюрик “основал монархию Российскую”.16

Большой вклад внес висторическую науку русский ученый, историк В.О.Ключевский, который, как мызнаем, разделил нашу историю на четыре периода. И начало русской истории, илиее первый – “днепровский” период связывал не с призванием варягов, а с военнымсоюзом восточных славян, существовавшим на Карпатах в VI веке под предводительством князя дулебов. “Этот военныйсоюз, — пишет историк, — и есть факт, который можно поставить в самом началенашей истории: она и началась в VIвеке на самом краю, в юго-западном углу нашей равнины, на северо-восточных склонахи предгорьях Карпат”.17

В процессе последующегорасселения военный союз распался на племена, племена в свою очередь разложилисьна роды, а последние стали дробиться на мелкие дворы, или семейные хозяйства. Всвязи с этим автор фиксирует внимание “прежде всего на последствияхюридических, какими сопровождалось расселение восточных славян”.18

В конце XIX века при определении местарасселения ранних славян, наряду с историческими и лингвистическими даннымипривлекаются материалы топонимики. В 1901 г. появляется интересное исследованиеА.Л.Погодина в книге “Из истории славянских передвижений”, в которой на основесведений древних авторов дал очерк истории славян, начиная с первых веков нашейэры, и предпринял попытку отчертить раннюю славянскую территорию при анализеречных названий. Погодин приходит к выводу, что ранние славяне былинасельниками территории Польши, Подолья и Волыни, где обнаруживаются многославянских гидронимов. Эти области славяне занимали с глубокой древности вплотьдо раннего средневековья, когда началось их широкое расселение.

Оригинальную теориюславянского этногенеза разработал А.А.Шахматов. согласно представлениям этогоисследователя, в отдаленной древности восточные индоевропейцы занимали бассейнБалтийского моря. Части их (предки индоиранцев и фракийцев) отсюда переселилисьв более южные районы Европы, а в юго-восточной Прибалтики осталисьбалто-славяне. В I тыс. до н.э.балто-славянское единство распалось, в результате чего образовались славяне ибалты.19 Отсутствие в славянском языке собственного фитонимадля бука и неславянский характер названий крупных рек Среднего Поднепровья иПовисленья исключают эти территории из славянской прародины. Главным же,интересным построением этого исследователя является якобы существовавшие в древностиконтакты славян с кельтами и финнами. Славяне, по мнению Шахматова,первоначально жили в низовьях Западной Двины и Немана, где соседничали сбалтами, германцами, кельтами и финнами. Во II веке н.э. когда германцы ушли из Повисленья, славянепродвинулись на запад, на территорию современной Польши, и оттуда уже позжерасселились в те области Европы, где они известны по средневековым источникам.20

Существует множествоинтересных, оригинальных точек зрения касающихся проблемы расселения восточныхславян и норманнской теории, но я остановилась на мнениях более выдающихсяисториков того далекого времени.

Примечания.

К главе I.

1.   Ломоносов М.В. Полное собраниесочинений: В 10 Т.  Т. 6., М-Л., 1952г. С. 33.

2.   Там же, С. 37.

3.   Там же, С. 211,43.

4.   Там же, С. 39.

5.   Там же, С. 87,207.

6.   Там же, С. 174,173,203.

7.   Устрялов Н.Г. Русская история. Ч. 1.,СПб, 1838г., С. 74.

8.   Там же, С. 77.

9.   Там же, С. 78.

10.           Платонов С.Ф.Курс лекций по Русской истории., М., 1988г., С. 78.

11.           Там же, С. 79.

12.           Соловьев С.М.История России с древнейших времен. Кн. 1, Т. 1., М., 1959г., С. 98.

13.           Там же, С. 99.

14.           Карамзин Н.М.История государства Российского. Т. 1., М., 1955г., С. 21.

15.           Там же, С. 27.

16.           Там же, С. 76-77.

17.           Ключевский В.О.Сочинения: В 8 Т., Т. 1., М., 1959г., С. 110-111.

18.           Там же, С. 114.

19.           Шахматов А.А.Древнейшие судьбы русского племени. Пгр., 1919г., С. 84.

20.           Там же, С. 87.

 

 

 

Глава II. Советская историография происхождения славянских племен.

В первые годы советскойвласти, точнее в 20-е годы, зародилась и почти на три десятилетия занялагосподствующее место в области изучения этногенеза народов Восточной Европыэтнолингвистическая концепция Н.Я. Марра. Ни сам Марр Н.Я., ни его ближайшиеученики не создали монографического изложения процесса славянской этногонии.Концепция школы Н.Я. Марра  в области этнославянского этногенеза представлена всерии работ, посвященных протоисторическим судьбам Восточной Европы. Егоработы, непосредственно затрагивающие проблему восточнославянского этногенеза,были созданы в основном в первой половине-середине 20-х годов.

Н.Я. Марр выступает какактивный противник индоевропеизма в языкознании с формальной, по его мнению,генеалогической систематизацией языков. Он противник: миража славянского“братства” и славянского “праязыка”, даже близость русского и украинскогоязыков ставилась им под сомнение. Так же он критикует попытку возводить “вопросо племенном составе русского народа … к славянскому единству”.1В отличие от  индоевропеистов Н.Я. Марр категорически отрицает ведущую роль вмиграции в народотворческом процессе. В отношении русского языка (исоответственно этноса) Марр утверждает, что “язык… образовался… на тойтерритории, где он впервые выступает исторически; он… образовался издоисторического населения Европы, повсеместно яфетического”.2Русский язык трактуется им как индо-европеизированный славянский язык, аславянский язык – как “сколотский”, т.е. скифский и сарматский, которые, по егомнению, были яфетическими языками.

Среди работ современникови последователей Мара Н.Я. следует особо выделить статьи С.Н. Брима, И.И.Мещанинова и С.Н. Быковского. Так, развивая мысли Н.Я. Марра о существовании вВосточной Европе яфетического пласта, В.А. Брим возводил к этому пластуэтнонимы “анты” и “русь”, полагая, что сохранение этих этнонимов у историческихславян свидетельствует о включении древнейших яфетических групп ВосточнойЕвропы в состав индоевропейского русского этноса. С.Н. Быковский пришел квыводу о том, что предки восточных славян – “протославяне” могут бытьобнаружены в недрах скифского мира, и высказывал предположение, что “одним изпредков позднейших славян” были тавры.

Таким образом, в течение20-х годов в молодой советской науке созрела концепция восточнославянскогоэтногенеза, представлявшая антитез концепции А.А. Шахматова (концепцию А.А.Шахматова см. в главе 1.). Вместе с тем в эти годы появился ряд работ, значениекоторых в историографии проблемы восточнославянского этногенеза не может неотмечено. Среди них следует назвать серию лингвистических очерков А.И.Соболевского, в которых была развита гипотеза славянского этногенеза,синтезировавшая в себе элементы автохтонизма и миграционизма.3Прародина современных славян, по его мнению, — берега Балтики, где произошлистолкновение и ассимиляция древнего славяно-балтийского языка и одного изнаречий скифского языка (по А.И. Соболевскому, скифы-иранцы заселяли не толькостепи, но и лесные районы Восточной Европы). В области образования славянскогопраязыка лесные скифы были автохтонами по отношению к балто-славянам.4А.И.Соболевский, был склонен их рассматривать, как потомков киммерийцев (по егомнению, тоже народ иранской ветви). Такова концепция А.И. Соболевского.

В решении проблемвосточнославянского этногенеза археология в 20-х годах по существу не принималаучастия, несмотря на то, что старой русской археологией был накоплензначительный вещевой материал. Но уже в 30-е годы ознаменовалось дальнейшеесближение археологии и истории. Постепенно к концу 30-х – началу 40-х годов“монополия” на разработку проблемы восточнославянского этногенеза и раннейэтнической истории славян полностью перешла к археологам.

Значительно удачнееявилась первая попытка написать историю Восточной Европы, используя не толькоданные письменных источников, но и данные археологии.5 Ю.В.Готье, в отличие от его предшественников, занимающихся в этой области, оказалсяв значительной зависимости от используемой им археологической информации и ееинтерпретации, порой весьма противоречивой. В трактовке проблемывосточнославянского этногенеза Ю.В. Готье оказался между индоевропейскоймиграционистской  концепцией А.А. Шахматова и автохтонистской позициейукраинского археолога В.В. Хвойки, труд которого “Древние обитатели СреднегоПриднестровья и их культура с доисторических времен”, впоследствии оказавшейзаметное влияние на ряд советских исследователей истории древнейшегославянства, был впервые широко использован при издании общей концепциивосточнославянского этногенеза. Общая схема славянской ранней истории  у Ю.В.Готье почти не отличается от схемы А.А. Шахматова. Историко-лингвистическиеизыскания Н.Я. Марра никоим образом не затронули исторических представленийЮ.В.Готье. Восточные славяне, по Ю.В. Готье, это “несомненно” потомки антов,которые, начиная с VII векараспространяются с той территории, которую они заселяли после расколаславянского единства. Территория, откуда в VII в. Начали расселяться анты – это область с севераограниченная Западной Двиной, а с востока Днепром.6 На западеих земли упирались в Карпаты. На этой территории славяне жили “с незапамятныхвремен “. Вслед за В.В. Хвойкой Ю.В. Готье связывал поля погребений с антами,но вместе с тем  он отмечал, что “предположение о едином племен, олицетворяющимкультуру погребальных полей, встречает непреодолимые трудности на пути к своемупризнанию…”. Значение труда Ю.В. Готье в исследовании ранних этапов этническойистории Восточной Европы переоценить трудно. Ему принадлежит осуществлениесинтеза истории и археологии, построение единой схемы исторического развитиястраны и населяющих ее народов с глубокой древности до времен Киевской Руси. 

Самым значительнымтрудом, оказавшим наибольшее влияние на сложение представлений о начальномпериоде восточнославянской истории, в 40-50-е годы, явилась монография Б.Д.Грекова 7, где впервые проблема славянского этногенезавыступила в тесной органической связи с проблемами экономического и социальногоразвития Киевского государства. Б.Д. Греков широко использовал фактическиеданные и этногенетические построения археологов. Этногенетическая позиция Б.Д.Грекова была в основе своей ярко автохтонистской.8 В нейнаиболее полно проявился синтез трех направлений в исследованиивосточнославянского этногенеза – направления, ведшего свое происхождение отстарой русской антинорманской школы Д.И. Иловайского – И.Е. Забелина,направления, основанного на археологическом материале Среднего Поднепровья,восходящего к работам В.В. Хвойки и направления, возникшего на основаниияфетической теории Н.Я. Марра. Общей платформой для всех трех направленийявилось признание автохтонности славян в Восточной Европе в максимально широкихформах начиная с неолита.

Касаясь проблемывосточнославянского этногенеза и ранних этапов этнической истории восточныхславян, Б.Д. Греков на первый план постоянно выдвигает вопрос о культурной, ане чисто этнической преемственности.9 Он стремитсяподчеркнуть столь важную для раскрытия общей цели его исследования мысль о том,“что вся предшествующая Древнерусскому государству общественная и политическаяжизнь народов юга нашей страны связана с последующими событиями,развернувшимися на той же территории”.10

Представления Б.Д.Грекова о процессе восточнославянского этногенеза были исключительно близкивзглядам Б.А. Рыбакова, ранние работы которого способствовали окончательномуоформлению этногенетической позиции Б.Д.Грекова.

Прародина, по Б.А.Рыбакову, это условная, с сильно размытыми рубежами территория, на которойпроходил необычайно запутанный и трудно определимый этногенетический процесс. Вбронзовом веке ее пределы доходили до Одера и Варты, проходили севернееПрипяти, охватывали земли по Днепру с устьями рек Березина, Сож, Десна, Сейм, ас юга были ограничены течением Роси и Тясмина, затем граница пересекала вверхнем течении Южный Буг, Днестр и Прут и шла по северному склону Карпат.11Разработанная Б.А. Рыбаковым концепция происхождения и древнейшая историяславян основана на совокупности данных разных наук, приведенных в общую системуи взаимно подкрепляющих друг друга. Основой концепции является совпадениеареалов археологических культур, прослеженное на протяжении трех хронологическихпериодов, в общей сложности охватывающих около тысячи лет, что отвечаетсуществованию определенной этической общности.12 Совпадаютареалы тшинецко-комаровской культуры XV-XII вв. до н.э., раннепшеворской изарубинецкой культур II в.до н.э. – II в. н.э. и славянской культуры VI – VII вв. н.э. типа Прага-Карчак (карта 2. приложение).Область тшенецко-комаровской культуры, по мнению Б.А.Рыбакова, можно признатьпервичным местом объединения и формирования праславян, отпочковавшихся отмассива индоевропейских племен, что автор подтверждает мнением лингвистов овремени обособления праславян в середине II тыс. до н.э.13

Вторая составная частьконцепции Б.А. Рыбакова сводится к выяснению причин прерывистости процессаединообразного развития археологических культур в пределах намеченнойтерритории. Первый интервал на протяжении около тысяч лет был связан, по егомнению, как с переменами  в хозяйственном и социальном развитии внутриславянского мира, так и с вовлечением западной части праславян в сложный процессформирования лужицкой культуры, основа которой, по всей вероятности, былакельто-иллирийской. В восточной половине славянского мира развитие шло болееспокойно, и здесь на месте тшеницкой культуры образовались белогрудовская (XII-IX вв. до н.э.) и чернолесская (VIII-первая половина VII в. до н.э.) культуры.14 Последняяраспространилась на левый берег Днепра в долину Ворсклы. Ареал  чернолесскойкультуры полностью совпадает с областью распространения архаичной славянскойгидронимии по О.Н. Трубачеву, что подтверждает, по мнению Б.А. Рыбакова,славянскую принадлежность населения, создавшего эту культуру.15

Третье звено концепцииБ.А. Рыбакова составляет вычленение праславянской зоны из обширной областискифской культуры. Отождествление праславян с земледельческими племенами,подпавшие под сильное влияние скифской культуры. Анализ данных Геродота,сведенных в единую систему и сопоставленных с археологическими картами,физико-географическими условиями и сведениями о хозяйственной жизни племенСкифии, привел Б.А.Рыбакова к выводу, что именно потомки носителей чернолесскойкультуры – праславяне, жившие на Днепре, — во времена Геродота, в отличие отскифов-кочевников, занимались земледелием и были объединены в союз под именем“сколоты”.16 К этому времени относится иранизацияпраславянского языка и религии, показательны параллели скифским мифам вволшебных позднейших восточнославянских сказках. Падение лужицкой и скифскойкультур привело к возникновению славянского единства, проявившегося в близостизарубинецкой и пшеворской культур. Изменение исторической ситуации, завоеванииримлянами Дакии во II в.н.э. вызвалиусиления влияния Римской империи, создали благоприятные условия для развитияхозяйства и торговли, что способствовало возникновению высокоразвитой черняховскойкультуры, занимавшей восточную часть славянского мира.17Лесостепная часть ареала черняховской культуры почти совпадает, по данным Б.А.Рыбакова, с древнейшим сколотским союзом и была заселена славянами, тогда какмолдавско-приморская зона этой культуры принадлежала, по всей вероятности,готам. В то же время западная часть общего славянского мира испытывала влияниесо стороны германских племен, что привело во II-V вв. к нарушениюединства славянской культуры, которое возобновилось еще раз лишь в VI-VII вв. после падения Римской империи.

Т.Н. Третьяков,подчеркивая сложность процесса славянского этногенеза, в который на разныхэтапах вовлекались многие племена, считал, что предки славян теряются в средедревних европейских земледельческо-скотоводческих племен. Начало этногенезаславян, балтов и германцев, по его мнению, восходит к племенам культурышнуровой керамики конца III-началаII тыс. до н.э. в бронзовом векемассиву праславянских племен принадлежала тшинецко-комаровская культура, ккоторой восходят чернолесские и белогрудовские памятники, оставленныенаселением, этнически родственным лужицко-поморским племенам.18 Рассматривая территорию занятую соседними племенами  — балтийскими,германскими, кельтскими, фракийскими, восточно-иранскими, с которыми контактировалидревние славяне, исследователь выделяет земли, где возникли и обитали славянедо своего расселения в I тыс.н.э. – это пространство между средним Днепром и Верхнем Днестром, охватывающеесеверное Прикарпатье  бассейн Вислы и, возможно доходящее до верхнего теченияОдера и Эльбы. Основную роль в истории славянских племен на территорииВосточной Европы. П.Н. Третьяков отводил зарубинецкой культуре, котораясложилась, вероятно, на основе чернолесских и белогрудовских памятников,впитала в себя элементы лужицко-поморские, отчасти милоградские и скифские.19Дальнейшая история зарубинецких племен выглядит, по мнению П.Н. Третьяковуследующим образом. На рубеже нашей эры началось их продвижение к северу исеверо-востоку по Днепру и в поречье Десны и Сомы, чему способствовало давлениескифо-сарматских племен и затем готов. На Десне складывается позднезарубинецкаякультура, в которой лишь минимально отразились местные юхновские черты, тогдакак зарубинецкое влияние распространилось в балтийской среде на широкихпространствах лесной полосы Восточной Европы, вплоть до Верховьев Днепра и Оки.20По основным признакам к зарубинецким примыкают, по П.Н. Третьякову, памятникикиевского типа открытые в окрестностях Киева по Днепру и его притокам иотносящиеся ко II-IV вв. При дальнейшем развитии наоснове позднезарубинецких памятников образовалась колочинская культура,принадлежавшая, по мысли автора, к одной из группировок восточных славян, а прирасселении позднезарубинецких племен к югу на бывшую черняховскую территориюсложились раннесредневековые славянские памятники типа Пеньковки. Неверхнеднепровское, а более западное происхождение имели только славянскиепамятники типа Корчак. Черняховская культура распространилась в разноплеменнойсреде и не имела прямого отношения к восточнославянскому этногенезу, лишь южнаячасть зарубинецкого населения могла оказаться отчасти под черняховской“вуалью”.21

Зарубинецкая линияразвития славян, намеченная П.Н. Третьяковым, находит сейчас широкую поддержкусреди археологов, занимающихся культурами рубежа и первой половины I тыс. н.э. Работу в этом направлениипродолжил Е.А.Горюнов, но на новом материале его выводы оказались болееосторожными, чем у П.Н. Третьякова. Е.А. Горюнов считал, что памятникикиевского типа имели особый характер, и в них есть лишь отдельные элементы,близкие к зарубинецким, поэтому их нельзя назвать позднезарубинецкими.22В дальнейшем на основе киевской складываются колочинская культура, но последнююсменяют славянские памятники VII – VIII вв., не связанные эволюционнымразвитием с колочинской культурой, как предполагал П.Н.Третьяков. Появление вВерхнем Поднепровье славянских памятников (VII-VIIIвв.), по мнению Е.А. Горюнова, вероятно, было вызвано отходом на север поднажимом хазар части пеньковского населения. В связи с этим этническое лицоколочинской и киевской культур не поддается четкому определении., но “некоторыеданные позволяют считать, что обе культуры в своей основе являлисьславянскими”.23

Р.В. Терпиловский,непосредственно занимающийся киевской культурой, подчеркивает ее перерастание вколочинскую, и при этом отмечает значительную роль киевской культуры в сложениибанцеровских и тушемлинских древностей Верхнего Поднепровья и Подвинья,родственных колочинским. Он считает возможным и существование определенныхгенетических связей киевских памятников Среднего Поднепровья с пражскойкультурой. Киевская культура послужила основой возникновения и пеньковскихпамятников в Днепровском лесостепном побережье, что было связано, по мнениюР.В. Терпиловского, с продвижением на юг в середине I тыс.н.э. скорее всего около V в., части деснинских племен. Этнос носителей пеньковскойкультуры идентифицируется со славянами-антами, наблюдается взаимопроникновениеэлементов пеньковской и колочинской культур образующих широкую смешанную зону влевобережной лесостепи и Подесенья, поэтому колочинские памятники, как ипеньковские, и общую для этих культур подоснову-киевскую культуру – авторрасценивает как славянские. Таким образом, киевская культура оказываетсяисходным пунктом возникновения всех раннесредневековых славянских группировок.

Концепцию западнойпрародины славян, охватывающей бассейн средней и отчасти верхней Вислы,достигавшей на западе среднего течения Одера и на Востоке – Припятского Полесьяи Волыни, отстаивает В.В. Седов. В работе, посвященной происхождению и раннейистории славян, он излагает историю изучения проблемы происхождения славян идает обзор современных лингвистических, антропологических и исторических данныхпо этой теме.24 В.В.Седов строит свою концепцию наархеологических материалах, придерживаясь ретроспективного метода25исследования, который он считает единственно удовлетворительным путем дляархеологического изучения этногенеза, и лишь затем пытается сопоставить своивыводы с данными других наук. Он исходит из того, что археологические культурысоответствуют этническим общностям, хотя при некоторых условиях, миграциях ивзаимопроникновениях могут складываться и полиэтнические культуры. В отличие отпольских автохтонистов, связывавших лужицкую культуру (конец II середина I тыс. до н.э.) с праславянами, В.В.Седов относит эту культурук одной из диалектных группировок древне европейского населения (предковкельтов, италиков, германцев, славян и, возможно, некоторых других европейскихэтносов).26 При ретроспективном подходе к археологическимматериалам самой ранней славянской культурой, по его мнению, следует считатьподклешевую V-II до н.э. (часто объединяемую с поморской, но имевшуюспецифические черты и занимавшую особую территорию). По времени культураподклешевых погребений соответствует первому этапу развития праславянскогоязыка и ее славянская принадлежность подкрепляется или, во всяком случае, непротиворечит другим приведенным в работе лингвистическим данным.

На основе подклешевойкультуры с конца II в.до н.э.складывается пшеворская, на развитие которой оказала влияние кельтских игерманских племен, что привело к неоднородности культуры и населения. По мнениюисследователя, в ареале пшеворской культуры выделяются два региона,отличающихся друг от друга деталями погребального обряда, набором инвентаря итипами керамики. Восточный, Висленский, регион сформировался непосредственно наоснове подклешевой культуры и эволюционно связывается со славянскойраннесредневековой культурой пражского типа, тогда как западный, Одерскийрегион, был заселен в значительной степени восточными германцами.27На востоке славянская территория на рубеже нашей эры, возможно, достиглаСреднего Поднепровья, куда доходила зарубинецкая культура, население которойродственно пшеворскому, но в тоже время в ней были сильны местные балтийскиеэлементы. Южная часть населения зарубинецкого ареала приняла в дальнейшемучастие в генезисе славянского ядра черняховской культуры. В сложениичерняховской культуры определенный вклад внесло местное скифо-сарматскоенаселение, а в западных областях – карпатские и дакийские племена. Существеннуюроль в сложении черняховской культуры сыграло также пришлое пшеворскоенаселение.28 Все это привело к этнической пестроте Черняховскогонаселения, но разноэтничные элементы концентрируются на территориинеровномерно. На этом основании В.В.Седов выделяет Подольско-Днепровскийрегион, охватывающий Средние Приднепровье, верхнее и средние течение Южного Буга и область Верхнего Поднестровья (см. карта 4.). Для этого региона, помнению автора, характерна концентрация зарубинецких и пшеворских особенностей,привнесенных славянами, постепенно ассимилировавшими местное скифо0сарматскоенаселение. Благодаря процессу ассимиляции в культуре, языке и верованияхюго-восточной части славян явственно прослеживается иранское воздействие.29О славянской принадлежности населения Подольско-Днепровского регионасвидетельствует, по В.В.Седову, генетические связи его культуры со славянскимидревностями V-VII вв. типа Праги-Пеньковки.

Линия развития славянскойкультуры от подкиешевых памятников к пшеворским, а затем к раннесредневековымпражским поддержана И.П.Русановой.30 Она попыталась выделитьиз разнородного материала пшеворской культуры отдельные компоненты, каждый изкоторых имеет свои особенности в погребальном обряде, характередомостроительства, в наборе инвентаря и типах посуды. Путем корреляцииматериалов поселений и могильников ей удалось обособить комплексы, относящиесяк трем группам пшеворской культуры: первая из них характеризуется чертами,близкими подклешевой и раннесредневековой пражской культурам, и принадлежалаславянскому населению; вторая, имеет соответствие в кельтских памятниках и,вероятно, связана с проникновением в Висло-Одерской междуречье кельтскогонаселения; третья, оставлена германскими племенами, распространившимися ссевера и северо-запада и принесшими свои культурные особенности. Разноэтничноенаселение жило, по наблюдениям автора, чресполосно на пшеворской территории иоставило смешанные памятники.31

В последние годыраспространилась точка зрения, возрождающая представление о сложении славян навостоке, в Поднепровье. Д.А.Мачинский, рассматривая письменные источники овенетах, пришел к убеждению, что со II в.до н.э. до середины IVв.н.э. они обитали на территории охватывающей средний Неман, среднее и верхнеетечение Буга, доходящей на востоке до верховьев Псла и Оки и ограниченной насевере средним течением Западной Двины и ситоками Днепра.32На этой территории жили праславяне, балты и “балтопраславяне”, при этомславянам принадлежала культура штрихованной керамики (VI в. до н.э. – IVв.н.э.), имевшая “общий облик” с культурой пражского типа. В середине I в. н.э. славяне двинулись к югу изападу, вытеснив зарубинецкое население (по мнению автора дославянское). Назанятой венетами земле неизвестные памятники конца I-II вв., онивероятно, археологически трудноуловимы, во всяком случае, сейчас эта зона“археологической пустоты”.33 В дальнейшем на основепамятников киевского типа и при сильном влиянии черняховской культурыформируется пеньковская культура, хорошо увязываемая с антами – юго-восточнойгруппой славянства.

Развивая положения Д.А.Мачинского, М.Б. Щукин подчеркивает отличие “структуры” черняховской ипшеворской культур позднеримского времени, для которых характернораспространение мисок и фибул, от раннесредневековых славянских культур,которым в основном свойственны горшки.34 По мнению ученого, квостоку от Вислы и к северу от Клевщины, складывается складывается зона лесныхкультур, в которые попадает носители культуры штрихованной керамики,среднетушимлинской культуры и горизонта Рахны-Почел (последние включаетэлементы зарубинецкие – “бастарнские”, юхновские и сарматские). Эта зона можетбыть сопоставлена с венедами Тацита. В результате бурных событий и передвиженийI-II вв. складывается киевская культура, являющаяся, поМ.Б.Щукину, балто-славянской.35 После гуннского нашествия иначавшегося передвижения населения из венедского “котла” создаются близкиемежду собой раннеславянские культуры: колочинская на основе киевской,пеньковская из киевских, черняховских и кочевнических элементов, пражская,происхождение которой пока не ясно, но возможно, она сложилась на левобережьеДнепра или в “белом полесском пятне”, где до сих пор нет памятников II-IV вв.36

Все различные мнения опутях сложения славянских раннесредневековых группировок объединил В.Д.Баран,по его представлениям, при возникновении славянских группировок интегрировалисьразные культуры римского времени – киевская и пшеворская. В зависимости отудельного веса каждой из этих  культур возникли отдельные славянские группы: всложении пражской культуры принимали участие все перечисленные культурыримского времени, но основу составляли черняховские памятники западного Побужьяи Верхнего Поднепровья: пеньковская культура складывалась при соединениикиевских, отчасти черняховских и кочевнических элементов: колочинская культурав Верхнем Поднепровье возникла на основе балтского субстрата, зарубинецких икиевских древностей, в результате чего здесь “наметилась тенденцияславянизации”. В свою очередь славянский компонент черняховской культуры, вцелом полиэтничной, по В.Д.Барану, сложился на территории западного Побужья иВерхнего Поднестровья при соединении элементов пшеворской и киевской культур.Следовательно, при сложении всех перечисленных группировок раннесредневековыхславян, ведущая роль принадлежала киевской культуре, которая, по-видимому, ипридала единообразный характер славянским культурам V- VII вв. в ВосточнойЕвропе. Западные славянские группы этого времени, распространенные между Вислойи Одером, несмотря на общие черты с пражскими памятниками более восточныхрайонов, возникли и развивались самостоятельно.

В 1972г. вышла в светкнига украинского археолога В.П.Петрова, в которой этническая история древнихславян трактуется весьма своеобразно.37 Автор полагает, чтоначинать эту историю можно с трипольской культуры, хотя языковая принадлежностьее носителей остается нам неизвестной. Согласно Хвойке В.В., отмечаетисследователь, с трипольского времени вплоть до исторической эпохе на Украиненаблюдается беспрерывное развитие земледелия, а следовательно, трипольцы былипредками славян, т.е. протославянами. В дальнейшем в Северном Причерноморьесменилось много археологических культур, менялся и язык. В период раннегожелеза здесь жили скифы (не иранцы, а особая индоевропейская языковая группа).На зарубинецком этапе язык скифов – борисфенитов, модернизировался вславянский.38 Однако еще в Черняховское время это был такойязык, который нельзя отождествлять с языком раннесредневековых славян.

Следующая точка зрениясоветского исследователя в области языкознания и лингвистики Ф.П.Филина, такжеотличается некоторым образом от других.39 Он отрицаетгипотезу о существовании в древности балто-славянского языка. Ф.П.Филинполагает, что в эпоху индоевропейской языковой общности предки балтов и предкиславян находились в длительном контакте между собой, не сливаясь в единое целое(в языковом отношении). Время формирования общеславянского языка он определяет I тыс. до н.э.40 Наоснове анализа славянской лексики исследователь показывает, что славянскаяпрародина находилась в дали от моря, в лесной равнинной полосе изобиловавшейболотами и озерами. Подобный ландшафт обычен для многих регионов Центральной иВосточной Европы. Для более конкретной локализации праславян он используетботанические аргументы ростафинского, пополняя их новыми примерами. Врезультате он ограничивает славянскую территорию рубежа нашей эры между Бугом иСредним Днепром.41 Сказать где размещалась прародина славян вболее ранние время на основе лингвистических данных, он считает поканевозможным.

Следует так же указатьисследователя, занимающегося изучением этнической истории славян, М.И.Артамонова42, развитие взглядов которого отразило тоттеоретический рост, который пережила славистика, изучающая ранние этапыэтнической истории в целом. Начав свою деятельность в стенах марровской школы,М.И. Артамонов вобрал в себя основные теоретические положения этногенетическойсхемы Н.Я.Марра и до начала 50-х годов явился одним из виднейших представителеймарровской школы в археологии. С середины 50-х годов взгляды М.И. Артамоновастали меняться, постепенно он перешел на позиции миграционизма. Критическийанализ археологических данных и сопоставление их с данными письменныхисточников привели его к выводу о том, что наиболее ранними, бесспорнославянскими памятниками на территории Поднепровья и Прикарпатья являютсяпамятники VI-VII вв., содержащие керамику пражского типа. Что жекасается ранних археологических культур, то М.И. Артамонов в конце 60-х гг.вынужден был отметить, что  “несмотря на большие успехи в делеметодологического перевооружения и изучения прошлого своей страны, советскаяархеология не добилась решения вопроса о происхождении раннеславянской культурыи не выяснила этапов заселения славянами Восточной Европы”.43

Монография И.И.Ляпушкина,изданная в конце 60-х гг., представляет собой естественное завершение егомноголетней работы по изучению археологических источников периода образованияДревнерусского государства. Исходной позицией всей этногенетической концепцииИ.И.Ляпушкина стало признание восточных славян “ветвью одной большой семьиславянских народов, связанной общностью происхождения и языка”. Попытку рассматриватьвосточных славян как особую этническую группу, определившуюся аз долго дообразования Древнерусского государства, И.И.Ляпушкин считает ошибочной.Выделение восточной славянской общности он вслед за лингвистами относит толькок концу I тыс. н. э., по его мнению, началосьсложение древнерусской (восточнославянской) народности. В отношении историиформирования древнейшей славянской этнической общности И.И.Ляпушкин оказался наеще более пессимистических позициях, чем М.И.Артамонов. “Почти нечего сказать оформировании славянской этнической группы в целом, — писал он, — неяснойостается территория, на которой протекала их древнейшая история”.44 Процессславянского расселения И.И.Ляпушкин предпочитает реконструировать на основеписьменных источников. При этом он возвращается к летописному сообщению озаселении Поднепровья славянскими переселенцами, вышедшими из Подунавья.45Подлинно славянскими считал памятники типа Корчак и полагал, что они заполнилинеобитаемые с конца IV в. территории кюгу от Припяти и далее на запад до Карпат и Дуная. Колонизация ВосточнойЕвропы, шедшая с юго-запада, сочеталась с колонизационной волной, шедшей сзапада (радимичи и вятичи). Этническая консолидация славянских племен натерритории Восточной Европы, образования восточнославянской ветви славянскогоэтнического массива происходит с VIII-первой половине IX в., в периодвызревания древнерусской государственности. К этому периоду на всей территорииВосточной Европы складывается выявляемая археологией культурно-этническая общность,представленная памятниками типа роменско-боршевских. Оказавшись на территорииВосточной Европы, славяне попали в разноэтническую среду, “и их общественнаяжизнь, как это можно заключить по данным письменных и археологическихисточников, тесно переплетались с жизнью окружающих их народов”.46 

Как показываетприведенный выше обзор, в советской науке проблема восточнославянскогоэтногенеза вышла из круга тем, решаемых исключительно на материале скудныхписьменных источников  и лингвистических данных. С конца 30-х гг. она сталаодной из ведущих тем советской археологии. Бурное  развитие археологическихизысканий, особенно в послевоенные годы, привело впервые к созданию прочнойисточниковедческой базы. Безусловно, тормозящую роль в развитии представлений оранних этапах восточнославянской этнической истории сыграла яфетическая теорияН.Я.Марра. Продолжение марристского схематизма в начале 50-х гг.интенсифицировало разработку проблем восточнославянского этногенеза, повлеклоза собой расширение археологических работ и завершилось открытием подлиннославянских памятников. Они досконально изучались, и на основе этих исследованийвыдвигалась новые теории для построения единой этногенетической системы славян.

 

 

 

 

 

 

 

 

Примечания.

К главе II.

1.  Марр Н.Я.Яфетические зори на украинском хуторе. – Избранные работы. Т 5. – М-Л., 1935.-с.47.

2.  Там же, с.333.

3.  Советскаяисториография Киевской Руси. – Л.,1978.-с.16.

4.  Там же.

5.  Готье Ю.В.Железный век в Восточной Европе. – Л.,1930.-с.16.

6.  Там же.

7.  Греков Б.Д.Киевская Русь. – М.,1953.

8.  Там же, с.35.

9.  Там же, с.35-37,376-383.

10.           Там же, с.429.

11.           Рыбаков Б.А.Первые века русской истории. – М.,1964. – с.84.

12.           Там же, с.87.

13.           Там же.

14.           Там же, с.91.

15.           Там же, с.98.

16.           Там же, с.114.

17.           Там же, с.171.

18.           Третьяков П.Н.Северовосточные славянские племена. – МИА,1941., №6, с.21-22.

19.           Третьяков П.Н. Уистоков Древнерусской народности.  —  М., 1970.-с.20.

20.           Там же, с.28.

21.           Там же, с.33.

22.           Горюнов Е.А.Ранние этапы истории славян Днепровского левобережья. – Л.,1981. –с.48.

23.           Там же, с.75.

24.           Седов В.В.Происхождение и ранняя история славян. – М.,1979.-с.7-16.

25.           Ретроспективныйметод – исследование связей этнически известных культур с более ранними,применяемый археологами при определении этнической принадлежности древнихкультур.

26.           Седов В.В.Происхождение и ранняя история славян. – М.,1979.-с.7-16.

27.           Седов В.В. Истокиславян.// Родина. №1,2., 2001.

28.           Там же.

29.           Седов В.В.Происхождение и ранняя история славян. – М.,1979.-с.16.

30.           Русанова И.П.Славянские древности VI-VII вв. Культура иранского типа. – М.,1976.-с.98.

31.           Там же,(т.ж.смотрите примечание, карты составленные РусановойИ.П.) с.115.

32.           Мочинский Д.А.Территория славянской прародины в системе географического иисторико-культурного членения Евразии в VIII до н.э.-IX в. н.э./ Славяне. Этногенез и этническая история. Межвузовский сборник.– Л.,1989.-с.154.

33.           Там же, с.158.

34.           Щукин М.Б. Семьмиров древней Европы и проблема этногенеза славян./ Славяне. Этногенез иэтническая история. Межвузовский сборник. – Л.,1989.-с.112.

35.           Там же, с.115.

36.           Там же, с.116.

37.           Петров В.П.Этногенез славян. – Киев, 1972.-с.148.

38.           Там же, с.151.

39.           Филин Ф.П.Образование языка восточных славян. – М.-Л.,1962.-с.69.

40.           Там же.

41.           Там же, с.70.

42.           Артамонов М.И.Вопросы расселения восточных славян и советская археология. – В кн.: Проблемывсеобщей истории. – Л.,1967.-с.62.

43.           Там же.

44.           Ляпушкин И.И.Славяне Восточной Европы накануне образования Древнерусского государства: МИА,1968, №152.-с.5.

45.           Там же, с.175.

46.           Там же.

Глава III. Зарубежная историография происхождениеславян.

Изучение тысячелетнейпредыстории и истории  Древней Руси до монгольского времени зиждется на двухосновных видах источников: древнерусских письменных памятниках иархеологического материалах. Однако археологические материалы в силу своейспецифики могут рассказать нам о хозяйственном укладе общества, так же икультурных традициях, времени происхождении и характере поселения и т.д.Историческая интерпретация памятников материальной культуры позволяет делатьнекоторые выводы о социальной структуре общества, наконец, восстановить егомеждународные связи (в основном правовые), но ни политическая, ни социальнаяистория общества в полном объеме не могут быть воссозданы с помощью толькоархеологии.

Письменная же культурапришла на Русь довольно поздно – лишь в конце X в., и литературное творчество на Руси, насколько мы можемсудить по сохранившимся памятникам, началось не ранее середины XI в. Первые опыты летописания (времясоздания, характер и содержание древнейших памятников остаются предметомдискуссии), дошли до нас в редакциях начала XII в., но в рукописях конца XII-начало XV вв.Богатые сведения о событиях начиная со второй половины XI в., летописи все более скупо и фрагментарно освещают событияпо мере удаления в глубь веков. Более того, рассказывая об истории Руси X в. и предшествующих столетий,летописец не имел других источников кроме византийских хроник и местныхпреданий, дошедших до него в устной форме. Поэтому реконструкция политическойистории восточного славянства, поскольку именно в эти века зарождается иформируется Древнерусское государство – ненадежна и спорна: ведь таковы самиисточники, на которых она строится. Совершенно очевидно, что в этих условияхлюбая дополнительная информация о народах Восточной Европы, о восточных славянах,о Руси, бесценна для историка. И крупицы, а не редко и целые пласты такойинформации находили мы в сочинениях, созданных в странах соседствовавших свосточноевропейским регионом и издавна обладавшим письменностью и литературой.1

По мере укрепления Древнерусскогогосударства все больше число народов вступает с ним в разнообразные контакты,торговые, военные, политические, конфессиональные. И чем интенсивнеестановились такие контакты, тем больше сведений о Руси проникало на страницыхроник и аналов, писем и документов, географических сочинений и литературныхпроизведений, тем шире был круг стран и народов, а соответственно и письменныхтрадиций, в которых отражены сведения о Руси. В IX в. к античным и византийским источникам присоединяетсяарабская историко-географическая литература, а так же ранние латиноязычныепамятники Восточно-Франкского королевства (позднее Германия). С самого началараспространение письменности в Скандинавии с XI в., восточноевропейские сюжеты и темы насыщают памятникидревнескандинавской литературы. Наконец с этого же времени сведения о древнейРуси и связях с ней распространяются по всей Европе и Ближнему Востоку иобнаруживаются в итальянских, английских, французских, армянских, грузинских имногих других источниках. Разнообразие, подчас уникальность и огромный объеминформации о Восточной Европе и Руси в зарубежных памятниках письменности,делает их ценнейшим источником по древнейшей истории нашей страны, многиестраницы которой остались бы просто неизвестны, не прояви к ним интересавизантийский монах или арабский путешественник. Так в “Бершинских аналах“,написанных в IX в. на территории современнойГермании, под 839 г. впервые упоминается этноним рос и т.д.Древнерусский летописец часто знал больше, чем считал нужным или возможнымсообщить, и нередко зарубежные источники раскрывают то, о чем он умалчивал.2

Именно поэтому важностьсобирания, издания и исследования источников по истории Восточной Европы тоговремени, когда на ее просторах складывались основные этносы, когда возникалипервые государства, когда возникло и распространилось христианство, былаосознана историками еще на зоре исторической науки в России, в XVII в.

Особое значениевизантийских источников для русской истории было по-настоящему оценено, аначале XVIII в. С 1726 г. Академией наук былнемецкий филолог и историк Г.З.Байер (1694-1738гг.) со специальной целью собратьи исследовать античные и средневековые источники по русской истории. Хотя егозанятия завершились публикацией только ряда статей, они заложили основукритического использования зарубежных источников в исторических целях. В 1764г.А.Л.Шлёцер (1735-1809гг.), представил в Академию наук записку “Обзор русскихдревностей в свете греческих материалов”, в которой обосновал необходимостьсоздания свода древнейших иностранных свидетельств по истории Руси длясравнения и проверки летописных данных. Результатом предложения Шлёцера былапубликация выдержек из византийских источников, подготовленная И.Штриттером(пять томов, вышедших в 1771-1779гг., на латинском языке и практически сразу жепереведенные на русский язык). Вместе с переводами на русский язык большогочисла произведений античной литературы (Овдия, Юстина, Тацита, Сенеки, Боэция идр.) своды Штриттера и И.Потского создали базу зарубежных источников по раннейистории Восточной Европы и Древней Руси.3 Использованиезарубежных источников представляет большую сложность – и далеко не только из-заязыка. Дело прежде всего в специфике отражения событий, происходивших в чужом,подчас чуждом для их авторов мире. Интерес к народам Восточной Европы,бесспорно, существовал в окружающих ее странах, но далеко не всегда он носилцеленаправленный и систематический характер. И поэтому, сообщения о них, а также о Древней Руси нередко случайны (но от того не менее ценны). Более того, ониотягощены сложившимися в каждом регионе стереотипами описания Восточной Европы:как “варварского мира” в античной и византийской литературе и т.п.Следовательно использование зарубежного источника без глубокого исследованияего контекста, как правило, ведет к его неверной интерпретации и созданиюисториографических мифов. Исследуемые в своей совокупности, зарубежныеисточники освещают кардинальные вопросы отечественной истории и помогаютвоссоздать целостную картину зарождения и становления Древнерусскогогосударства.

Именно в зарубежныхисточниках, немецких и византийских встречаются впервые названия русь,которое в силу его формы не может быть исконно славянским. Подавляющеебольшинство исследователей возводят его к древнескандинавскому корню rop-, производному от германскогоглагола rowan, “грести, плавать на весельномкорабле”, слово rop(e)r (др. исл. Roor)означало “гребец, участник похода на гребных судах”, а так же сам поход (впоследнем значении это слово встречается в самых ранних скандинавскихписьменных памятниках – шведских рунических надписях XIв.). Так предполагается, называли себя скандинавы,совершавшие плавания в Восточную Прибалтику и в глубь Восточной Европы, вПриладожье, населенные римскими племенами в VII-VIIIвв.4   Включившиеся в финоскандинавские контакты восточныеславяне заимствовали местное обозначение скандинавов, которое приобрело ввосточнославянском языке, форму русь. Однако далеко не сразу оно сталоназванием Древнерусского государства и восточных славян. Его значениепретерпело длительную эволюцию, занявшую около столетия.

Первоначальное значение “скандинавскиевоины в Восточной Европе” (ср. определение в сказании о призвании в варяговтех, кого взял с собой Рюрик: “всю русь” – в “Повести временных лет” и “дружинумногу” – в Новгородской Iлетописи) сменилось обозначением военной знати во главе с князем ипрофессиональных воинов, по преимуществу скандинавского происхождения (именноэто значение мы находим в трактате византийского императора Константина Багрянородногов сер. X в.), развилось далее в наименованииземель и народов (славяжских и финских), подвластных “русскому” князю и,наконец, стало обозначением Древнерусского государства и восточных славян какдоминирующего в нем этноса. Приведенная выше форма rhos является, очевидно, отражением византийского имени rus, которое впервые встречается ввизантийских источниках засвидетельствовано в связи с нападением “северныхварваров” – россов на Константинополь в 860г. (время их упоминания в “ЖитииГеоргия Амастридского”, спорно: оно может относиться к 40-м гг. IX в. или к сер. X в.).

Со второй половины IX в. название все шире встречается внемецких, византийских, а с X в. ив арабских источниках народ (ар-рус). Разумеется, происхождение названия русь отнюдь не идентично возникновению восточнославянской государственности  (какпредставлялось историками XVIII-XIX вв., и представляется некоторымисовременными исследователями) —  длительного процесса, в котором восточныеславяне активно взаимодействовали с окружающими народами. Однако развитие формыназвания pops > русь в различных традициях и егораспространении является важным показателем процессов становления государства увосточных славян. При крайней ненадежности хронологии “Повести временных лет”для IX в. фиксация названия точнодотируемых немецких и византийских источниках позволяет говорить о существенноболее раннем, нежели указанная в ПВЛ дата (882г. – Приход князя Олега в Киев,после чего, его полиэтническая дружина “прозвавшаяся русью”) распространение в СреднемПоднепровье наименовавшейся Русь, т.е. о смене – в южном очагевосточнославянской государственности местной родовой знати скандинавскойвоенной аристократией о начале нового этапа на пути становления Древнерусскогогосударства.5

В зарубежной историографическойнауке большое значение уделяется изучению истории происхождения славян, наоснове вышеперечисленных источников. Которые являются неотъемлемой частьюисторического исследования. Проблема этногенеза славян имеет за собой долгуюисторию, наполненную различными теориями, взглядами античных, средневековыхисториков и этнографов.

Так к средневековьювосходит так называемая скифо-сарматская теория происхождения славян изПередней Азии, продвинулись вдоль Черноморского побережья на север и осели вЮжной части Восточной Европы. Древним авторам славяне были известны под именем(этнонимом) – скифы, сарматы, аланы, роксаланы. Постепенно с течением времени,славяне из северного Причерноморья расселились на запад и юго-запад.Отождествление славян с различными этническими группами, упоминаемыми древнимиавторами, характерно для средневековья и первого этапа нового времени. Всочинениях западноевропейских историков можно встретить мнение, что славяне вдревности назывались кельтами. Среди южнославянских книжников былораспространено, что славяне и готы один и тот же народ. Довольно часто славянотождествляли с фракийцами, даками, иллирийцами.

В настоящее время, как ипрежде идет полемика по “норманнской” теории. В трудах ученых, занимавшихсяэтой проблемой можно выявить те исторические процессы, которые нас интересуют,а именно этногенез славянских племен.

Было сделано немалопопыток представить цельную картину этой научной борьбы, но, несомненно, лучшимостается до сих пор обзор В.А.Мошина опубликованный в 1931 г. В пражскомжурнале “Slavia”. Автор резюмирует обзор историиваряжского вопроса, выделяя все рассмотренные им теории зарубежных историков, “вдве главные группы: норманнскую и антинорманнскую”. Представители первогонаправления сходятся в вопросе о скандинавском происхождении Руси, норасходятся:

1.   В вопросе о древнейшей родине Руси: 6

а) большинствонорманнистов признают летописную традицию истинной и ищут родину призваннойРуси а приморской шведской области Упланде;

б) другие полагают, чтоРусь – норманнское племя, которое задолго до 860г. переселилось на южный берегЛадожского озера и отсюда было позвано славянами;

в) третьи, примыкают ковторым, но местом первоначального поселения норманнов в Восточной Европесчитают берега Немана или Западной Двины.

2. В вопросе о хронологии:

а) одни верят летописи;

б) другие, предполагаютболее раннее появление Руси в Восточной Европе.7

3. И, наконец, расходятсяв лингвистическом толковании имен “русь” и “варяги”.8 Многобольше несогласий существует между антинорманнистами:

а) одни отвергая вообщевсякую историческую ценность летописной традиции, считают русь автохтоннымславянским народом южной России;

б) другие, точно так жесчитают русь славянами, но, уважая авторитет летописца, допускают возможностьпризвания и под призванными варягами разумеют балтийских славян;

в) третьи, видят в руси —  финнов с Волги, и из Финляндии.

Следующие выводят русскоеимя от литовцев, мыдьяр, хазар, готов и даже  от евреев.

Вот так выглядит картинаэтой научной борьбы.

В кратком обзоредискуссии на Международном симпозиуме по варяжской проблеме (Орхус, Дания,1968г.) К.Рабек Шмидт, отметил, что, к сожалению, научные противникипринадлежали к разным политическим системам, что придавало их спорам ненужнуюполитическую окраску. Шведский археолог Х.Арбман, норманист по сути своихвзглядов, подверг сомнению многие из норманнских догм и пришел к выводу, чтоархеологические материалы не позволяют говорить об “основании государства наРуси варягами”.9 

Влияние советскихтеоретических и конкретно-исторических  исследований в значительной мересказалось и на выступление бельгийского ученого Ж.Бланкова на IX Международном съезде славистов(Киев, 1983г.) назвавшего норманнскую проблему “мнимой”: скандинавы не моглиосновать государство, поскольку этот процесс никак не зависел от волипредприимчивых воинов и купцов.10

Научные изыскания попроблеме славянского этногенеза начинается с 30-х гг. XIX в., когда появляется книга П.Н.Шафарика “Славянскиедревности”. В основе его построений лежит анализ сведений античных авторов овенедах и данных Иордана. Шафарик П.Н. попытался доказать, что славяне исконнозаселяли обширные территории Средней Европы. Славянский язык, по его мнению,впервые “зазвучал” к северу и северо-востоку от Карпат, т.е. на территорииГалиции, Подолии и Волыни. Сформированная Шафариком прикарпатская теорияпроисхождения славян была весьма популярна в XIX в.11

В те же годы лингвистФ.Болл, установил, что язык славян наиболее ближе балтам и германцам. А так жеопределил родину славян между балтами, германцами и иранцами. Скорее всего онитак же соседничали и с кельтами, фракийцами и иллирийцами. Была предложенасхема.

Анализом водных названийв связи с локализацией славянской прародины, много занимался польский ученый,лингвист Я.Разводовский. Его выводы менялись. Сначала древние славянские землибыли определены исследователем в пространстве между Неманом и Днепром, а впоследней работе от Вислы до Днепра.12

Для первой трети XX в. наиболее значительными в областиславянского этногенеза является исследования Л.Нидерле, в которых были обобщеныдостижения различных наук истории, лингвистики, этнографии, антропологии иархеологии. Согласно Л.Нидерле проиндоевропейский язык распался на отдельныеязыки в начале II тыс. до н.э.Народу с другими индоевропейскими языками в течении II тыс. до н.э. существовал балто-славянский язык, в результатечленения которого в I тыс. до н.э.образовался славянский язык. 13 Имеющиеся данные привелиНидерле к утверждению, что прародина славян находилась к северу от Карпат, былаограничена с запада Вислой (или Эльбой, если будет доказана славянскаяпринадлежность полей погребений лужитской культуры), а с востока – среднимДнепром, включая Березину и Десну14 (см. приложение. Карта1). Судя по сообщениям Геродота Волынь и Подолия, заселенныескифами-земледельцами, ведущими совершенно иной образ жизни по сравнению сподлинными скифами-кочевниками, должны были быть, по мнению Л.Нидерле,славянскими территориями. В тоже время Нидерле отмечал, что нельзя проследитьславянскую культуру от исторической эпохи до тех времен, когда славяне неформировались, и в представлениях археологов о славянских древностях до V в. н.э. царит полная путаница.15

В 1908г. Польский ботаникЮ.Ростафинский  предпринял попытку выявить древнюю славянскую территорию наоснове флорентийской лексики славянского языка.16 Исследовательисходил из того, что название дерева бука не является исконно славянским,название граба, тиса и пмоща – славянского происхождения. Исходя из этихданных, Ростафинский определил прародину славян. Такой областью было ПрипятскоеПолесье и Верхнее Поднепровье.17

В 20-е гг.XX в. мысли о припятско-среднепровскойпрародине славян попытался аргументировать известный славист М. Фасмер. Помимоботанических доводов Ю.Росташевского и данных сравнительно-историческогоязыкознания исследователь широко использовал материалы гидронимики. Анализвводных названий Западной Европы выявил древние ареалы кельтов, германцев,иллирийцев и фракийцев, после чего славянам не осталось здесь места. Поэтомуславянскую прародину М. Фасмер локализовал в бассейне Припяти и СреднегоДнепра, где имеется несколько десятков рек со славянскими названиями.18М. Фасмер полагал, что на этой территории славянский язык выделился избалто-славянской общности и начал самостоятельное развитие. Общеславянскийпериод он определял между 400г. до н.э. и 400г. н.э., а балто-славянскуюобщность – более ранним временем.19

20-30-е гг.характеризуются бурным развитием славистики в Польше. Почти все польскиеисследователи этого времени отстаивали западное происхождение славян, полагая,что их прародина находилась в междуречье Вислы и Одера (Одры). Мысль о западномпроисхождении славян зародилась еще в конце XVIII в. по 20-е гг. XX в. она оставалась неаргументированной. В период между первоймировой и второй мировой войнами польские и некоторые чешские археологи(Козловский Л., Кострзевский Я., Филин Я.) настойчиво стали связывать с раннимиславянами лужитскую культуру, распространенную в период поздней бронзы ираннего железа в бассейнах Одера и Вислы и в верховьях Эльбы.

Наибольшую роль вразвитии концепции этногенеза славян от лужитских племен сыграл польскийархеолог Ю. Костшевский. По его мнению, в конце I тыс. до н.э. в области расселения лужитских племенраспространяются носители поморской культуры, в результате чего в междуречьеверхней Вислы и Эльбы формируется пшеворская культура, связанная систорическими венедами.20 Верхней хронологической границейпшеворской культуры Ю.Костшевский считал IV в., когда в результате великого переселения народов обликславянской культуры претерпел существенные изменения.21

Эту позицию поддерживал иразвивал тогдашний глава польской антропологии Я.Чекановский. К тому времениработы по палеоботанике показали, что растения, на основе названий  которыхстроились гипотезы о локализации ранних славян восточнее линии Калининград — Одессы, в древности имели иные ареалы, позволяющие включать междуречье Вислы иОдера в территории славянской прародины.22 Придавая большоезначение древним славянско-германским языковым взаимоотношениям Я. Чекановскийпроводил западную границу ранних славян по Одеру.

В тоже время польскиелингвисты пересмотрели топонимические материалы и пришли к выводу, что вверховьях Вислы и Одера, т.е. в ареале лужицкой культуры, многие водныеназвания имеют славянский характер.

Наиболее обстоятельновопросы славянского этногенеза были разработаны крупнейшим польским славистомТ. Лер-Сплавинским. В основе его этногенетических построений лежат материалыразличных наук – языкознания, гидронимики, археологии и антропологии.

Суть его теориизаключается в следующем. До 2000г. до н.э. Северо-Восточная Европа (вплоть доСилезии и Померании) была заселена финно-угорами, оставившими культуругребенчатой керамики, от 2000г. до н.э. из Центральной Европы в восточномнаправлении происходит миграция носителей культуры шнуровой керамики.23На востоке эти племена достигают Северного Кавказа. Это была одна из группиндоевропейцев. В результате их взаимодействия с финно-угорским субстратом натерритории между Одером и Окой формируется балто-славяне24(или прибалты, включавшие племена, диалекты которых позднее развились вславянский язык). Лужицкую культуру он относил к индоевропейцам – венедам.Расселение их в междуречье Вислы и Одера (1500-1300гг. до н.э.) привело котделению части прибалтов, это было первым шагом к образованию славян.25

Окончательно славянесложились к сер. I тыс. до н.э.,после расселения носителей поморской культуры из Нижнего Повисленья в южномнаправлении. Следствием этого было формирование в Висло-Одерском  междуречьепшеворской культуры  и оксывской, которые рассматривались Т. Лер-Сплавинскимкак раннеславянские.26

В польской историографииособняком стоят гипотеза историка и этнографа К.Мошинского. Его построенияпокоятся прежде всего на предположении о древнем языковом контакте славян стюрками. Исследователь предположил, что до VII-VI вв.до н.э. славяне жили где-то в Азии27, их соседями на востокебыли тюрки, на западе – угры, на юге скифы. В последней своей работе К.Мошинскийутверждал, что славяне пришли в Поднепровье за несколько веков до н.э.,откуда-то из пограничья Европы и Азии. Для обоснования этого тезисаисследователь много внимания уделил аргументации гипотезы о заселения славянамиприднепровских территорий раньше, чем Повисленья.28

Польский исследовательВ.Гензель связывает кристаллизацию славян со временем тшинецкой культуры. Но,по его мнению, нельзя отождествлять культуру и этнос. Народы развивались неизолированно друг от друга. С одной стороны, культурные влияния и безнепосредственного участия чуждых этнических элементов могут создавать новыеформы культуры, а с другой стороны – одну и ту же культуру могут иметь разныенароды. Так на территорию праславянской лужицкой культуры в разное времяпроникали иллирийцы, балты, кельты, а начиная с III в. до н.э. германские племена. В связи с этимВ.Гензель не придает большое значение непрерывности культурного развития исчитает необходимым привлекать другие данные. Так как праславяне в древностисоседничали с прагерманцами, пракельтами, иллирийцами, прафракийцами,прабалтами, угро-финнами, иранцами, то на этом основании можно определитьтерриторию прародины славян между Одером и средним Днепром29(карта 3.). На рубеже нашей эры славянам принадлежали пшеворская, оксывская изарубинецкая культуры.30

По мнению, польскогоисследователя К.Годловского, нет доказательств соответствия археологическихкультур этническим группам, и при поисках источников славян в первой половине I тыс. н.э. важны не типологическиесопоставления археологических признаков, а общая модель культур и уровеньсоциально-экономического развития населения. Культуры славян VI-VII вв. – пражская, пеньковская – характеризуютсяпростотой и бедностью инвентаря, неразвитостью социально-экономическойструктуры, и это резко отличает их от культур римского времени – пшеворской,вельбарской и черняховской, входивших в общую культурную среднеевропейскуюпровинцию. Вместе с тем модель раннесредневековой славянской культуры близкауровню социально-экономического развития племен лесной зоны ВерхнегоПоднепровья, где были распространены позднезарубинецкая и киевская культуры игде следует искать предков исторических славян.31 Отсюда, помнению К.Годловского, начиналось расселение славян, а их культуры – пражская и пеньковская– кристаллизировались не раньше V в.н.э. на новой территории между Карпатами и Днепром и впитали в себя элементыместных культур римского времени, в том числе пшеворской (тип сосудов) ичерняховской (жилища). На территорию Польши славянская культура проникает околосередины V в. н.э. Большое единство славянскихязыков позволяет, по мнению К.Годловского, предположить позднее формированиеславянской языковой общности, приблизительно одновременно созданию их культур всередине I тыс. н.э.

Такова общая характеристикатрудов зарубежных ученых, посвященных этногенезу славянских племен.

Примечания.

1.     Древняя Русь всвете зарубежных источников / под ред. МельниковойЕ.А. – М., 2000. – С.4.

2.     Там же. С.5.

3.     Там же. С.6.

4.     Там же. С.12.

5.     Там же. С.15.

6.     ДжаксонГ. Варяги– создатели Древней Руси? // Родина. 1993. № 2. С.82.

7.     Там же.

8.     Там же.

9.     Там же. С.83.

10.   Там же. С.84.

11.   Шафарик П.И. Славянские древности. –М., 1897. С.49.

12.   Славяне и их соседи в конце I тыс. до н.э., пер. пол. I тыс. н.э. – М., 1993. С. 7.

13.   Нидерле Л. Славянские древности. –М., 1956. С.78.

14.   Там же. С.80.

15.   Там же. С.84.

16.   Славяне и их соседи… C. 8.

17.   Там же.

18.   Фасмер М. Этимологический словарьрусского языка. – М., 1986. С.45.

19.   Там же. С.48.

20.   Славяне и их соседи … С.9.

21.   Там же.

22.   Там же.

23.   Лер-Сплавинский Т. К современномусостоянию проблемы происхождения славян // Вопросы языкознания. 1960. № 4.С.67.

24.   Там же. С.68.

25.   Там же.

26.   Там же.

27.   Славяне и их соседи … С.9.

28.   Там же. С.10.

29.   Там же.

30.   Там же. С. 11.

31.   Там же.

Заключение.

Итак, рассмотрев историографиюдореволюционную отечественную, советскую и зарубежную, по данной теме, мы можемподвести итог под теми точками зрения, теориями, которые были выше изложены.

Славяне, выделившись изиндоевропейской семьи, составили некий массив родственных племен, выделяющихсяпрежде всего в языковом отношении. Но нельзя считать, что этот массив былизолирован от других этносов, развивался сам оп себе, пока не сложилисьславяне. На самом деле процесс этногенеза гораздо труднее и противоречивее.

Древнейшие праславянезанимали довольно значительную площадь и контактировали с населениями разныхкультур, смешивались с разными племенами.

Некоторые исследователиуже в этом склонные видеть будущее, то что славяне с самого начала были отнюдьнеоднородны, с глубокой древности шли чуть-ли не разными путями. Но на самомделе этот долгий подготовительный процесс завершился образованием племенныхгрупп или союзов племен. Действительно в VI-VII вв. у славянбыло несколько больших группировок и множество малых племен, но главное, что уних было единое самосознание. К тому же в это время шло активное перемещениеславян по обширной территории.

С одной стороны – этовело к смешиванию славян различных регионов и усиления сознания единства вовсем славянском мире. Но с другой, именно в это время славяне начинаютпродвигаться на новые территории и смешиваться с разными иноязычными группами.

Это привело к дальнейшему(VIII-IX вв.) разделению славянской общности на три ветви: западную, восточнуюи южную.

Но несмотря напротиворечивость изложенных точек зрения на начало формирования славянскойобщности и этническую принадлежность отдельных культур, почти все исследователиединодушно сходятся в том, что в первой половине I тыс. н.э. территория между средним Днепром и Бугом былизаняты славянскими племенами. С ними отождествляют населения зарубинецкой,киевской, отчасти пшеворской и северной лесостепной части черняховскойкультуры. Этнические процессы происходят непрерывно, и все археологическиекультуры, оставленные славянским или неславянским населением, имели больше илименьше отношения к сложению славянских раннесредневековых общностей, внеся приэтом свой определенных вклад в создание физического типа славян, в развитие ихматериальной, духовной и производственной деятельности.

И в заключении хочетсяотметить факт, что эта тема- происхождение славян, остается еще не до концараскрытой в мире науки. Еще сохраняется масса “белых пятен”,противоречий и несоответствий.

Будем надеяться, что вскором будущем, мы будем знать – “Откуда есть пошла Русская земля?”.

Библиография.

Дореволюционная литература.

1.   Карамзин Н.М. История государстваРоссийского. Т. 1. – М., 1955.

2.   Ключевский В.О. Сочинения в 8 томах.Т.1. – М., 1959.

3.   Ломоносов М.В. Полное собраниесочинений в 10 т. Т. 6. – М.-Л., 1952.

4.   Платонов С.Ф. Курс лекций по Русскойистории. – М., 1988.

5.   Соловьев С.М. История России сдревнейших времен. Кн. 1. Т. 1. – М., 1959.

6.   Шахматов А.А. Древнейшие судьбырусского племени. – Пгр., 1919.

7.   Шафарик П.И. Славянские древности. –М., 1897.

8.   Погодин А.А. Из истории славянскихпередвижений. – Спб., 1901.

Современнаялитература.Артамонов М.И. Вопросы расселения восточных славян и советская     археология. – В кн.: Проблемы всеобщей истории. – Л.,1967. Готье Ю.В. Железный век в Восточной Европе. – Л.,1930. Греков Б.Д. Киевская Русь. – М., 1953. Ляпушкин И.И. Славяне Восточной Европы накануне образования Древнерусского государства.-  М., 1968. Мочинский Д.А. Территория славянской прародины в системе географического и историко-культурного членения Евразии в VIII до н.э.-IX в. н.э./ Славяне. Этногенез и этническая история. Межвузовский сборник. – Л.,1989. Марр Н.Я. Яфетические зори на украинском хуторе. – Избранные работы. Т 5. – М-Л., 1935. Нидерле Л. Славянские древности. – М., 1956. Петров В.П. Этногенез славян. – Киев, 1972. Русанова И.П. Славянские древности VI-VII вв. Культура иранского типа. – М., 1976. Рыбаков Б.А. Первые века русской истории. – М.,1964. Седов В.В. Происхождение и ранняя история славян. – М.,1979. Славяне и их соседи в конце I тыс. до н.э., пер. пол. I тыс. н.э./под ред. Русановой И.П. – М., 1993. Советская историография Киевской Руси. – М., 1978. Третьяков П.Н. У истоков Древнерусской народности.  —  М., 1970. Горюнов Е.А. Ранние этапы истории славян Днепровского левобережья. – Л.,1981. Филин Ф.П. Образование языка восточных славян. – М.-Л.,1962. Фасмер М. Этимологический словарь русского языка. – М., 1986. Щукин М.Б. Семь миров древней Европы и проблема этногенеза славян./ Славяне. Этногенез и этническая история. Межвузовский сборник. – Л.,1989.

Периодические издания.

1.   ДжаксонГ. Варяги – создатели ДревнейРуси? // Родина. 1993. № 2.

2.  Седов В.В. Истокиславян.// Родина. №1,2., 2001.

3.   Третьяков П.Н. Северовосточныеславянские племена. – МИА,1941., №6.

4.   Лер-Сплавинский Т. К современному состояниюпроблемы происхождения славян // Вопросы языкознания. 1960. № 4.

5.   Мартынов В.В. Глоттогенез славян:опыт верификации в компаративистике. // Вопросы языкознания. 1985. № 6.

6.   Седов В.В. Славяне среднегоПоднепровья (по данным палеоантропологии) // Советская этнография. 1974. № 1.

7.   Трубычев О.Н. Ранние славянскиеэтнонимы – свидетели миграции славян. // Вопросы языкознания. 1974. № 6.

8.   Филин Ф.П. О происхождениипраславянского языка и восточнославянских языков. // Вопросы языкознания. 1980.№ 4.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!:

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.