Судебник 1497

Оглавление

1

Оглавление 2

3

Введение 3

1.Исследование Судебника 1497 года. 6

1.1 Исторические предпосылки создания судебника 1497 года. 7

2.Основные положения Судебника Ивана III 10

2.1 Гражданское право 11

2.2 Наследственное право 12

2.3 Уголовное право. 13

2.3.1 Понятие и виды преступлений по Судебнику 1497 года. 13

2.3.2 Виды наказаний по судебнику 1497 года. 21

2.3.3 Судебный процесс по Судебнику 23

Заключение 25

Список используемой литературы 27

Введение

Первое упоминание о Судебнике 1497 года имеется в Записках о Московии австрийского дипломата Сигизмунда Герберштейна, бывшего послом императора Максимилиана I при дворе Василия III. Опубликованные в 1556 году в Базеле на латинском языке, эти записки раскрывали содержание лишь первых статей Судебника (3—7, 9—16) о порядке решения споров при помощи судебного поединка и наказаниях за разного рода преступления.

Рукопись Судебника 1497 года была обнаружена в 1817 году П. М. Строевым и опубликована им совместно с К. Ф. Калайдовичем в 1819 году. Она остается до сих пор единственным известным списком Судебника и хранится в фонде Государственного древлехранилища Центрального государственного архива древних актов в Москве.

СУДЕБНИК ИВАНА III (1497 г.) — первый русский общегосударственный судебник, важнейший памятник юридического характера Московской Руси конца XV в. Так же, судебник является документом, который знаменует новую эпоху в истории государства и права России — становление единого Русского государства.

Завершение политического объединения русских земель произошло в период правления Ивана Васильевича III. Говоря о централизации, следует иметь в виду два процесса: объединение земель вокруг нового центра – Москвы и создание центрального государственного аппарата, новой структуры власти в Московском государстве. Параллельно объединению земель стали оформляться органы государственного управления.

Со времени образования единого централизованного государства создаются новые сложные формы законодательства – кодексы: Судебник, уставные и судебные грамоты. В XV-XVI вв. гражданско-правовые отношения постепенно выделяются в особую сферу, и их регулирование осуществляется специальными нормами, включаемыми в разного рода сборники (грамоты, судебники и пр.)

Источниками права централизованного государства являются нормативные акты предшествующего периода, такие как Русская Правда, вечевое законодательство, договоры города с князьями, иностранное законодательство, судебная практика. Соответственно, Судебник основывался на предшествующем законодательстве (Русской Правде, уставных грамотах, Псковской судной грамоте), судебных решениях, но содержал много новых положений, прямо связанных с изменениями, происходившими в Русском государстве.1

В советской историко-юридической литературе наиболее крупные специальные исследования Судебника 1497 года принадлежат С. В. Юшкову и Л. В. Черепнину.

С точки зрения С. В. Юшкова, территориальная централизация предопределила законодательную централизацию. Судебник 1497 года трактуется С. В. Юшковым как памятник права, регламентировавший определенные социальные сдвиги на пути замены феодальных общественных отношений отношениями “торгового капитализма”.

В работе Л. В. Черепнина «О русских феодальных архивах XIV — XV вв.» Судебнику Ивана III посвящается большая глава, являющаяся специальным монографическим исследованием этого документа. Сформулированная Л. В. Черепниным общая характеристика Судебника 1497 года как памятника, отражающего внутриклассовую борьбу феодалов, но в то же время проводившего линию защиты интересов всего класса феодалов, заинтересованных в удержании в узде эксплуатируемого большинства непосредственных производителей, точно отражает классовый смысл Судебника.

Целью данной контрольной работы является характеристика и описание институтов основного сборника законодательных актов – Великокняжеского Судебника 1497 года, который стал первым кодексом для Московского государства, а позднее и для нынешней России. В задачи работы входят такие, как: объяснение назревающей необходимости для создания Судебника, раскрытие основных его положений и итогов возникновения и использования первого русского кодекса.

1.Исследование Судебника 1497 года.

1.1 Исторические предпосылки создания судебника 1497 года.

Судебник 1497 года принят в связи с новым этапом развития феодального общества, именно он сыграл огромную роль в деле ликвидации феодальной раздробленности и централизации Русского государства. «Ликвидация феодальной раздробленности и возникновение централизованного государства были закономерным и неизбежным явлением на определенном этапе феодального общества».1

В 13-14 вв. активно идет развитие производительных сил после монголо-татарского нашествия, это приводит к росту феодального землевладения и укреплению экономической мощи феодалов, также растет монастырские и боярские хозяйства. Для дальнейшего развития необходимо было установление единой денежной системы, единых мер веса, уничтожение таможенных пошлин, ликвидация политической раздробленности и княжеских междоусобиц. Также объединения страны требовала усилившаяся борьба крестьян против господствующего класса: побеги, поджоги, убийства и др. формы. Начинаются выступления крестьян против духовных феодалов.

«Борьба с татаро-монгольским игом ускорила процесс образования Русского централизованного государства. В результате этот процесс происходил быстрее, чем успевала формироваться нация».2 Для централизации необходимо было усиление центрального государственного аппарата, в т.ч. и судебного аппарата принуждения. Власть великого князя увеличивалась за счет ограничения прав феодалов по отношению к населению своих вотчин (они теряли право взимать дань, решать наиболее важные уголовные дела и т.д.) и увеличения обязательств по отношению к князю. Документальным закреплением и первым памятником права централизованного государства, утвержденным Великим князем Иваном III и Боярской Думой, явился судебник 1497 года.

Среди историков нет единого мнения по поводу авторства судебника. Общепринятой считается точка зрения, что проект такой работы был выполнен дьяком Владимиром Гусевым.1 Черепнин А.В. предлагает новое решение об авторстве. Прослеживая летописный и документальный материал конца XV в. он приходит к выводу, что составителями Судебника являлись братья бояре – князья Попушкеевы. Алексеев же считает, что такая крупномасштабная работа была непосильна одному, двум человекам. Он пишет, что «средневековье не знало авторского права, кто бы ни был составителем Судебника, его имя не могло попасть на страницы официального источника…» Алексеев выдвигает гипотезу, что судебник составляла комиссия из наиболее доверенных лиц – дьяков, руководителей центральных ведомств, накопивших достаточный опыт в судебных и административных делах.2

Судебник получил силу закона в 1497 г. с сентября (тогдашнего нового года) будучи утвержден («уложен») великим князем с его детьми и боярами. Новый общий закон не имел названия, но обычно он именуется судебником, по аналогии с Судебником Ивана IV и по существу своего содержания.3

Как говорилось ранее, первое упоминание о судебнике имеется в записках о Московии австрийского дипломата Сигизмунда Герберштейна, бывшего послом императора Максимилиана I при дворе Василия III. Судебник дошел до нас в одном списке. Рукопись была найдена во время археологической экспедиции по монастырям московской губернии и изучения их архивов в 1817 г. П.М. Строевым и опубликована им совместно с К.Ф. Калайдовичем в 1819 г. в виде «Законов Ивана III и Ивана IV» в Санкт-Петербурге.

Рукопись не имеет постатейной нумерации, а материал подразделен при помощи «киноварных заголовков и инициалов»1. Но он, по сравнению с предыдущими сборниками, уже имел определенную систему: по общему мнению, в документе выделяют 4 части:

Постановление о суде центральном.

Постановление о суде местном.

Постановление материального права.

Дополнительные статьи, посвященные различным вопросам феодального права.

В основном Судебник содержит нормы уголовного и уголовно-процессуального права, но также содержит и некоторые нормы других отраслей. «Систематизация русского права, начатая с 1497 года, являлась итогом предыдущей законодательной деятельности Русского государства».2

Правда, до сих пор не утихают споры вокруг вопроса об источниках Судебника 1497 года. Различны мнения у отечественных и зарубежных исследователей. Выдающиеся российские исследователи Л.В.Черепнин и С.В.Юшков сошлись во мнениях по этому поводу: они считают, что были использованы Русская Правда, Псковская Судная Грамота и Уставная Грамота плюс целый ряд законодательных материалов, накопившихся в государстве, включавших не только указы центральной власти, но и удельных княжеств. «Судебник вобрал в себя всю массу законодательных норм, разбросанных по отдельным грамотам и юридическим актам».3

«Однако Судебник 1497 года не является простой кодификацией изданных ранее актов. 3/5 статей всего состава Судебника не стоят ни в какой связи с дошедшими до нас памятниками и являются новыми».1 Но и заимствованные нормы тщательно перерабатывались: усилилась охрана собственности господствующего класса, наказание теперь совмещает штраф с другими видами, вводится смертная казнь для «лихих людей», изменяется порядок обращения к суду и т.д.

Преобладание уголовных и уголовно-процессуальных норм объясняется необходимостью централизации судебного аппарата. Судебник 1497 года устанавливает единую систему судебных органов, их компетенцию, подконтрольность и полную подотчетность великому князю, подчинение нижестоящих органов вышестоящим.

В связи с тем, что земля становится основным источником дохода, много внимания уделяется спорам о земле. В целом нормы Судебника отвечают интересам господствующего класса феодалов, закрепляют их власть, увеличивая объем прав и уменьшая количество обязанностей. Во всех вопросах, касающихся санкций за правонарушения, данный законодательный акт руководствуется положением правонарушителя в обществе и социальной дифференциацией населения.

2.Основные положения Судебника Ивана III

2.1 Гражданское право

В Судебнике 1497 года немного статей, определяющих нормы гражданского права. Ст.60 устанавливает важнейшую форму наследственного права, данная статья гласит о том, что наследование может производиться как по закону, так и по завещанию. В случае получения наследства по завещанию наследство получал сын, при отсутствии сыновей – дочери. В случае отсутствия детей наследство получал кто-либо из ближайшей родни.

Так же в судебнике имелись упоминания о договорах купли продажи (ст. 46 «О торговцех» и ст. 47), присутствует статья регламентирующая договор личного найма (ст. 54). Судебник, в след за Псковской Судной Грамотой, предусматривал лишение оплаты наймита, не выполнившего условия договора.1

Обязательствам из договоров Судебник 1497 г. уделял меньше внимания, чем Русская Правда. О займе говорила лишь ст. 55, предусматривавшая, подобно Русской Правде, ответственность за несостоятельность должника. Эта статья вводила новые термины: полетная грамота — об уплате долга в рассрочку; истина — стоимость товара или сумма денег, взыскиваемая истцом с несостоятельного должника.

Судебник 1497 г. более чётко, чем Русская Правда, выделял обязательства из причинения вреда, правда, лишь в одном случае: ст. 61 предусматривала имущественную ответственность за потраву. Некоторые правонарушения Судебник рассматривает как своеобразные обязательства из причинения вреда, связанные с судебной деятельностью. Судья, вынесший неправосудное решение, обязан возместить сторонам произошедшие от того убытки. Такая же мера применялась к лжесвидетелям. Закон прямо указывает, что наказанию судья (точнее, боярин и дьяк) за свой проступок не подлежит (ст. 19): «…а боярину и диаку в том пени нет…».

2.2 Наследственное право

Мало изменилось и наследственное право. Судебник, однако, устанавливал общую и чёткую норму о наследовании (ст. 60). При отсутствии завещания (духовной грамоты) вступало в действие наследование по закону. Наследство получал сын, при отсутствии сыновей — дочери. Дочь получала не только движимое имущество («статок»), но и земли. За неимением дочерей наследство переходило ближайшему из родственников.

2.3 Уголовное право. 2.3.1 Понятие и виды преступлений по Судебнику 1497 года.

Обострение классовых противоречий, повышение значимости государственной власти и ее аппарата повлияли на изменение понятия преступления. В отличие от Русской Правды, где объектами преступления являлись личность и имущество, а государство еще не рассматривалось как объект преступления, (это было связано с ранним периодом существования государства и отсутствием в связи с этим абстрактного понятия о государстве и государственной власти), в Судебнике появляются такие объекты преступления, как государство в целом, отдельные должностные лица и государственные органы.

Если в Русской Правде преступление обозначалось как «обида», т.е. причинение морального, материального или физического вреда отдельному лицу, то в Судебнике под преступлением (уголовно наказуемым деянием) понималось такое понятие, как «лихое дело» и под ним подразумевается деяние, причинившее ущерб государству или господствующему классу в целом и поэтому запрещается законом. Таким образом, в понятие преступления был внесен элемент общественной опасности. Такое определение было перенято из Псковской Судной Грамоты. В целом увеличилось количество деяний попадающих в разряд уголовно-наказуемых, при этом нет полного перечня таких деяний.

В отличие от Русской Правды, Судебник выделяет преступления против государства и церкви, а также преступления зависимого населения против своих господ. Внимание законодателя акцентируется на наиболее существенных и опасных для существующего строя преступлениях. Таким образом, возникли новые виды преступлений: государственные, против суда. Соответственно появляются и ранее не существовавшие отрасли уголовного права: появление понятия «бесхитростных» деяний, противопоставляемых умышленным; понятие рецидива (неоднократно совершение преступления).

Изменилось в Судебнике 1497 года и отношение к субъекту преступления по сравнению с Русской Правдой и Псковской Судной Грамотой. Более древние документы признавали субъектами всех свободных людей, не включая в этот перечень холопов. За свой проступок холоп отвечал перед господином. Преступлением не считалось убийство господином своего холопа, а убийство чужого рассматривалось как нанесение материального ущерба. Развитие феодализма и превращение холопов в крепостных людей, нашли свое отражение в некотором изменении взгляда на субъект преступления, Судебник 1497 г. рассматривал холопа уже как субъект преступления и считал его способным самостоятельно отвечать за свои поступки и преступления.

В Судебнике не указываются ни случаи исключения вменения, ни отягчающие или смягчающие вину обстоятельства, нет также данных, говорящих о том, что преступления различались по стадиям совершения. «Обострение классовых противоречий, борьба за централизацию государства и установление единой великокняжеской власти обусловливали усиление ответственности за посягательства на государственный строй и особу государя».1 Скорее всего, в таких случаях наказывали даже за умысел, хотя ответственность за покушение не устанавливается.

Одно и то же преступление влекло различную ответственность в зависимости от того, какое положение на социальной лестнице занимал правонарушитель, и какое положение занимал пострадавший. По Судебнику все население делится на «добрых» и «лихих» людей. «Добрыми» признавались представители господствующего класса и не попавшие в зависимость крестьяне — держатели «крепкого» хозяйства.

В Судебнике 1497 г. значительно усложнилась система преступлений по сравнению с Русской Правдой и Псковской Судной Грамотой. Судебник вводит преступления лишь намеченные в Псковской Судной Грамоте –политические преступления (ст.9). К числу политических преступлений Судебник относил «крамолу», “подым” и «зажигальничество».

Под крамолой понималось деяние, совершаемое преимущественно представителями господствующего класса. Именно как крамолу стали рассматривать великие князья отъезд бояр к другому князю. Период XV в. изобиловал восстаниями и заговорами против власти и жизни великого князя.

Понятие «подым» является спорным. Можно предположить, что подымщиками называли людей, подымающих народ на восстание1. В историко-юридической литературе под подымщиками или подметчиками принято понимать людей, которые подбрасывали в чужой дом вещи с целью оклеветать человека. Л.В.Черепнин предполагает, что, т.к. ст. 9 целиком состоит из политических преступлений, то, «подмет » означает шпионаж, а «зажигальник» — это лицо, поджегшее город с целью передать его врагу. К тому же, о поджоге говориться в ст. 7, и за это преступление (поджег чужого имущества) не предусматривается строгое наказание.

XV в. был также характерен нарастанием классовой борьбы в городе и деревне, выливавшейся в стихийные выступления крестьян и городского населения, жестоко подавляемые правительством. Поэтому такие деяния и сочувствие бунтующим также включались в разряд политических.

Судебник знал следующие преступления против личности (ст. 7, 8):

Убийство (душегубство). Наиболее серьезным преступлением против личности было убийство. Различаются убийства простые и квалифицированные. Квалифицированное убийством, влекущее за собой смертную казнь, было убийство крестьянином своего владельца («А государскому убойце …живота не дати, казнити его смертной казнию.» ст.9). Введение такой нормы обусловливалось учащением случаев выступления крестьян против своих господ и необходимостью защиты жизни представителей господствующего класса. Простое убийство не влекло столь тяжелых последствий, наказание представляло собой совокупность штрафа и другого вида ответственности, назначаемого по усмотрению судьи. Отягчающим обстоятельством, влекущим смертную казнь, являлась причастность к «ведомым лихими людьми».

Ябедничество т.е. злостная клевета. Такой вид правонарушений не известен предшествующим памятникам древнерусского права. Умыслом данного преступления являлось обвинение невиновного с целью завладеть его имуществом. Если это совершалось «лихим» человеком, то переходило в разряд тяжких преступлений и влекло за собой смертную казнь.

Преступления против чести. Новый Судебник, в отличие от «Русской Правды» устанавливает наказание не только за оскорбление действием, но и словом. Данные споры решались «полем», т.е. судебным поединком, а наказание заключалось в уплате назначенного штрафа и вознаграждения за моральны ущерб.

Не упоминаются Судебником такие деяния как – нанесение увечий, ран, побоев, конечно, они имели место в действительности, но вероятно, регулировались Русской Правдой.

Псковская Судная Грамота, только обозначила такой вид преступлений как –преступления против суда, Судебник же значительно расширяет круг преступлений данного вида. Для господствующего класса было выгодно усиление роли суда, поэтому Судебник в ст. 19 вводит ответственность должностных лиц за нарушение установленного порядка судопроизводства. Если дело рассматривалось с нарушением установленных правил судебного разбирательства, то решения по данному делу признавалось недействительным.

Судья, виновный в разборе дела «не по суду» обязан был возместить сторонам понесенные ими расходы.

Судебник в отличие от Псковской Судной Грамоты запрещал судебным должностным лицам не только брать взятки, но и давать им взятки, хотя Судебник также не устанавливал еще наказания за получение взятки (ст. 33, 34). Судебник также в ст. 67 ввел и ответственность за лжесвидетельство. Дача ложных показаний влекла для лжесвидетеля обязанность возместить потерпевшему понесенный им ущерб и убытки, связанные с ведением дела.

Наиболее обширная и упорядоченная часть Судебника 1497 года посвящена имущественным преступлениям (ст. ст. 8, 9, 10, 11, 12, 13, 38, 55, 62). Основу производственных отношений тогдашней Руси составляла собственность феодала на средства производства и неполная собственность на рабочую силу. Судебник стоял на страже прав и привилегий господствующего класса и устанавливал ответственность за нарушения прав феодальной собственности. Защита феодальной собственности и личности феодалов, а также приравненных к ним монастырей и церкви, проходит «красной нитью» через весь Судебник. Наказания за все виды имущественных преступлений были более суровыми, если потерпевшим был феодал, при равном же социальном статусе сторон наказания зачастую были более мягкими. Рассматривались следующие основные преступления против имущественных прав: разбой, похищение чужого имущества («татьба»), истребление или повреждение чужого имущества, противозаконное пользование чужим имуществом.

Судебник не устанавливал различия между грабежом и разбоем. В XV веке под разбоем понималось открытое нападение с целью завладения чужим имуществом, зачастую производимое шайкой, но не обязательно сопровождавшееся убийством. Ответственность за такое преступление дифференцировалась. Если разбой совершался «ведомым лихим человеком», он карался смертью (ст. 8). В противном случае пострадавшему возмещался нанесенный ущерб, а виновный наказывался «продажей» — денежным штрафом (ст.38).

Похищение чужого имущества подразделялось на кражу простую и квалифицированную. Простой считалась кража, совершаемая впервые, или обвинение в краже со стороны добрых людей при отсутствии доказательств совершения обвиняемым краж прежде (ст.12), за исключением кражи церковного имущества. Такое преступление наказывалось битьем кнутом и возмещением убытков истцу. При невозможности возмещения убытков из-за отсутствия у обвиняемого имущества, он выдавался истцу «головою на продажу», т.е. в холопство (ст. 10).

Квалифицированные кражи включали в себя церковную, головную (ст.9), повторную (ст.11), первую кражу с поличным, совершенную «ведомым лихим человеком» (ст.13). Церковная кража была отнесена к наиболее тяжким преступлениям и включала в себя не только похищение имущества, принадлежащего церкви, но и «святотатство» — деяние так или иначе нарушающее права и интересы церкви. В этом нашел свое отражение высокий социально-политический статус церкви в феодальном государстве, ее особая роль и главенство в жизни общества и государства.

Понятие «головной татьбы» трактуется в историко-юридической литературе либо как кражу людей (холопов и крепостных) и их укрывательство, либо как любое воровство, не сопровождавшееся убийством, что представляется более вероятным. Воровство и укрывательство людей влекло за собой превращение виновных в холопов в случае невозможности возврата похищенных, но не каралось смертью, тем более, что в тот исторический период закрепощение крестьян не было еще полным, и их сманивание и переходы от одного феодала к другому были делом вполне обычным, а виновными в такого рода преступлениях, как правило, были представители имущих классов.

Кража, сопровождаемая убийством, совершаемая как группой, так и в одиночку, квалифицировалась Судебником, как тяжкое преступление и каралась смертью. С обострением классовых противоречий посягательство на жизнь и имущество феодалов встречались все чаще и были реакцией низших слоев общества на усиливающуюся эксплуатацию, все более полное закрепощение и ущемление их прав.

К квалифицированным видам кражи Судебник относит кражу, совершенную повторно, а также кражу, совершенную впервые, но когда виновный пойман с поличным, полностью уличен и признан по оговору «ведомым лихим человеком». В этом прослеживается борьба с рецидивами имущественных преступлений, так как все виды квалифицированных краж карались смертной казнью (ст. 9,11,13).

3. Истребление или повреждение чужого имущества включало в себя такие деяния, как поджег двора или другого имущества, повреждение изгородей, учинение потрав, уничтожение межевых знаков и запашку чужой земли. Виновность обвиняемого в поджоге доказывалась полем, т.е. состязанием сторон. Виновный обязан был возместить убытки пострадавшему и выплатить штраф — «продажю». Таким же образом каралось повреждение изгородей, повлекшее потраву. Ответственность за уничтожение межевых знаков и запашку чужой земли зависела от социального положения сторон тяжбы. Если был нанесен ущерб «великого князя земли боярина или манастыря…»1, виновный наказывался битьем кнутами и значительным штрафом. Если тяжба шла между крестьянами, признанный виновным уплачивал штраф в два алтына и возмещал ущерб, размер которого устанавливался управляющим дворцовым селом (ст. 62).

К этому виду преступлений относилось повреждение другого имущества и инвентаря: пчелиных ульев, порча или уничтожение скота, орудий лова. Порядок рассмотрения дел по этим преступлениям и наказание за них устанавливались еще в «Русской Правде» и, по-видимому, продолжали действовать позже без существенных изменений.

4. Противозаконное пользование чужим имуществом — самовольная езда на чужом коне, присвоение найденного, укрывательство беглых холопов — также регулировались нормами «Русской Правды» и не подверглось изменениям. В Судебнике отдельно оговаривалась только злостная неуплата долга. Виновность по этому виду преступлений устанавливалась «полем», т.е. состязанием сторон. Признанный виновным должен был уплатить требуемое истцом и оплатить судебные издержки (ст.6). Ответственность дифференцировалась в зависимости от наличия злого умысла виновного. Если невозвращение долга было вызвано форсмажорными обстоятельствами (стихийные бедствия, военные действия, пожары, неумышленная потеря), то выплачивалась только сумма долга «без росту» — без процентов. Если же утеря товара была следствием халатного отношения или злого умысла, то виновный выдавался истцу «головою на продажю», т.е. в холопство (ст.55).

2.3.2 Виды наказаний по судебнику 1497 года.

Судебник 1497 года, по сравнению с более ранними историко-правовыми памятниками, имеет белее четкую классовую ориентацию, что выразилось, в частности, в устанавливаемой им системе наказаний. Прежде всего, вводились новые, более жестокие виды наказаний.

Впервые целью наказания стало не только стремление покарать преступника, возместить материальный ущерб им нанесенный, но и устрашение масс: «чтобы, смотря на то, другим не повадно было так делать». Именно с этой целью наказание часто стало отправляться привселюдно, при большом скоплении народа. Особенно это касалось расправ над участниками бунтов и крамол. Другой особенностью Судебника является некоторая неопределенность в назначении наказания: указывается только вид наказания за каждое преступление, но не оговаривается его конкретное содержание. Это оставляется на усмотрение судей, что создает почву для предвзятости и субъективности в вынесении приговора. Всего в Судебнике предусмотрено четыре вида наказаний: смертная казнь, торговая казнь, «продажа» и возмещение убытков.

1. Смертная казнь устанавливалась в качестве наказания за самые тяжкие и опасные преступления: убийство зависимым своего господина, крамолу, церковную и головную татьбу, подмет, поджег города, любое «лихое дело», совершенное «ведомым лихим человеком» и за повторную кражу. В самом Судебнике не оговариваются виды смертной казни, но из исторических источников известно множество ее видов, практиковавшихся в то время. Самым массовым видом была смертная казнь через повешение, отсечение головы или утопление. На практике применялась также квалифицированная смертная казнь, сопряженная с особыми мучениями: предварительное избиение кнутом, четвертование, сажание на кол и т.д. Как правило, такая казнь имела целью не только кару за преступление, но и устрашение масс и применялась к бунтовщикам и заговорщикам.

2. Торговая казнь назначалась за первую татьбу, повреждение межевых знаков на земле феодала и еще некоторые имущественные преступления. «Торговая казнь означала битье кнутом, которое производилось палачом на торгах или в иных местах скопления народа, с целью устрашения последнего».1 Кнут представлял собой очень жесткое орудие из сыромятной лосиной кожи, наносил страшные раны, и очень часто, особенно если было назначено значительное количество ударов кнутом, торговая казнь заканчивалось смертью наказуемого. Поэтому наложение наказания в виде торговой казни часто было замаскированным смертным приговором.

3. «Продажа» означала денежный штраф за преступления и шла в пользу князя или лиц, осуществлявших правосудие, чаще всего «продажа» являлась дополнительной мерой наказания при назначении смертной или торговой казни. Размер ее назначался по усмотрению суда и иногда мог достигать значительной доли или даже конфискации всего имущества. Как самостоятельное наказание «продажа» применялась при злостной неуплате долга и оскорблении словом или действием.

4. Возмещение убытков взыскивалось с виновного в пользу потерпевшего или его родственников и назначалось одновременно с «продажей». Если имущественное положение виновного не позволяло ему выплатить требуемое потерпевшему, он выдавался истцу «головою на продажю», то есть в холопство до отработки долга.

Кроме указанных в Судебнике практиковались такие виды наказаний как тюремное заключение, насильственный постриг в монахи, ссылка, пожизненное заточение, которым подвергались в основном высокопоставленные мятежники и крамольники из числа князей и высокородных бояр. Применялось и традиционное наказание в виде членовредительства всякого рода (ослепление, отрезание языка за «дерзкие речи» и т.п.).

2.3.3 Судебный процесс по Судебнику

По делам о мелких преступлениях и имущественных спорах Судебник 1497 года сохранил обвинительно-состязательную форму процесса, известную еще в Древнеримском государстве. Эта форма процесса была усовершенствована: назначались специальные судебные должностные лица – дьяки, приставы, недельщики (лица, разыскивающие ответчика, вручавшие ему грамоту о вызове в суд), в суде велся «судный список» (протокол), осуществлялись вызовы в суд, судебные решения оформлялись специальными документами, появилось понятие исковой давности, в качестве доказательств, помимо собственного признания, свидетельских показаний, присяги, стали применятся документы. Наряду с вышеизложенным появилась возможность обжалования решений местных судов в вышестоящие инстанции (в приказы, Боярскую думу, великому князю). Процесс судопроизводства проводился в форме поединка. Победившим в бою считался правым, выигравшим дело.

В статье 49 Судебник установил понятие судебного представительства для защиты интересов старых, малых, женщин, монахов и монахинь, а именно данная статья гласила: Если ответчик, который должен участвовать в поединке со свидетелем, является престарелым, малолетним, имеющим увечья, или попом, или монахом, или монашкой, или женщиной, он может выставить наймита. Свидетель заменить себя наймитом не может.

Причиненные оправданной стороне или ее свидетелю убытки возмещаются признанным судом виновным.

Следует отметить, что в отличие от Псковской Судной грамоты, именовавшей стороны в процессе единым словом истец, судебник, уточняя юридическую терминологию, вводит понятие истца и ответчика.

С принятием Судебника были установлены высокие судебные пошлины за подачу иска в суд, за получение судебного решения (правой грамоты), за розыск ответчика и др., следовательно, обращение в суд было делом весьма дорогостоящим и малодоступным для низших слоев населения.

Кроме обвинительно-состязательной формы процесса, Судебник знал и другую форму – розыск, сыск. Появление этой следственной формы процесса напрямую связано с общим усилением карательной политики господствующего класса.1

Розыск применялся по государственным и иным наиболее тяжким преступлениям, по делам «ведомо лихих людей». Пи этом инициатива возбуждения дела принадлежала государственному органу. Данный орган вел следствие с применением пытки, выносил приговор и исполнял его. Главными доказательствами при этом были собственное признание подозреваемого, поимка с поличным, обыск. Также использовались и другие доказательства.

Заключение

Судебник 1497 года вобрал в себя всю массу законодательных норм, разбросанных по отдельным законодательным и юридическим актам, и явился итогом всей предыдущей законодательной деятельности Русского государства. В нем нашел отражение процесс развития общего понятия преступления, круга объектов и субъектов преступления, а также систематизации преступлений. Его создание было обусловлено совершенствованием государства и развитием феодальных отношений, охранять которые он был призван. Отсюда и понятие преступления, под которым Судебник понимает всякие действия, так или иначе угрожающее государству или господствующему классу в целом, и поэтому запрещенное законом. В связи с развитием государства и феодализма значительно расширяется круг объектов преступления. Русская Правда знала лишь два объекта преступления – личность и имущество, а Псковская Судная Грамота и Судебник признавали государство и его должностных лиц объектами преступления. По мере развития феодализма, которое сопровождалось обострением противоречий феодального общества и усилением классовой борьбы, меняется взгляд и на круг субъектов преступления, а именно, если Русская Правда не признавала холопов субъектами преступления, то Судебник уже считал холопа способным отвечать за свои поступки и преступления. Налицо и развитие системы преступлений. Если Русская Правда не знала таких видов преступлений, как, например, государственные преступления, преступления против суда и т. д., то в Судебнике уже предусматривалась за них ответственность. Процесс развития систематизации преступлений был обусловлен развитием государства и государственных органов (появляются политические преступления и преступления против суда), развитием феодальных отношений (усиливается уголовная репрессия за имущественные преступления, так как господствующий класс нуждался в охране феодальной собственности, которая составляет основу благосостояния феодального общества). Таким образом, развитие феодальных отношений, которое сопровождалось обострением противоречий между классами, ужесточением классовой борьбы, развитием феодальной собственности, обуславливало развитие уголовного права, что мы можем наблюдать на примере одного из самых значительных правовых памятников — Судебника 1497 года.

Список используемой литературы

Ю.П.Титов Учебник История Государства и Права России — Москва, Из-во «Проспект»2008.

Судебник 1497 года, С.И.Штамм, М.,1955 г.

Владимирский-Буданов М.Ф. Обзор истории русского права. – Ростов-на-Дону, Из-во «Феникс», 1995.

Алексеев Ю.Г. Государь всея Руси. – Новосибирск: Наука, Сиб. отд-ние, 1991.

Российское законодательство X-XX вв., т.2, М.,1984 год.

Исаев И.А. История государства и права России: Учебник. – 2-е изд., перераб. и доп. – М.: Юристъ, 2001.

Хрестоматия по истории государства и права СССР под ред. Ю.П. Титова и О.И.Чистякова, М.,1990

Чистяков О.И. История отечественного государства и права М.1996 г.

1Ю.П.Титов Учебник История Государства и Права России — Москва, Из-во «Проспект»2008.

1 Судебник 1497 года, С.И.Штамм, М.,1955 г.

2 Судебник 1497 года, С.И. Штамм, М.,1955г.

1 Владимирский-Буданов М.Ф. Обзор истории русского права. – Ростов-на-Дону, Из-во «Феникс», 1995.

2 Алексеев Ю.Г. Государь всея Руси. – Новосибирск: Наука, Сиб. отд-ние, 1991.

3 Владимирский-Буданов М.Ф. Обзор истории русского права. – Ростов-на-Дону, Из-во «Феникс», 1995.

1 Судебник 1497 года, С.И.Штамм, М.,1955 г.

2 Российское законодательство X-XX вв., т.2, М.,1984 год.

3 Российское законодательство X-XX вв., т.2, М.,1984 год.

1 Судебник 1497 года, С.И.Штамм, М., 1955 г.

1 Ю.П.Титов Учебник История Государства и Права России — Москва, Изд-во «Проспект» 2008.

1 Судебник 1497 года, С.И.Штамм, М., 1955 г.

1 Чистяков О.И. История отечественного государства и права М.1996 г.

1 Судебник 1497 года, С.И.Штамм, М., 1955 г.,

1 Российское законодательство X-XX вв., т.2, М.,1984 год.

1 Ю.П.Титов Учебник История Государства и Права России — Москва, Изд-во «Проспект» 2008.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!:

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.